софитов заблестела табличка с надписью на седле. Я не могла не узнать слова: те самые, которые попались мне на глаза в конюшне на задней стороне поместья пару дней назад.
Для Савиллы. Все это будет нашим. Люблю, твоя мама.
Теперь, когда я прочитала надпись на этом конкретном седле целиком, она обрела новый смысл. Я внимательно вчиталась в каждое слово, продолжая начищать седло и болтать.
– У лошадей огромные глаза. Они на самом деле могут видеть на триста пятьдесят градусов, и, если бы я не училась по государственной школьной программе Вирджинии, могла бы знать, что это значит.
Еще больше смеха.
– Если седло окажется слишком грязным, вам, возможно, придется повторить этот шаг несколько раз, – сказала я, держа в руках чистую губку.
Это седло давно не использовалось. Если вообще когда-либо использовалось. Но в нем была подсказка, которую я обрабатывала на сцене перед сотнями зрителей.
Я выдавила на губку еще больше глицеринового мыла, пока мой мозг фиксировал выгравированные слова и вносил это посвящение в мысленный список к моему расследованию.
1. Савилла – дочь мистера Финча и… Кэти Гилман.
2. Все это – поместье? Конкурс красоты? Сама жизнь?
3. Будет нашим – Кэти Гилман что-то спланировала и решила поделиться этим со своей дочерью Савиллой?
4. Люблю, твоя мама – также известна как няня Савиллы, Кэти Пибоди, Мисс 2001 и судья конкурса красоты Кэти Гилман.
Двадцать секунд прошло, пока эти мысли сталкивались друг с другом, а рот работал на автопилоте.
– Теперь немного кондиционера… эм… Знаете, кондиционер действительно имеет большое значение – это я узнала на собственном опыте за прошедшую неделю на конкурсе красоты. – Я перевела дух, вытерла мыло и капнула каплю кондиционера для кожи размером с пятак на щетку, держа одну руку на седле. – Вы можете себе представить, как трудно выглядеть настоящей леди на этой сцене? О, а я вот знаю. И мои наращенные волосы, накладные ресницы и мой пуш-ап тоже знают. До этого понедельника я была конюхом, и я, похоже, так и не могу избавиться от грязи. Поэтому я сейчас напоминаю странную Барби: модная, но со мной слишком долго играли на улице.
Я вспомнила, что Лэйси сказала о Кэти Гилман в первую ночь конкурса: она работала в поместье горничной и дослужилась до должности няни Савиллы. Когда она была горничной, у нее, видимо, были отношения – или разовая встреча – с мистером Финчем, в результате чего она забеременела.
Разрозненные детали происшествий последних дней начали складываться в бесшовную мозаику. Я как будто могла наконец видеть непрерывную нить, проходящую через прошлое, настоящее и ближайшее будущее.
– Если у вашего седла серебряная оправа, вам нужно обязательно добавить немного… полироли, не только для блеска, но и для долгосрочной защиты.
Я увидела, как шериф слушает меня из самой дальней части бального зала, а затем взглянула на Кэти Гилман, которая теперь сидела, сложив руки на столе перед своей пышной грудью. Я вспомнила свою первую ночь здесь, как она нашла то кольцо для мизинца в ящике моей тети. «Это мой личный дизайн», – зазвучали слова мистера Финча в моей голове. Позже доктор Беллингем назвал это кольцо кольцом судьи, что, по-видимому, означало, что их получили только они.
Только судьи, среди которых была Кэти Гилман. А что, если это было ее кольцо? Она была судьей конкурса на протяжении многих лет, так что у нее было то же самое кольцо, что и у всех остальных судей. А вдруг она сняла свое собственное кольцо, поднесла его к свету и обманула нас с шерифом? Как далеко она зашла, чтобы скрыть, кем когда-то была? Работала ли она сообща с доктором Беллингемом, чтобы выиграть конкурс красоты 2001 года, а затем вычеркнуть себя из архивов?
Кэти Гилман понятия не имела, что во время демонстрации своего странного таланта я ее раскусила. Она даже не догадывалась, что только что стала главной подозреваемой в убийстве мистера Финча, по крайней мере, в моем представлении.
Мне нужно было немедленно сообщить шерифу о сообщении на седле и своих догадках, но я не могла просто спрыгнуть со сцены.
– Седла на самом деле не изнашиваются со временем. Фактически, как только вы их обкатаете, вы сможете пользоваться ими всю оставшуюся жизнь. Вы, вероятно, даже сможете передать их будущим поколениям как из практической, так и из сентиментальной ценности. Так что, – я не могла сдержаться, – если у вас с отпрыском один и тот же прекрасный зад, он сможет пользоваться тем же седлом долгие годы. В конце концов, семья держится вместе. Матери, дочери…
Я продолжала бессвязно бормотать, переводя взгляд с шерифа на Савиллу Финч, которая наблюдала за мной с удивленным, но озадаченным выражением лица.
Я снова пробежалась по потенциальным мотивам, но на этот раз со стороны Кэти Гилман.
1. Деньги, конечно.
2. Месть человеку, который отнял у нее дочь, – да.
3. Любовь к своему ребенку – определенно.
Это типичное преступление на почве страсти, просто не в классической ассоциации с этим словом. Тем не менее материнская любовь была страстью, страстью, которая могла оправдать все. Даже убийство.
Когда я закончила свою часть шоу по демонстрации таланта, тетя ДиДи вернулась на сцену и помахала мне рукой.
– Аплодисменты Дакоте Грин!
К моему полному изумлению, люди действительно аплодировали и продолжали аплодировать, пока я собирала седло и чистящие принадлежности. Несколько человек даже встали, и, когда я помахала толпе, направляясь за кулисы, откуда-то сзади даже раздались возгласы.
Я не могла в это поверить. Похоже, я не только раскрыла убийство, но и умудрилась впечатлить эту толпу зрителей.
Тридцать семь
Я думала о Кэти Гилман и о том, как бы лучше передать сообщение шерифу Стронгу, когда за кулисами незнакомец-практикант расстегнул мое платье и помог выбраться из ярдов тюля. Я влезла в красный купальник с оборками, которые, как сказала Джемма, должны были визуально увеличить размер моей груди.
Саммер носилась за кулисами, приказывая каждой девушке наклониться и зачесать волосы вверх, прежде чем она быстро распылит на них лак, в то время как Нина напоминала, что нужно добавить упругости нашему шагу. Я была удивлена, осознав то, чего никогда прежде не видела со своего места в зале: все участницы действовали как команда. Только одна из нас могла выиграть корону, но мы были вместе в этом соревновании. Я надела блестящие черные каблуки и, взглянув на себя в ряды зеркал, с удивлением обнаружила, что эффект взъерошенных волос и правда
