по побережью.
Она обняла Сола:
– Пиши мне, Калачик. Ты говорил немного, но я все равно по тебе скучаю.
– Я буду тебе писать, но ты должна на мои письма отвечать.
– Клянусь. А то кому же еще мне рассказывать, какой я стала грозной на Западе?
Сол еще раз поцеловал девушку в лоб и отпустил. Затем Калиста повернулась к Валену и Элизе.
– Желаю вам удачи, – сказала она. – Я все еще возмущена тем, что вы свели на нет всю мою прекрасную прежнюю работу, но не настолько, чтобы желать вам зла. Собственно, я вам желаю как раз противоположного. Вы… вы мне очень дороги, знаете ли. Я даже думаю, что мы вроде как спасли друг друга.
Элиза положила ладонь на бледную щеку Калисты:
– Так и было и, надеюсь, будет и впредь.
– Если не слишком сложно, дайте мне знать, как все пройдет, ага? – Девушка моргала слишком часто. Если бы кто спросил, я бы сказала, что она боролась с приливом эмоций, показывать которых не хотела.
– Обязательно, – сказала Элиза.
Калиста попятилась и начала шагать следом за братом по лесной тропе, но остановилась. Я затаила дыхание, когда ее глаза нашли меня и остекленели, совсем как на корабле.
– Поделись своей короной, шагни во тьму, и привычки зверя будут забыты. Свет его сердца озарит ночь.
– Погоди. – Я протянула к ней руку. – Что это значит?
– Увидишь. – Калиста повернулась и подмигнула Элизе. – Помни, крепко держись за ту руку, которую взяла, и не отпускай, пока не забрезжит свет.
Больше она ничего не сказала и шагнула в лес. Девушка, которая нас прокляла и направила на верный путь, просто исчезла.
Глава 32. Повелитель теней
Ночь настала слишком быстро. В самом центре моей груди боролись противоречивые эмоции. Яростно-тревожная часть меня ничего не хотела так сильно, как вернуть наших людей из Фельстада, а затем спалить оскверненные руины дотла с Леди Магнат внутри.
Я сидел на плоском валуне, мои колени подпрыгивали – мы ждали.
Вален и Элиза стояли так близко друг к другу, что их лбы соприкасались. Королева перебирала пальцами его волосы и плакала. Оба шептали друг другу что-то, чего никто из нас не мог расслышать. Они заслуживали минуту уединения.
Элиза всхлипнула и повисла у Валена на шее. Он уткнулся лицом в ее плечо и принялся поглаживать спину. Вален целовал шею Элизы, пока она не отстранилась и не поцеловала его в губы.
Я отвернулся. Клянусь пеклом, эта тяжелая вина меня бесила. Никакие планы прежде не заставляли меня сомневаться. Я делал все шаги с уверенностью. Но это? Если бы на его месте оказался я, не знаю, смог ли бы я отступиться от Малин и сделать это.
Король и королева в эту секунду рисковали всем. Между нами рос долг, который я не смогу вернуть.
Когда Вален вновь поцеловал жену в лоб, Тор и Халвар наконец подошли к нему. Свет луны скоро его заберет. Вален поцеловал кончик каждого пальца Элизы, задержавшись перед двумя недостающими, а затем, не отрывая глаз от любимой, попятился, пока не скрылся среди деревьев.
Малин вглядывалась в первые звезды, мерцавшие на небе. Лунный свет окрасил более светлые пряди ее волос серебристым сиянием. Она теребила руками край своей туники и, казалось, ничего вокруг не замечала.
Я провел костяшками пальцев по задней части ее руки, и как только она поняла, что это я, то крепко обняла меня за шею.
– Клянусь пеклом. – Ее голос надломился. – Ты все усложняешь. Кажется, я тебя за это ненавижу.
Я крепче обхватил Малин за талию, а затем уткнулся головой в теплый изгиб ее шеи и поцеловал его.
– Мы встретимся еще раньше, чем ты успеешь начать волноваться.
– Лжец.
– Я люблю тебя.
Она потерлась лицом о мою шею, ее влажная щека смочила мою кожу слезами.
– Ты вся моя чертова душа, и, если ты не вернешься, я тебя сама из Иного мира вытащу.
Я рассмеялся и поймал ее лицо ладонями.
– Мы не для того столько боролись за возможность быть друг с другом, чтобы теперь это все у нас отняли. – Мой нос коснулся ее. – Присмотри за королевой. Увидимся на месте, когда придет время.
Подбородок Малин задрожал.
– Ты уж смотри, вернись ко мне, но и ее короля с собой приведи.
Я не планировал сегодня потерять Валена Феруса. Проблема была в том, что я понятия не имел, что случится.
Я знал только, что лагерь должен остаться далеко позади и надежно охраняться, пока мы не отойдем на достаточное расстояние. Они были нашей второй линией обороны и пойдут за нами в Фельстад, когда Вален – хотелось бы надеяться – пробьет такую брешь, через которую сможет прорваться армия.
Пока они ждали, Никлас выдал половине нашего лагеря травяной эликсир, который, по его словам, защищал от большинства существ в этом лесу. Хаген встал перед строем, готовый ограждать людей от любого месмера или хаоса земли. Сможет ли его способность к блокированию оградить и от проклятья? Я не знал.
Бард, Северные воины, Фалькины и Кривы выжидали с оружием в руках, готовые защищать Малин, Элизу и невинных людей, которых мы тащили за собой.
Я вновь оглянулся через плечо.
Малин улыбнулась. В каждой складке на ее лице, в каждой веснушке читался жуткий страх. Она оделась во все черное. На плечах – кожаный жилет, его петли и пряжки увешаны маленькими ножами. Това помогла Малин накрасить глаза сурьмой и приколола к прическам обеих королев венцы из ягод рябины.
Две предначертанные королевы вместе идут в бой. Этот момент казался значимым, и меня это бесило. Еще на шаг ближе к концу, но чем ближе мы подходили к нашей битве, тем сильнее я боялся, что Малин заберут у меня, а я не смогу ее вернуть.
Малин взяла Элизу под руку, хотя я не был уверен, что Северная Королева это вообще заметила. Я никогда не видел, чтобы эта женщина была настолько бледной. Судя по тому, как она смотрела вдаль, Элиза Ферус будто бы и вовсе не сознавала, что происходит вокруг.
– Я должен пойти с вами. – В тридцати шагах от меня Сол Ферус спорил с Тором, Халваром и Валеном.
– Мы веками это делали, – сказал Тор, понизив голос. – И мы сделаем это снова. Мы к этому готовы.
Сол раздраженно вздохнул:
– Он мой брат, и я должен быть там вместе с ним.
Мое горло опалил жар, вслед за тем каскадом хлынувший в грудь. Страх, теплый и резкий, разлился по моим венам. Уголок моего рта приподнялся в восхищении перед Солнечным Принцем. Сол хотел быть с Валеном лишь по той простой причине, что старший принц ужасно боялся вновь потерять брата.
За этих людей стоило биться. За тех, кто умел любить яростно. За тех, кто не боялся быть злодеем, чтобы защитить тех, кто владел их
