склочных старушек, я сомневалась, не выйдет ли мне это боком. Не оказаться бы собачкой Вана. В любом случае, мой ответ будет зависеть от того, что мне скажет Стив Колин. Если он уже создал аналог той бурды, что посылает Герера, то можно будет положить на Альфреда и его семью огромный болт. Надо скорее добраться до особняка!
Остаток пути до дома прошел без происшествий. Мы поели в придорожном кафе и поехали дальше каждый на своем магмобиле. Практически всю дорогу я продремала, отсыпаясь за бессонную ночь в монастыре.
Дома были в начале пятого. Как только за магмобилем закрылись ворота, я с облегчением приказала телу сменить внешность и ссыпала все содержимое живота в сумку. Как же надоело таскать это все на себе. Но на отдых времени не было, нас еще ждали дела. Приказав подать поздний обед в кабинет, мы с Винтерсом за полчаса привели себя в порядок после дороги и пошли разгребать то, что накопилось за время нашего отсутствия.
Но прежде всего я связалась со Стивом.
— К сожалению, вынужден вас огорчить, дисса Софи, — проекция Колина виновато развела руками. — Я проанализировал те капли, что вы мне дали. Жидкость содержит в себе неизвестный, скорее всего, иномирный компонент. Я пытаюсь его синтезировать, но пока безуспешно.
Шарт!
— Винтерс, приготовь мне чай из Хэнбо, — рявкнула я, чувствуя, как начинаю закипать.
Шартов Герера и его тупые изобретения, сколько он еще будет портить мне кровь! Я с ненавистью посмотрела на плафон, который лежал на моем столе. Что такого в этой штуке?!
— Давайте проведем эксперимент, дисса Софи, — мягко подкатился Винтерс с чашкой в руке.
— Каким образом? — хмуро спросила я, делая глоток.
Фух, полегчало! Кажется, секретарь добавил больше успокаивающей травы, чем обычно.
— Узнаем, что он может усиливать, — пожал плечами парень, и включил фонарик на телефоне.
А что, действительно! Щелкнув пультом, я затемнила все окна, и мы поставили плафон на фонарь. Комнату тотчас же залил такой яркий свет, что осветило, кажется, даже пыль в самых дальних уголках потолка. Значит, это штука действует не только на пламя. Дальше мы поставили плафон на тарелку с нарезанными апельсинами, и комнату наполнил насыщенный цитрусовый аромат так, что пришлось проветривать. Включенный на минимальную громкость динамик телефона под плафоном выдал такую громкость, что стены завибрировали от децибел. Оглушенные, не столько шумом, сколько полученными результатами, мы с Винтерсом уставились друг на друга.
— Мощно, — только и смог выдать секретарь.
— Что думаешь насчет предложения Вана? — спросила я, гипнотизируя взглядом обшарпанный плафон.
— Мне Ван не нравится, но я согласен с ним, к сожалению, — поморщился Грегори. — Однозначно, Гереру надо убирать любой ценой.
— Убить? — приподняла я бровь.
— Если понадобится, — резко кивнул Винтерс, а я удивленно на него уставилась.
— Какой ты кровожадный!
— Всем будет лучше, если он и его семейка исчезнут, — неожиданно резко выплюнул он.
— А что ты знаешь о его семейке? — насторожилась я.
— Ван в ресторане сказал, что они тогда приходили к вам все вместе и распылили эту гадость вам в лицо, — серьезно посмотрел на меня секретарь. — Пусть гниют в тюрьме! Или умрут, мне не жалко.
Вот знала же, что не стоит болтать при нем! Слишком внимательный, слишком умный!
— Кстати, — я вспомнила еще кое-что, — как ты нашел меня там, в храме, когда вы запустили шарта. Я же была невидимой.
— На ощупь, дисса Софи, — усмехнулся Винтерс. — Пошел по стене в направлении их атак и, слава Вселенной, нащупал вас. Мне определенно повезло.
Это точно. Так бы и плутал там, уворачиваясь от палок монахов.
Остаток вечера провели, разгребая дела. Я просматривала отчеты по стройке, Винтерс разговаривал с Колином о Хэнбо. По лаборатории Хоффа информации пока было немного, зато Лео доложил о других трекерах, которые двигались в Нью-Парке, Амиране и Боздоне. Те зоны тоже взяли под наблюдение, и теперь у меня была информация, где искать лаборатории Мэтью Холла, Хариссов и Джона Ука. Впрочем, Ук тогда поддержал меня на голосовании, поэтому его можно пока оставить в покое. А вот остальных ждет неприятный сюрприз.
Я как раз дочитывала страницу про заброшенную ферму в Амиране, куда подозрительно часто ездят самосвалы, якобы для уборки мусора, как внезапно почувствовала сильное головокружение.
— Винтерс, что-то мне не очень, — часто задышала я, откидываясь в кресле.
— Что с вами, дисса Софи, — секретарь оказался рядом в считанные секунды.
— Кажется, началось, — прошептала я, чувствуя, как подкатывает тошнота. Почему так рано?! Я же считала, семь дней еще не прошло! — Скорее, в туалет!
Винтерс успел. Схватив меня в охапку, он рванул в ближайшую ванную комнату, где меня тошнило столько раз, что я сбилась со счета. Но самое страшное было в том, что я опять почувствовала, как теряю связь с реальностью, и в моей голове начинают роиться сотни безумных, бессвязных мыслей.
— Позови…Вана, — сумела прохрипеть я, а затем меня бросило в жар.
Я не помнила, как оказалась в своей кровати, но удобный матрас и прохладные простыни не принесли облегчения. В голове шептали, кричали, хохотали голоса, мелькали лица и обрывки воспоминаний. Кажется, я стонала, мечась по постели, кажется, кто-то прикладывал мне к голове прохладные компрессы, кажется, кто-то звал меня по имени. Или это все плод моего воображения. Веки стали тяжелее свинца, я силилась открыть глаза, но не могла. Меня догонял Эрик с плетью, и тут же его тело расплывалось, превращаясь в шарта. Страшно смеялся Герера, танцующий вальс с монахами, грустно смотрел Винтерс, стекая лужицей на пол, плакала Жози, протягивая ко мне десятки рук. Как выбраться из этого кошмара? Внезапно стало совсем холодно, и я услышала какой-то стук, кажется, это стучали мои зубы. «Софи, выпей», — донесся до меня чей-то голос и в горло полилась теплая жидкость. А затем на меня как будто надели черный купол,
