Переяславль Ярополк решил отдать опытному брату Вячеславу, а Всеволода отправил княжить в Новгороде, где настоящая власть оставалась за привыкшим к ней тестем Мстислава Дмитрием Завидовичем.
Вячеслав, сказав брату, что отправляется в Переяславль, на самом деле отправился в Туров и завоевал княжество своего племянника Ростислава, а потом, оставив посадника, вернулся в Смоленск.
Ярополк, потрясенный тем, что творят его братья, в преданности которых он был уверен, отдал Переяславль все еще находившемуся там Юрию в обмен на часть его княжества для ставшего изгоем Ростислава.
Вдова Мстислава Ульяна уехала вместе с сыновьями Святополком и Владимиром к отцу в Новгород. Отец начал говорить ей, что она должна снова выйти замуж, но она не хотела обсуждать это.
– Ты должна меня слушаться, – даже не возмущенно, а удивленно произнес Дмитрий Завидович.
– Я вдова великого князя Мстислава, – сказала Ульяна, – чьи братья после его смерти из агнцов в козлищ превратились. Ты не вправе указывать мне.
Ее отцу нечего было ответить. У него было странное ощущение, что Мстислав здесь, рядом, и слышит разговор.
Всеволод ходил подавлять взбунтовавшуюся Чудь, сделал это и вернул Руси Юрьев.
– Только ты продолжаешь дела отца, – сказала ему Ульяна, когда он вернулся в Новгород.
Вдохновленный своим успехом, Всеволод обещал брату Ростиславу сделать того суздальским князем, но дошел только до реки Дубны и возвратился, когда посланные им доложили о полном превосходстве Юрия. Недовольные новгородцы, считавшие Всеволода только начальником дружины, требовали от него выполнить обещание и захватить Суздаль. Новый митрополит Михаил (как раз после его приезда в Киев ромейская церковь перестала полностью отрицать, что Мстислава можно признать святым) специально поехал отговаривать от междоусобицы, но его даже не пустили в Новгород. Как раз тогда Григорий отказался от поста игумена. Ему прислали письмо из ладожского монастыря, где он провел столько лет, сообщили о смерти настоятеля и предложили занять место покойного. Вначале Григорий все-таки приехал в Новгород, потому что хотел увидеть Ульяну.
– Вот, – упрекнула его Ульяна, – что произошло из-за того, что не захотел ты стать митрополитом. Тебя бы новгородцы впустили. И снова митрополит у нас грек, чего не хотел мой муж.
– Признаю свою вину, – согласился Григорий.
– А в Киеве ты уже ничего не мог сделать? – спросила Ульяна.
– Если бы мог, не возвращался бы в Ладогу, – ответил Григорий. – Ярополк хочет продолжить дела брата и отца, но не хватает ему способностей к этому. Если бы я помогал ему, хуже точно бы не было. Только он не хочет моей помощи, и я понимаю почему. Твой муж Мстислав доверял моим советам, потому что знал себе цену. Тот, кто знает свое превосходство, не княжеское, а человеческое, легко слушает других. А Ярополк, как я чувствую, и понимает свою слабость, и бежит от таких мыслей. Он доказывает себе свою силу, и ему не нужен такой помощник, как я.
– А был бы ты митрополитом, он не мог бы не слушать тебя, – заметила Ульяна.
Григорий вздохнул, а потом сказал:
– Я попробую убедить Всеволода не слушать никого и не нападать на Суздаль.
Всеволод согласился разговаривать с Григорием.
– Я знаю, как ценил тебя мой отец, – почтительно произнес Всеволод. – Ты хочешь отговорить меня от похода на Суздаль?
– Конечно, – кивнул Григорий. – Разве ты забыл, что твой отец ненавидел междоусобицы?
– Нет, не забыл. Я поклялся брату сделать его суздальским князем. Но я узнал, что поход мой не имеет смысла. А брат прислал мне письмо, где снял с меня клятву. Еще Ростислав написал: «У меня есть там какие-то земли, и это хорошо». И если бы не новгородцы… Ты не хуже меня знаешь, что у меня нет здесь настоящей власти. Я должен их слушаться.
– Чтобы князь слушался своих подданных… Такое давно уже не могло и присниться, – поражался Григорий.
– Не воевать же мне с ними? – горько усмехнулся Всеволод.
Несмотря на зиму, новгородское войско отправилось в поход. Двадцать шестого января произошла кровавая битва у Ждановой горы. Погибло и много новгородцев, и много суздальцев, но битву новгородцы проиграли.
Юрий Долгорукий и ростовчане в битве не участвовали; Юрий Владимирович отстаивал Переяславль. Братья Олеговичи, участвовавшие по приказу Мстислава в захвате Полоцкого княжества, а потом ходившие вместе с ним на Литву, теперь вместе с половцами напали на Переяславль и взяли город. Затем они направились к Киеву, сжигая и грабя города и села, позволяя половцам брать русских в рабство, но под стольным градом их ожидало войско Ярополка. Олеговичи все-таки не осмелились сражаться с великим князем и заключили под Киевом мир. При заключении мира Ярополка поддерживали приехавшие из Новгорода Мирослав, сын Дмитрия Завидовича и брат Ульяны, а также епископ Нифонт. Ярополк отправил в Переяславль брата Андрея, а Ростислава сделал князем владимирским. Юрий получил обратно отданные Ростиславу земли и снова владел всем Ростово-Суздальским княжеством, к которому присоединил еще и принадлежавший Всеволоду Черниговскому город Остёр.
Уже через несколько месяцев хорошо подготовившиеся Олеговичи снова напали на Переяславль, а потом была битва на реке Супой, которую Ярополк проиграл и в которой погибла почти вся его дружина. Среди погибших был Василий, сын ромейского принца Леона и внук Мономаха. Олеговичи захватили даже знамя великого князя и стояли на берегах реки Лыбедь. Ярополк не решился на вторую битву и подписал позорный мир, отдавая противникам Переяславль и Курск.
В 1136 году новгородцы осудили своего князя Всеволода на изгнание, предъявив ему несколько надуманных обвинений. Всеволода заперли в епископском доме вместе с женой, детьми и тещей, одного из его ближайших друзей сбросили в Волхов, а князем избрали явившегося им на помощь Святослава Олеговича. Ярополк дал Всеволоду Псков, и новгородцы его туда отпустили.
Ульяна, давно уже с горечью смотревшая на то, что происходило после смерти ее любимого мужа, теперь видела, как новгородцы, а главное – ее отец, изгнали ее пасынка. Она не выдержала и уехала в Ладогу. Часто она посещала монастырь Григория и исповедовалась тому.
– Ты исповедуешься, – говорил Григорий, – а где же грехи? Их не может быть, ведь ты праведница. Ты просто хочешь побеседовать со мной.
На следующий год умер Дмитрий Завидович. Ульяна приехала на похороны отца и с удивлением наблюдала, как ее брат Мирослав поднял восстание против Святослава Олеговича, призывая вернуть Всеволода. Восстание не удалось, после чего Мирослав и главные его соратники отправились в Псков, радушно принятые Всеволодом Мстиславичем. Туда же поехала и Ульяна вместе со своими сыновьями.
