— Он умер 15 октября 1605 года. Вечером. В день своего шестидесятитрехлетия. С ним были мама Бегум и Иодх Баи, Ален пересказывает официальное сообщение. — И девушка разрыдалась на груди у Скай.
Но уже через несколько дней Жасмин стала приходить в себя. Она не могла забыть любимого отца, но Скай старалась так ее занять, чтобы для горя не оставалось времени.
Пришел проститься Куплен Батлер, все еще в костюме джентльмена средней руки. Он задержался в Англии, чтобы помочь Жасмин привыкнуть к новой жизни. Пора отправляться в Девон и отплывать в Ирландию.
— Не знаю, встретимся ли мы еще, принцесса, — серьезно сказал он, — но ты должна знать, что я благодарен судьбе, что прожил эти годы с тобой. Встань на колени, дитя мое, и позволь мне тебя благословить.
Поднявшись, Жасмин поцеловала кузена в щеку.
— Без вашей помощи. Куплен Батлер, мне пришлось бы намного труднее здесь, в Англии. Спасибо вам. Желаю, чтобы мой двоюродный дед отдал вам ту каменную церковку, о которой вы так мечтали все эти годы.
— Майкл О'Малли говорил, что для Ирландии наступают трудные времена, совсем не такие, как тогда, когда она жила под скипетром старой доброй Бесс, — вступила в разговор Скай. — Напомни ему, что теперь только он остался О'Малли — без меня, — и попроси, чтобы его долг перед церковью не затмил в нем долга перед семьей. Когда был жив наш отец, О'Малли и епископ были двумя разными людьми. Я знаю, Майклу трудно. — Скай поцеловала племянника. — Передай привет матери и скажи, что она может гордиться своим младшим сыном, как гордится им вся семья. Спасибо тебе. Куплен Батлер уехал, а через час и де Мариско отправились в Королевский Молверн. Хотя их сопровождало несколько карет, Адам, Скай и Жасмин предпочли скакать верхом. Девушке дали изящную черную кобылу, которую она назвала Эбони12. Ей нравилось лететь впереди всех, позволяя лошади обгонять других, и ощущать на лице теплый весенний ветерок. Склоны были усеяны нарциссами, красным маком, желтыми горными розами, фиолетовым утесником. Скай показывала внучке незнакомые ей полевые цветы. Ее восхищали аккуратные, крытые соломой выбеленные домики.
— В Индии живет больше людей, чем здесь, в Англии, — рассуждала Жасмин. — Но у наших крестьян нет таких чудесных домов. Там вся земля принадлежит Моголу, и он дает ее знати в обмен на военные отряды. Знать, в свою очередь, передает участки земли помещикам и низшим крестьянским общинам. В обмен они расплачиваются частью урожая и дают людей в войско. Все это очень запутано. Если Могол гневается на какого-нибудь знатного человека и передает его земли другому, возникает хаос. А ваши крестьяне владеют землей или только возделывают ее для знати? Смотрите! Смотрите! — Она махнула рукой. — А скот? Это их скот? А сады? Какая интересная страна!
— Некоторые арендуют землю у знати, другие владеют своей землей, фруктовыми садами, стадами. В Англии и мужчины, и женщины свободны, — объяснила Скай.
— Куплен так мне и рассказывал, — вспомнила Жасмин. — Адали и служанок я освободила еще до того, как мы покинули Индию.
Всадники приближались к графству Мидленд. Ясным солнечным днем в конце апреля Жасмин де Мариско впервые увидела Королевский Молверн. Выстроенный во время правления Эдуарда IV, он был даром любви жене Елизавете Вудвил13. Расположенный на Молвернских холмах между реками Северн и Вай, он напоминал букву Е и всегда принадлежал королевскому дому. Позднее последняя королева Елизавета I предоставила его Скай в обмен на принадлежащий Адаму остров Ланди. А в последние годы правления, вечно нуждаясь в деньгах, продала Молверн семье де Мариско.
