— У этого человека нет абсолютно никаких намерений.
Джулия приветливо улыбалась входящим. С ней здоровались, мужчины приподнимали шляпы, приветствуя ее по имени. Джулия ощущала себя обновленной и свежей. Сегодня она впервые надела новый желтовато-коричневый костюм и коричневую шляпку, украшенную перьями. Наряд почти совпадал по цвету с волосами и очень шел ей. Этот костюм прислала прошлым летом жена Рэндала, Элен.
— Я думаю, что хорошие манеры и хороший характер, всегда сопутствуют друг другу, — сказала она.
И про себя добавила: «И хорошее, доброе сердце…»
Гилберт подарил миссис Чепмен колыбель для маленького. Когда стоит хорошая погода, он выносит ребенка на улицу, гуляет с ним, показывает горы, о чем-то ласково разговаривает с мальчиком, словно тот может что-то понять. Миссис Чепмен счастлива, что у сына будет такой заботливый крестный отец.
Старшая официантка провела Джулию и Гарлана в шумную столовую, стены которой были оклеены розовыми обоями. Кругом висели зеркала в позолоченных рамах. Джулия шла за женщиной, лавируя между небольшими столиками и большими горшками с зелеными папоротниками. Гарлан остановился возле группы мужчин, чтобы перекинуться новостями.
Он всегда останавливался в номере люкс отеля «Ригал», когда приезжал в город. Обычно, он обедал с Бар-нетом Кейди или с другим членом городского совета. Сегодня он пригласил на обед Джулию.
— Необходимо обсудить очень важные вопросы, — многозначительно сказал он.
Гарлан подошел к столу, за который Джулию усадила официантка. Он быстро оглядел столовую, чтобы убедиться, не пропустил ли кого-нибудь, не оставил ли без внимания. Он чувствовал себя в родной стихии, окруженный важными людьми.
— Что мы будем есть? — спросил он, высоко приподнимая фалды сюртука и усаживаясь на стул. Он пытался казаться оживленным, но Джулия прекрасно видела, что он зол и раздражен.
— Здесь очень хорошо готовят бараньи отбивные, — спокойно сказала Джулия. Как только официантка отошла от столика, Гарлан снова завел свое:
— Я очень волнуюсь за тебя, Джулия. Меня беспокоят твои отношения с Бутом. Этот человек распускает о тебе скандальные слухи. Хвастается, что вы были в интимных…
— Может быть, ты, допускаю, что совершенно неумышленно, спровоцировал его на подобное высказывание?
Гарлан отмахнулся от ее замечания.
— Ты обеспечила ему алиби, когда он ограбил сейф в конюшне. Ты позволяешь ему оставаться на ночь в доме… А теперь ты сняла траур! Мы все в недоумении, Джулия. Твоя дружба с этим человеком закончится скандалом!
Официантка принесла суп — жирный, наваристый.
— Я думаю, что мы достаточно уже обсудили мистера Бута, — заявила Джулия. — А что касается моего решения снять траур, то могу тебе сообщить, что Эдвард никогда не одобрял траур. Он говорил, что короткая память намного полезнее для психики, чем бесконечные страдания о прошедшем.
— Это смешно! — пренебрежительно фыркнул Гарлан.
Джулия принялась есть суп. Прежде чем решиться снять траур, она очень много думала. Ей, конечно же, нелегко было принять такое решение. Она знала, что своим поступком вызовет много недоумения и кривотолков. Но разъезжать в черном по городу, когда все вокруг расцвело и ожило, казалось ей дурным тоном!
Однако в глубине души, она прекрасно осознавала, что причиной того, что она сняла черное платье, конечно же, был Гилберт Бут.
И сейчас она невольно вспомнила выражение лица молодого человека, когда миссис Чепмен забрала у нее малыша и выпроводила их погулять. Она испытывала удивительное чувство: было приятно и тревожно оттого, что ее привлекательность и красота, ошеломили мужчину, буквально лишили его дара речи! Все остальное она представляла каждую ночь — нежность его поцелуев и почти грубую силу объятий…
— Надеюсь, ты не воспринимаешь его как поклонника!
Джулия вытерла губы салфеткой. Надо быть сдержанной, не выдать Гарлану своих истинных чувств. Однако ей было немного жаль Хьюза. Она никогда не поощряла его ухаживаний, но он все-таки надеется на более серьезное завершение их дружбы. И до сих пор считает, что она согласится выйти за него замуж.
— Если тебе интересно, объявил ли он о своих намерениях, то отвечу тебе отрицательно! — Джулия представила, как разозлится Гарлан, если узнает, что она вложила деньги в «Змеиную Скалу».
— Я могу создать тебе жизнь, которой позавидует любая женщина! Материальная независимость, комфорт, положение в обществе, достойные друзья… Советую тебе подумать обо всем прежде, чем ты решишь связаться с бесчестным человеком, который хочет тебя обмануть! — Гарлан впился зубами в кусок хлеба. От злости его губы стали белыми и тонкими. — В твоей жизни это не первый случай, когда ты ошибаешься в своих суждениях!
Джулия положила ложку, внимательно посмотрела на Гарлана.
— Что ты хочешь сказать?
— Вовсе не обязательно объяснять подробно. Думаю, ты меня прекрасно понимаешь!
Джулия неподвижно застыла, ожидая, когда он скажет что-нибудь и развеет нахлынувший страх, успокоит ее.
Но Гарлан молчал. Он спокойно и бесстрастно жевал хлеб. И даже не смотрел на нее.
Внезапно она поняла, чего не может терпеть в этом человеке. Она ненавидит его манеру молчать, когда он хочет высказать свое неодобрение!
— Думаю, будет лучше, если ты объяснишься, Гарлан!
Гарлан поглядел ей в глаза. Он торжествовал победу.
— Правда ли, что женившись на тебе, Эдвард сделал большое одолжение?..
Глава 17
Джулия вышла из отеля совершенно рассерженная и расстроенная. Больше всего потрясло, что Рэндал, ее собственный брат, смог предать ее. Конечно, сам он так не считал. Возможно, ему казалось, что он совершил, достойный порядочного человека, благородный поступок. Но Джулии было совершенно ясно, что она больше никогда не сможет доверять брату!
Гарлан рассказал, что во время приезда ее брата в Стайлз, он сообщил Рэндалу о своем желании жениться на Джулии. Джулия считала, что Гарлан завел преждевременный разговор об их возможном браке, ведь после похорон Эдварда прошло всего несколько дней.
А Рэндал, видимо, счел себя обязанным рассказать возможному жениху о позорном пятне на ее прошлом. Рэндал выдал Гарлану ее тайну, которую она старалась забыть.
Зачем он сделал это, Джулия была не в состоянии понять. Несмотря на недоумение и обиду, она понимала, что удивляться поступку Рэндала не следует. Он всегда был воинствующим моралистом, нетерпимо относился к заблуждениям людей, а, особенно — женщин. Хотя, вместе с тем, был блестящим хирургом.
Джулия медленно шла, направляясь в салун «Бон Тон», держа в руке медицинскую сумку. Она пыталась успокоить себя, что не стоит принимать близко к сердцу предательство Рэндала. Ей не под силу что-либо изменить. Она была благодарна Гарлану за сочувствие и понимание, с которыми он отнесся к ее рассказу. Он внимательно выслушал и успокоился, пообещав, никому не открывать ее тайны. Ей оставалось только молиться, чтобы Гарлан сдержал свое слово!
