— Мистер Уэсли и мистер Гарридж вернулись в квартиру в субботу вечером, мадам, — ответил он. — И какой-то тип заходил в воскресенье утром повидать вашу прислугу.
Бланш дружески улыбнулась и показала в улыбке красивые мелкие зубы.
— Мистер Уэсли провел уик-энд в квартире? — промурлыкала она.
— О, нет, сударыня, только ночь субботы.
— Мистер Гарридж был с ним?
— Нет, мадам.
Бланш стряхнула пепел с сигареты.
— Конечно, моя горничная была рада помочь ему, если он нуждался в помощи. Она не уходила из квартиры?
— Нет, мадам. Она была там.
Бланш, довольная, кивнула. Вот, по крайней мере, отличный предлог для первоклассного скандала.
«Собирается из этого что-то извлечь, — подумал швейцар. — Ну что ж, пусть это даст ей возможность немного поразвлечься».
— А кто этот тип, который приходил навестить мою прислугу?
— Он сказал мне, что брат, но должен заметить, он показался мне распущенным парнем. Мне его вид совершенно не понравился.
Улыбка Бланш исчезла.
— Тогда зачем же вы позволили ему подняться? — со злостью бросила она. — Разве я вам не приказала следить за этой девкой? Я вам говорила, что она не смеет принимать у себя мужчин. Должны же вы знать, что девицы такого типа не лучше уличных кошек, или вы думаете, будто я хочу, чтобы в мое отсутствие моя квартира превратилась в бордель?
Главный швейцар слишком поздно понял, куда завела его собственная словоохотливость.
— Он заходил вчера, мадам, в 10 утра, — смущенно сказал он, — и оставался там не более нескольких минут. Если бы он пробыл дольше, я бы спустил его вниз. Уверяю вас, ничего подобного там не было.
Бланш бросила на него сердитый взгляд.
— В десять утра в воскресенье можно быть таким же аморальным, как и в десять вечера в субботу, — громко сказала она. — Я много слышала, что эти уличные девки могут делать всякие гадости за несколько минут без всякого ущерба для своей нервной системы. Что же касается брата, то я просто не верю в его существование. Вы дурак, Гаррис. Вы всегда были дураком и останетесь им, пока вас не похоронят в какой-нибудь забытой богом дыре.
— Да, мадам, — ответил швейцар и покорно склонил голову.
Бланш сделала небрежный жест шоферу, ждавшему ее с багажом, и прошла к лифту.
Влетев в квартиру подобно миниатюрному урагану, Бланш в холле первым делом добралась до звонка и принялась яростно трезвонить, прежде чем Джуди успела узнать, что она уже явилась. Бланш презрительно посмотрела на торопливо вошедшую горничную. Та была бледна, под глазами у нее темнели круги, свидетельствующие, что прошлую ночь она не спала.
— Дай мне бренди и поторопись, ты кажешься мне какой-то вареной.
Джуди ничего не ответила. Она со страхом ждала этой минуты. Быстро принесла бутылку и стакан и поставила их на стол перед хозяйкой. Затем взяла ее чемодан и направилась к двери.
— Не уходи! — остановила Бланш. — Я хочу с тобой поговорить. Иди сюда, чтобы я тебя видела… — Она налила бренди, выпила и, поставив стакан на место, закурила. — Что ты делала во время уик-энда?
— О, ничего особенного, мадам, — ответила Джуди, избегая пристального взгляда хозяйки. — Я… убирала. Потом надо было еще пошить…
Бланш нетерпеливо барабанила пальцами.
— Это неважно. Кто-нибудь приходил?
— О нет, мадам.
Хозяйка не сводила с нее глаз.
— Ты хочешь сказать, что была одна в квартире в течение всего времени?
Джуди поколебалась, потом ответила:
— Да, мадам, это так.
— До чего же странно, — сказала Бланш, — а швейцар сказал, что приходил твой брат.
— Мой… Мой брат? — повторила Джуди, с небольшим опозданием догадавшись, что у Тео, возможно, были затруднения со швейцаром, и что он, оправдывая свой приход, назвался ее братом. — О да, мадам… Я забыла. Мой брат приходил меня повидать. Он оставался недолго. Я не пустила его в квартиру. Надеюсь, вы не возражаете?
Бланш отпила еще немного бренди. Она чувствовала, что если не будет осторожна, скандал, которого она так жаждала, может не состояться.
— Я думаю, что ты врешь, — грозно сказала хозяйка. — Я не верю, что у тебя есть брат, и ни за что не поверю, что ты не попросила этого мужчину пройти в мою квартиру.
— Уверяю вас, мадам, — проговорила Джуди, которой страх придал смелости, — в квартиру он не входил… Он… Он получил место на пароходе и забегал только, чтобы проститься.
Бланш изучала ее.
