тридцать четыре дня прошло с тех пор как Лист и Белла стояли у Древа Всематери. Всего тридцать четыре дня, а казалось, что уже триста. Слишком многое навалилось на Листа.
— Ты говорил, что не веришь в великого змея, — хмыкнул Хабр, тоже прикасаясь к камню.
— Не верю, — ответил Вито, — но это место наполнено магией. Я много чего видел в мире, но это место особенное. Я готов потерять лишнюю неделю пути, но завернуть сюда хотя бы из любопытства.
— Ты просто не чувствуешь боль земли на пути сюда, — выдавил из себя Мартин, с трудом спешившись. — Но здесь все иначе, — он замолчал, прислушиваясь к своим ощущениям, а затем улыбнулся, отстранился от Кадма, который поддерживал его, — это место наполнено любовью.
— Но кто здесь похоронен? — спросил Лист.
— Эта земля помнит слезы и … кровь, — Мартин тоже присел у камня, его глаза широко распахнулись, — здесь использовали магию крови. Я ничего не знаю про эту область нашей науки. Но я готов поставить все на то, что маг земли связал свою жизнь с этим местом и питает его до сих пор.
— И эта ставка не сыграет, — тихо сказал Вито.
Все уставились на него. Он нарочито медленно провел рукой по бороде, оскалился и выкрикнул резкую команду на своем языке.
В землю воткнулись две стрелы.
Проклятье!
Дозорный, наверняка был мертв. Они слишком вымотались и стали невнимательны.
Лист пригибаясь подбежал к вещам сваленным в кучу, поднял чей-то щит. Двое его людей упали замертво. Остальные бросились врассыпную.
Кадму в ногу вошла стрела. Морщась, он оторвал манжету от рубашки и подбросил вверх. На ткани были вышиты слова заклинания. Буквы ярко вспыхнули в стремительно темнеющем небе. Лист почувствовал, как их накрывает магический щит.
Густые облака лопнули, заваливая их снежными хлопьями. Кадм поднимал снег и направлял на врагов. Лист видел, как одного из противников сосулька проткнула насквозь.
Его людей окружали, и нападающих было больше. Среди них были как лавирцы, так и огнепоклонники.
Мартин издал неприятный визгливый звук, его пальцы вошли в землю и она вздрогнула, пошла волной к противнику, сбивая с ног.
Оси и Хабр стояли ближе всего к нападающим, и вместе с ними упали. Тим и еще двое подбежали к ним, прикрывая. Остальные остались на ногах и двинулись вперед, используя преимущество.
Лист тоже сделал шаг, но перед ним был Вито. Он скалился, демонстрируя сломанные зубы, кричал на лавирском и осыпал Листа ударами.
Несколько секунд Лист мог только уклоняться и ставить блоки. Меч в левой руке Вито был нацелен ему в голову, а вторым тот пытался отвлечь внимание. Круговым движением Лист сумел оттолкнуть оба меча, но левый все же скользнул вниз и плашмя ударил его в лоб. Из глаз посыпались искры, и на мгновение он потерял ориентацию в пространстве.
Следующий удар убил бы его, но слева выскочил Оси с топором. Не самое удобное оружие. Вито прыгал вокруг, уклоняясь и нанося режущие удары, но Оси не был бы сыном Гура, не имей туза в рукаве.
Парень отпрыгивал и двигался почти так же быстро, как и лавирец. Лист не решался влезть в их противоборство и с восторгом наблюдал, как светловолосый высокий Оси заносит огромный не боевой топор над смуглым лавирцем. И Вито, уклоняясь, уверенный в своей скорости прыгает вперед, не замечая, что в правой руке Оси нож. Он вошел в плечо Вито, как в масло и разрезал ворот кожаной куртки.
Изо рта Вито потекла кровь, и он упал прежде, чем Оси успел опустить на его голову топор.
Но не всем людям Листа повезло иметь рядом Оси. Как минимум еще трое убиты, пока он был занят Вито.
И все же мертвых лавирцев и огнепоклонников на земле больше.
Лист столкнулся с чернобородым огнепоклонником в чешуйчатом доспехе. От щитов полетели щепки. Лист был более худым, но сумел сбить противника с ног. Меч прошел между чешуйками, сломал несколько ребер и застрял.
Окружавший их лес загорелся.
Лист прикрыл глаза, защищаясь от яркого света. Его люди кричали. Двое или трое горели, но он не видел кто. Видел лишь, что Кадм сложившись пополам, сжимает кулаки, бормоча заклинания. Последний видимый сугроб окутал горящих людей.
Рубашка на спине Листа промокла — снова открылись раны. На затылке зашевелились волосы — рядом с ним поднялась тень.
Его рука потянулась к поясу, но он не обнаружил ни кинжала, ни пары склянок с розовой слезой. Запоздало вспомнил, как Вито срезал его пояс, одним из первых ударов.
Темный сгусток уже тянулся к нему. Лист отступил и оглянулся. Между его людьми поднялось еще несколько теней. Мартин бормотал заклинания, но Лист уже слышал шипение предвещающее, что магический щит, защищавший их, вот-вот лопнет.
Оси отбросил топор и метал ножи в тени, поднимавшиеся по краю горящего круга. Когда нож попадал в тень, она разлеталась черными брызгами, но почти сразу за ней вставала новая тень. А ножей у Оси было не много.
Листу удалось разрубить одну из теней на части. Ей потребуется некоторое время на то чтобы восстановиться.
Но рядом поднялось еще четыре.
На ладонях Тима вспыхнули языки пламени. Он поднял их к ближайшей тени и схватил ее. Самоубийственный поступок. Но под его огнем тень смялась, свернулась в маленький шар и исчезла. Тим с очумелым видом шагнул к следующей. Лист впервые видел, чтобы друг так явно использовал дар стихий — обычно он ограничивался лишь искрами.
Лист развернулся, пытаясь ударить очередную тень, и встретился взглядом с Херлаугом. Сын главы огнепоклонников стоял среди горящих деревьев и с улыбкой наблюдал за ним. Все тени оставались в пределах горящего круга, который не могли пересечь.
Лист задрожал от негодования. Его магический щит лопнул, в ушах раздался неприятный свист. Он сделал шаг назад и едва устоял, споткнувшись о тело. Свой или чужой? Оно так обгорело, что Лист не смог узнать его.
Он шагнул вперед, надеясь сразиться с Херлаугом, но перед ним встала огромная тень, отдаленно напоминающая бабочку. Ему пришлось рубить ее, хотя обычный меч почти не причинял ей вреда.
Из ноги Кадма все еще торчала стрела. Он хлопнул в ладоши и десяток теней, в том числе бабочка перед Листом уменьшились, но не исчезли.
Лист посмотрел на магов, стоящих рядом друг с другом. Кадм тяжело кашлял, а Мартин пытался влить в него свои силы.
— Мартин, ты должен рассказать, что здесь произошло! — крикнул Лист, — слышишь? Это приказ. Спасай свою жизнь!
Мартин хмурился, словно он не понимал,
