Эйлис внимательно смотрела, как ее племянница спускается по лестнице со своими братьями.
– Теперь скажи, это просто вежливость или она пыталась мне что-то сказать?
– Возможно, она сама не знает точно, что говорит. Я хотела бы знать – умело ли Джейм владеет мечом?
Когда Эйлис увидела взволнованное лицо Кейт, то внезапно поняла, что не знает точного ответа. На миг она почувствовала себя виноватой, но потом отогнала это чувство. Здесь не было ее вины. Джейм не часто сражался – кроме того, не ей судить о его искусстве владения мечом. Затем она вспомнила, какое место Джейм занял в боевых порядках, и поняла, что у нее есть ответ.
– Его поставили охранять Барру, Кейт. Из этого можно сделать вывод, что он достаточно искусен.
– Вы никогда не видели, как Джейм сражается? Я думала, что он ваш охранник.
– Да, но я никогда не видела, чтобы он пользовался мечом. Если бы ты спросила меня, может ли он разогнать десять человек, я бы с уверенностью ответила утвердительно. Сражение на мечах? Я просто не знаю. Но я еще раз напомню, что его поставили охранять сэра Барру. Человек, который может судить о таких вещах много лучше, чем я, счел, что Джейм достаточно хорош для того, чтобы охранять одного из наследников замка.
Кейт сжала губы, потом кивнула и чуть улыбнулась:
– Я чересчур много волнуюсь. Джейм часто мне об этом говорит. Есть еще одна вещь, которая внушает мне опасения: он может встретиться в бою со своими родственниками…
– Сможет ли наш мягкосердечный Джейм защитить себя? – завершила за нее Эйлис, улыбнувшись Кейт. – Совсем мало шансов, что Джейм встретит кого-либо из них на поле боя. Его отец и старший брат скончались много лет назад, а остальные родственники над ним насмехались. Даже если по прихоти судьбы Джейму случится с ними столкнуться, он не будет колебаться, если они на него нападут. Он уже не так их боится и не станет покорно принимать то, что они скажут, он будет с ними сражаться.
– Я рада это слышать, но можешь ли ты сказать то же про себя?
– Смогу ли я защитить себя от собственных родственников и Маккорди? Да, без колебаний. Те, к кому я питала привязанность в нашем клане, скончались. А те, кто отправился на битву против Ратмора и Александра, для меня ничего не значат. Печально думать, что у меня там никого не осталось, но моей вины в этом нет. Они сами выбрали свою дорогу. Поскольку они стремятся нанести вред мне, я считаю, что должна порвать с ними. Те немногие люди, с которыми я все еще связана в Лиргане, не будут на поле боя.
– И выживут.
– Я молюсь, чтобы у нас обеих были причины улыбаться, когда все будет позади. – Она крепко сжала натруженную руку Кейт. – Не забывай то, что ты мне обещала.
– Нет, не забуду. Если Маккорди и Макфарланы победят, с твоим сыном все будет в порядке. Здесь нет ни одного мужчины или женщины, которые хотели бы отдать твоего ребенка врагу. Я объявлю ребенка моим, и если мне это не удастся, найдутся женщины, которые его возьмут.
Эйлис внутренне расслабилась, ее страхи на какое-то мгновение улеглись.
– Тогда нам ничего не остается, кроме ожидания.
Александр натянул поводья, останавливая лошадь. Он мог легко пройти расстояние от Ратмора до выбранного поля боя, но это было бы несолидно. На его солдат действовал его внешний вид, да и враг к всаднику испытывает куда большее уважение. Спустившись с коня, Александр подошел к солдатам, которых послал утром наблюдать за Макфарланами и Маккорди.
– Они пытались прибегнуть к какой-нибудь уловке? – спросил он своих людей.
Рыжий Йен нахмурился:
– Пытались. Они поставили несколько лучников чтобы поразить тебя с нескольких сторон. Это позволило бы Маккорди легко тебя одолеть.
– Но ты позаботился об этих негодяях? – Александра раздосадовало, что его враги не смогли даже свою последнюю битву провести с честью.
– Да, этой угрозы больше нет. Осталась только одна небольшая проблема. Она касается Малькольма Маккорди.
– Я полагаю, что он снова присоединился к своим родственникам.
– Трудно сказать. – Рыжий Йен провел пальцами по своим волосам медного цвета. – Он не ездит верхом и остается в лагере за западной линией деревьев. Он утверждает, что с него хватит междоусобиц его кузенов и бессмысленных сражений. Он заявляет об этом громко.
– Значит, он оставил своих родственников. – Александр нахмурился и потер подбородок. – Думаешь, мы можем ему доверять? Я знаю, что он никогда не был особо близок с кланом, но он может просто хитрить.
– О да, это редкий мошенник, но я думаю, что он действительно не хочет принимать участия в сражении. – Рыжий Йен посмотрел на своего спутника.
Тот кивнул, глядя на Александра.
– Он находится в лагере, и с ним еще несколько человек, но трудно определить, друзья это или охранники. Похоже, родственники хотят иметь его под рукой, чтобы они могли… черт побери, как они говорили?
– Чтобы они могли заставить его увидеть, как сильно он ошибся, после того как они тебя разобьют, сэр, – ответил другой солдат.
– Да, вот такие хвастуны! Если земля будет сухой и мы не столкнемся с предательством, победа будет в наших руках. Если сражение будет честной проверкой мастерства, тогда у Маккорди и Макфарланов нет никаких шансов на победу. Они всегда полагались на убийства и холодное предательство, так что давно потеряли бойцовские навыки. Проследи, чтобы наши лошади были надежно спрятаны, Рыжий Йен, и приготовься.
Как только оба разведчика ушли, Барра, Ангус и Джейм выступили вперед. Александр заметил на их лицах отражение своей собственной растущей уверенности. От этого он почувствовал себя еще сильнее. Большинство солдат его клана повернулись к полю битвы, и он был тронут этим знаком верности.
– Хорошая демонстрация отважных солдат, Ангус. – Александр улыбнулся, глядя, как его двоюродный брат надевает кольчужные перчатки.
– Да. Наши люди полны решимости скрестить мечи с врагом, они хотят положить конец этой длинной и кровавой междоусобной войне.
– Ты и в самом деле веришь, что война сегодня закончится? – спросил Барра, с помощью Джейма застегивая кольчугу.
Александр кивнул:
– Закончится. Независимо от того, кто победит, война здесь кончится – сегодня. Я молюсь, чтобы она завершилась победой для нас. Я предложил соглашение этим глупцам, но оно было отвергнуто. Они никогда не хотели мира, поскольку мир заставил бы их вернуть наши владения.
– Они идут, – пробормотал Джейм. – Лэрд Колин идет впереди с белым флагом.
– Возможно, они в конечном счете передумали, – предположил Барра.
– Да. Или поняли, что мы обнаружили их затаившихся лучников и покончили с этой угрозой. И они решили потянуть время, чтобы придумать что-нибудь еще. – Александр покачал головой. – Послушаем, что этот Колин с его черным сердцем желает нам сказать, но доверять ему мы не должны. Всегда будьте начеку, мои друзья. Хотя мы должны быть любезны.
