Ульяна, давно уже с горечью смотревшая на то, что происходило после смерти ее любимого мужа, теперь видела, как новгородцы, а главное – ее отец, изгнали ее пасынка. Она не выдержала и уехала в Ладогу. Часто она посещала монастырь Григория и исповедовалась тому.
– Ты исповедуешься, – говорил Григорий, – а где же грехи? Их не может быть, ведь ты праведница. Ты просто хочешь побеседовать со мной.
На следующий год умер Дмитрий Завидович. Ульяна приехала на похороны отца и с удивлением наблюдала, как ее брат Мирослав поднял восстание против Святослава Олеговича, призывая вернуть Всеволода. Восстание не удалось, после чего Мирослав и главные его соратники отправились в Псков, радушно принятые Всеволодом Мстиславичем. Туда же поехала и Ульяна вместе со своими сыновьями.
Святослав Олегович, не позабыв призвать половцев, решил захватить Псков, но город окружали дремучие леса, где псковитяне завалили все дороги. Войску Святослава Олеговича пришлось вернуться, а Псков стал свободен от набегов. Всеволоду потом наследовал его брат Святополк, старший сын Ульяны.
Новгородцы же, как и полочане, объявили, что не подчиняются великому князю. Новгородцы лишились подвозов, еды стало меньше, поднялись цены на хлеб. Во всем этом обвинили Святослава Олеговича, изгнали его и примирились с Ярополком, который послал к ним князем Ростислава Георгиевича, внука Мономаха. Святослав Олегович, разлученный с женой и детьми, поехал в Чернигов к старшему брату, но был схвачен в Смоленском княжестве местными жителями и заперт в Смядынском монастыре.
Это заточение ожесточило двух остальных Олеговичей. Они (и, как всегда, вместе с половцами) в очередной раз захватили Переяславль, откуда пришлось бежать князю Андрею Владимировичу, а потом пошли на Киев. Но Ярополк объединился с остальными русскими князьями, заключил союз с венграми; при нем было около тысячи конных берендеев и торков. Всеволод Олегович, князь черниговский, перепугавшись, хотел бежать с половцами, однако его же подданные требовали от него заключения мира, что тот и сделал.
Но, вернувшись в Киев, двадцать второго февраля 1139 года Ярополк умер. Вскоре в город вошел Всеволод Олегович и занял златой престол, устроив роскошный пир митрополиту и боярам. Новым князем черниговским стал его двоюродный племянник Владимир Давыдыч. Великий князь отдавал и другие волости своим родственникам, но все семь лет его правления были постоянной междоусобицей между Олеговичами и потомками Мономаха.
После смерти Всеволода Олеговича в 1146 году златой престол, как и хотел его старший брат, занял Игорь Олегович. Но этот набожный князь, хотя и участвовал в войнах и междоусобицах, к власти был совершенно непригоден. Это прекрасно понимал Изяслав, старший сын Мстислава. Игорь Олегович доверял и Ивану Вышатичу, и тысяцкому Улебу, но те поддержали Изяслава, когда тот решил взять Киев. Его победа в битве оказалась необычайно легкой, а спасавшегося Игоря Олеговича схватили в болоте, где увяз его конь, и заточили в темницу. Там не просидевший на златом престоле и года князь заболел, просил Изяслава выпустить его. Изяслав сжалился над ним и выполнил просьбу. Позже Игорь Олегович принял монашество.
Через год Юрий Долгорукий, заключив союз со Святославом Олеговичем и сыновьями Давыда Святославича, напал на Киев и захватил стольный град, начав раздавать волости своим сыновьям. Во время захвата Киева недовольный этим нападением народ ворвался в монастырь, где жил Игорь Олегович, и убил того. «Теперь меня назовут убийцей Игоря, – сказал Изяслав, узнав об этом. – Видит Бог, что ни словом, ни делом не принимал я в том участия. И Бог рассудит нас в жизни иной». Но, не желая ссориться со своими сторонниками, великий князь не наказал виновных. Бежав из Киева, Изяслав начал собирать войско против дяди и вернул себе златой престол, правя до самой смерти в 1154 году. Ему наследовал старший из братьев Ростислав, который пошел на Чернигов, где правил другой Изяслав, Изяслав Давыдыч. Тот объединился с Глебом, сыном Юрия Долгорукого, и с половцами. Увидев перед собой большое войско, Ростислав бежал в Смоленск. Изяслав Давыдыч занял Киев, но не стал великим князем, а уступил златой престол Юрию Долгорукому. Сбылась мечта младшего сына Мономаха, сбылась, но только на два года, пока его не отравили на пиру. Великим князем стал Изяслав Давыдыч, но и он правил два года, хотя не до своей смерти. На Киев шел Ростислав, и теперь уже Изяславу Давыдычу пришлось бежать. Ростислав правил восемь лет, заболел, находясь в Смоленске, и умер по дороге в Киев. Ему наследовал сын, названный в честь своего деда Мстислава Великого. Мстиславу Ростиславичу пришлось два года воевать с Андреем Боголюбским, сыном Юрия Долгорукого, проиграть очередную междоусобицу и переехать во Владимир Волынский. Андрей Боголюбский, еще двенадцать лет назад перенесший столицу своего княжества во Владимир Клязьменский, основанный Мономахом, сделал этот город столицей Руси. В Киеве правил брат Андрея Глеб, но киевский князь подчинялся теперь великому князю владимирскому.
В начале XIII века Русь была разделена примерно на полсотни великих княжеств, и титул великого князя, хотя и существовал, не означал власти над Русью. А на востоке уже захватывало земли племя, перед которым меркли и половцы, и печенеги. И, когда пришли монголо-татары на Русь, не поддержал великого князя, самоотверженно сражавшегося и погибшего, его родной брат, заключивший союз с врагами. В следующем веке платившая дань Русь была разбита на 253 удельных княжества. И продолжалось монголо-татарское иго почти два с половиной века, пока не прекратил его Иван III, венчавшийся на великое княжение в почти забытой уже шапке Мономаха и начавший снова объединять Русь.
Что бы сказал Мстислав с присущей ему мягкой улыбкой, если бы узнал обо всем этом? Наверное, он сказал бы: «Правое дело всегда побеждает, хотя может победить не скоро».