«Не стоит больше настаивать, — подумал а она, — эта неряха ускользнула, но я с ней еще не закончила».
— Итак, если не считать твоего брата, здесь никого больше не было? — продолжала она, подняв брови.
«Сказал ли ей швейцар о возвращении Уэсли, — подумала Джуди, — или тогда он не дежурил? Уэсли просил ничего не говорить». Она колебалась, не зная, что сказать.
— Ну, говори, — потребовала Бланш.
Джуди решила рискнуть.
— Никого, мадам.
Бланш улыбнулась.
— И даже мистера Уэсли? — елейно спросила она.
«Все знает! — панически подумала Джуди. — Что мне теперь делать?»
Но Бланш не дала ей возможности оправдаться. Она впала в дикую ярость.
— Так вот как! — орала она, вскочив с кресла. — Конечно, слепой не может быть слишком разборчив. Говорят, в темноте все кошки серы, но я удивляюсь, как он решил подцепить уборщицу?
Джуди почувствовала, что ее бросило сначала в жар, потом в холод. Она понимала, что не посмеет ни возразить, ни уйти. Теперь она вынуждена оставаться здесь, пока того требует миссис Френч.
— Или я ошибаюсь? — голос Бланш взвился до последних пределов. — Да как ты смеешь мне лгать! — Она схватила стакан с бренди и запустила в Джуда. Стакан пролетел мимо девушки и шлепнулся в стену; осыпав ее осколками. — Убирайся с глаз моих долой, грязная потаскуха!
Джуди опрометью бросилась к двери, так как Бланш озиралась по сторонам в поисках другого подобного предмета. В дверях она чуть не столкнулась с входящим Уэсли.
— Что здесь происходит? — спросил он. — Бланш? Что случилось?
— Я скажу тебе, что случилось! — бушевала Бланш. — Я только что сказала этой потаскушке все, что я о ней думаю.
Джуди выскочила из комнаты. За дверью она остановилась, прислушиваясь.
— Тебе следует лучше владеть собой, Бланш, — спокойно проговорил Уэсли, — ты сама не знаешь, что говоришь.
— Ты, я думаю, не станешь отрицать, что оставался на ночь с этой девчонкой?
— Я был здесь в субботу ночью. Что тебя раздражает?
— Тогда почему она сказала, что тебя здесь не было, если все было так, как ты говоришь?
— Потому что я велел ей так сказать. Зная тебя, я полагал, что это поможет мне избежать скандала. Но ошибся. Теперь ты довольна?
— Ах, ты, животное! — со злостью бросила Бланш. Послышался звук удара. Зазвенело разбитое стекло, и опрокинулось что-то из мебели.
Джуди в ужасе бросилась в комнату.
Уэсли стоял неподвижно, прижав руки к груди. Бланш, очень бледная, смотрела на него. Столик валялся на полу, окруженный осколками разбитой вазы.
— Теперь, я надеюсь, ты удовлетворена? — напряженным голосом спросил Уэсли.
— Нет! Безмозглый ты дурак! — и, широко размахнувшись, Бланш ударила его по щеке.
Джуди вскрикнула.
Уэсли отступил назад.
— Довольно, Бланш. Ты пьяна. Ступай проспись. Ты мне отвратительна.
— Как я тебя ненавижу! — кричала Бланш. Она диким взглядом обвела комнату, подскочила к камину и схватила кочергу.
Джуди задрожала. Когда Бланш занесла кочергу, ринулась на мужа, она закричала:
— Берегитесь!
Но Уэсли не тронулся с места. Не выдержав, Джуди бросилась вперед, схватила Бланш за руку.
— Как вы смеете его бить?! Как вы смеете?! Ведь он слепой! — крикнула она.
Бланш оглядела Джуди и выдернула руку. Потом вдруг разразилась смехом.
— О, Говард, до чего же смешно, — выдавила она. — Эта дуреха вообразила, что я действительно собираюсь тебя ударить.
Джуди была ошарашена. Наигранный смех Бланш совсем сбил ее с толку.
— Иди прочь, — хихикая, велела Бланш. — Тебе не нужно его защищать. Я не причиню ему вреда.
Джуди жадно глотнула воздуха, повернулась и вышла. В этот момент в дверь позвонили.
Глава 6
Хуг Бентон протянул Джуди шляпу и перчатки и внимательно посмотрел на нее.
— Мистер и миссис Уэсли дома, я полагаю? — сказал он, поднимая брови. — Я сам найду дорогу. — Он открыл дверь в гостиную и остановился на пороге, созерцая картину разрушений. Его глаза цвета меди метнули быстрый взгляд на Бланш.
— А, Хуг, хэлло, — весело сказала она, — а меня опять подвели нервы. Как мило с вашей стороны, что вы пришли.
— Примите мои соболезнования. — Бентон осторожно прошел в комнату.
