Морган подкрался сзади. Босоногий, он сделал это бесшумно, но, прежде чем успел обнять жену, она повернулась к нему лицом и, гневно сверкая глазами, резко приказала:
— Не прикасайся ко мне! Больше нет в этом надобности. Боюсь, ничего у нас не получилось. Я не смогла сыграть роли, отведенной мне в планах, которые ты выстроил с моим отцом. Не будет наследника, способного скрепить ваш уговор и обеспечить мир между кланами. Повторяю: ребенка не будет!
Укол разочарования, который испытал Морган, мгновенно сменила радость: он понял, что жена не скучает по отчему дому и не стремится туда вернуться. Она опечалена, но по иной причине — она не зачала ребенка. Его ребенка.
— И давно ты это знаешь?
— С сегодняшнего утра.
Морган не был бы истинным Макдоннеллом, если бы не прибег к помощи физической силы. Не успела жена запротестовать, как он поднял ее на руки, отнес на кровать и сел рядом, прижавшись бедром.
— Ты нездорова, дтетка? Что-то болит?
Сабрина смахнула слезу. Неловко и стыдно было затрагивать проблемы, которые прежде обсуждала только со своей матерью, но Морган проявлял искреннее участие, и устоять было невозможно, так что она молча кивнула и тронула пальцем лоб. Муж тут же принялся ласково массировать ее виски, отчего по всему телу разлилась блаженная теплота, напряжение спало и боль утихла.
— Где еще болит?
В ответ Сабрина смущенно похлопала себя по животу. Тогда Морган растянулся во всю длину рядом и начал массировать ладонью живот, пока и там не прошла тупая боль.
— Где-нибудь еще? — Морган, опершись на локоть, внимательно оглядел жену.
Сабрина сжала пальцы в кулак и поднесла к сердцу, отдавая себе отчет, что здесь он ничем не сможет помочь. Однако ошиблась. Губы Моргана приблизились, нежно покусывая ее губы, пока они не раскрылись. Покрывая мелкими поцелуями тонкое горло, он начал одну за другой Расстегивать крохотные пуговицы на лифе, дав свободу упругой груди.
— Морган! — с трудом выдохнула Сабрина. — Ты так ничего и не понял? Тебе вовсе не надо этого делать!Я все равно не могу сейчас зачать ребенка.
— Пожалуйста, я прошу тебя, — он поднял ей платье и принялся спускать многочисленные нижние юбки.
Сабрина на миг утратила дар речи, охваченная счастьем. Впервые Морган Макдоннелл позабыл о своей гордости о чем-то попросил. Он хотел жену больше, чем наследника.
— Ты уверен, что можно? — прошептала Сабрина, сжимаясь к мужу всем телом всем телом.
— Нужно, детка. Ты до сих пор не усвоила девиза Макдоннеллов, — Морган весело подмигнул жене. — Естественно, написано на гэльском языке, а в переводе звучит примерно так: «Если хочешь победить, не бойся пролить капельку крови». — Лукавые искорки в его глазах засверкали ярче. — В особенности если это не твоя собственная кровь.
Когда Сабрина проснулась, мужа рядом не было. Он устроился за столом при свете свечи, разогнавшей тени по углам и бросавшей блики на его золотые волосы. Сабрина встала и прошлепала к столу босиком в одной шерстяной ночной рубашке, которую натянул на жену ночью Морган, когда погас огонь в камине.
Перед Морганом лежал букварь, в детские годы любимая книга Сабрины, намеревавшейся использовать его для обучения грамоте молодого поколения Макдоннеллов. Возле каждой буквы имелось изображение какого-нибудь экзотического животного, название которого начиналось с этой буквы. Шевеля губами, хозяин замка сверял картинки со смятым листком бумаги.
Морган вздрогнул, когда Сабрина положила ему руку на плечо, виновато улыбнулся и захлопнул учебник.
— Матушка меня всегда предупреждала, что ни в коем случае не следует подкрадываться к Макдоннеллу сзади, — смущенно сказала Сабрина.
— Отличный совет, — одобрил Морган. — Тебе просто повезло, что я не бросился на тебя, как дикий зверь.
Сабрина невольно хихикнула:
— По-моему, это ты уже делал, и не раз.
Горячий взгляд мужа без слов сказал, что он понял намек. Сабрина встала на цыпочки и посмотрела, над чем трудится муж. Он вначале прикрыл бумагу ладонью, но потом сдался.
— Черт бы его побрал! Как ни стараюсь, не могу разобраться в этой чепухе.
Глазам Сабрины открылся лист плотной бумаги, слегка обгоревший по краям. Она медленно его расправила, и к пальцам прилипли крошки сургуча от печати Камеронов; сердце радостно забилось.
Морган устало протер покрасневшие глаза:
— Насколько я понимаю, твой батюшка, бизон и аллигатор собираются посетить мой замок, чтобы забрать своего енота.
С трудом подавив ухмылку, Сабрина быстро пробежала глазами текст:
— Не совсем так, дорогой. Мой батюшка, Брайан и Алекс планируют нанести нам визит. Они хотят забрать с собой Энид, а заодно интересуются, как у нас идут дела.
— Нечто вроде инспекционной поездки. — Морган почесал подбородок. — Одно удивляет: почему этот хитрый сукин… — Поймав укоризненный взгляд жены, он прокашлялся: — Почему Камерон так долго ждал своего часа? Когда они приедут?
— Перед Рождеством. — Сабрина проследила пальцем строчку почти в самом конце листа и с удивлением проговорила: — Оказывается, он все-таки обо мне не забыл.
— И что же он тебе пишет? — Морган вновь испытал приступ ревности к отцу своей жены, способному вызвать такую откровенную радость на ее лице.
— Это строка из стихотворения любимого поэта матушки, Роберта Геррика: «Не бывает розы без шипов».
19
В подготовке к предстоящему визиту своих родных Сабрина проявила качества хозяйки, правящей твердой и безжалостной рукой. Она не обращала внимания на ворчанье и жалобы обитателей замка, поскольку к тому времени поняла, что за враждебностью Макдоннеллов скрываются смятение и страх. Они опасались, что могущественный и богатый предводитель Камеронов будет смотреть на них свысока, издеваться над их нищетой, грубыми манерами и неграмотностью.
Не раз возблагодарив в душе матушку, казалось, предвидевшую, с чем придется столкнуться ее дочери на новом месте, Сабрина доставала из сундуков, привезенных из замка Камеронов, все новые предметы, которые могли бы послужить для каждого Макдоннелла талисманом, способным внушить хотя бы иллюзию равенства.
Фергюс получил изумительную лупу, отделанную слоновой костью, а Альвине достался бронзовый наперсток, которому она сразу же нашла достойное применение и стучала Фергюса по лбу, когда тот начинал засматриваться на других девушек.
Конечно, сундуки все же не были бездонными, Сабрине вместе с Энид пришлось перетрясти собственные гардеробы в поисках подходящих вещей, а потом перешивать платья и нижние юбки для женской половины Макдоннеллов. К примеру, из вечернего туалета Энид вышло несколько пар шелковых туфелек.