Две стены дома из розоватого теплого кирпича были увиты темным блестящим плющом. Окна, хотя и забранные металлическими переплетами, были высоки и широки и пропускали достаточно света. Когда они подъезжали по гравийной дорожке к дому, опередив громыхающие кареты. Жасмин подметила, что на окрестных полях, разделенных изгородью, пасутся кобылы и жеребята.
— Мы выращиваем лошадей, — объяснила Скай. Парадная дверь открылась, и из дома поприветствовать путешественников вышли лакеи. Вместе с ними появилась щербатая женщина.
— Госпожа Скай! — закричала она. — Давно вам пора вернуться домой. Я уж подумывала, что опять наступили старые деньки и вы уехали, бросив меня здесь.
— Что ты, Дейзи, разве я могу тебя бросить? — Скай рассмеялась и, остановив лошадь, медленно сошла с нее. — Я уж не такая прыткая, как раньше, — грустно пожаловалась она.
— Идемте, миледи. Сейчас согрею вам ванну. — Вдруг острым взглядом Дейзи заметила рядом со Скай Жасмин. — А это кто? — Она вгляделась в девушку. — Кажется знакомой. — В глазах засквозило удивление. — Я ее знаю, госпожа Скай?
— Нет, Дейзи, — ответила она старой камеристке, взяла ее под руку и вместе с ней вошла в дом. — Пойдем-ка в библиотеку, верный дружочек, 1и там поговорим, кто она такая.
Как только дверь за ними закрылась, Скай усадила служанку на стул и устроилась напротив. Муж встал рядом, а Жасмин опустилась на скамейку у ног бабушки. Девушка выглядела особенно привлекательной в темно-голубом бархатном платье для верховой езды и изящно сшитом шелковом жакете, украшенном жемчужными пуговицами.
— Это старшая дочь Велвет, Дейзи. Ты хоть и молчала, но я знаю, что Пэнси тебе о ней рассказывала, — просто сказала Скай и повернулась к Жасмин. — Дочь Дейзи — Пэнси — камеристка твоей матери. В Индии она тоже была с ней.
— Боже всемогущественный! — всплеснула Дейзи руками. — Так вот с чем приехал на Рождество этот язычник Адали. А мы-то гадали. — Она вновь принялась рассматривать Жасмин. — Неудивительно, что девочка показалась мне знакомой. Она похожа и на мать, и на бабушку. Но, думаю, больше на бабушку. Я была с ней уже до того, как родилась госпожа Виллоу, а она родилась вот уже пятьдесят лет назад. Я помню мою госпожу, когда она была в цвету, такой же свежей, как ты. Но почему же дочка мне об этом не черкнула ни словечка? Закрутилась в замке Брок-Кэрнов с неугомонными сыновьями Дагальда Гедда — у нее их семь, но теперь, когда родилась дочь, Пэнси покончила с детьми. Будьте уверены, Блоссом — ее последняя.
— Велвет ничего не знает, — спокойно прервала Скай излияния камеристки.
— Что? — Дейзи ошарашенно застыла. — Девочка у вас уже больше двух месяцев, а мать ничего не знает? Постыдитесь, госпожа!
— Велвет приедет к первому мая — своему дню рождения — и останется в Англии на лето. В этом году я подарю ей Жасмин, Дейзи. Вот это будет сюрприз! Я послала приглашения Робину и Эйнджел в Девон и Мурроу с Джоан. Детей им придется оставить. Для детей это будет уж слишком. Пусть сначала попривыкнут сыновья и дочери. И раз я дома, можно посылать за Дейдрой и Джоном и Патриком с Валентиной. И Дейзи… ни слова другим слугам, — предупредила Скай. — Ох, не могу дождаться, чтобы посмотреть на лицо Велвет, когда она впервые встретится с дочерью! Она уж не надеялась ее увидеть, а ведь я много раз говорила, что судьба — пройдоха капризная, но милостивая.
