– Ящерицы бестолковые! – пробормотал Гим. Его мешок и лира были приторочены к задней вьючной пластине. Лицо под черным тюрбаном казалось слишком бледным и гладким для гуртовщика. – Почему «восок», «варч» и прочая ерунда? Почему их не учат старому доброму джоалийскому?
Элиэль подавила смешок – то, как говорил сам Гим, тоже имело довольно отдаленное отношение к настоящему джоалийскому.
– Потому что обычные слова вроде «вперед» звучат в разных вейлах по-разному. Драконьи команды одинаковы повсюду и очень стары. Так Т’лин говорит, – добавила она во избежание дальнейшей дискуссии.
Гим буркнул что-то неразборчивое.
– Тебе понравится Суссленд, – ободряюще сказала она. – Там гораздо теплее, чем в Наршленде, и там больше зелени.
– Ну да, и люди там все время устраивают смуты.
– В Суссии – демократия. – Она надеялась, что назвала верное слово. – Они собираются каждый год, чтобы выбрать нового магистрата.
– Мы тоже. Взрослые, разумеется.
– Но в Нарше результат выборов определяется задолго до них. Это, можно сказать, сговор. В Суссе каждый может избрать каждого. Так Т’лин сказал.
Гим пробормотал какую-то уничижительную характеристику торговца драконами; на этом разговор закончился. Они сидели в неловком молчании, даже не глядя друг на друга.
Небо на востоке разгоралось все ярче, и мир начал наполняться красками. Гром на поверку оказался неописуемой мышастой масти, дракон Гима – снежно-белый. Элиэль сообразила, что отчетливо видит городские ворота – значит, и стражники на стене видят ее. Больше молчать она просто не могла.
– Он не забирает все стадо?
– Судя по всему, нет. – Гим повернулся в седле посмотреть на табун. Там царила тишина. – Возможно, они снимутся и двинутся в противоположную сторону, – добавил он. Похоже, он сам только что до этого додумался. – Ложный след.
Тут от табуна отделился третий дракон, бегом направившийся в их сторону. Он был темной масти, и очень скоро стало ясно, что это Звездный Луч. Никакого седока они не видели. Поравнявшись с лежавшими драконами, он замедлил бег. Кто-то пронзительным голосом крикнул «Зомп!», и он опять припустился во всю мочь.
– Сохрани меня боги! – вскричал Гим, ожесточенно колотя пятками бока своего дракона. – Вондо, Красотка, чудище чешуйчатое! Зомп!
Гром с Красоткой разом поднялись и устремились за третьим драконом. Земля полетела им навстречу так быстро, что даже ветер, казалось, стих. Что-что, а бегать драконы умеют быстро и ровно.
– Зомп! – снова завопил Гим, но и Красотка, и Гром, похоже, немного выдохлись. Несмотря на все проклятия Гима, Красотка начала понемногу отставать, а Звездный Луч продолжал держаться впереди.
Когда он поворачивал, чтобы обогнуть кусты, Элиэль заметила маленькую фигурку, съежившуюся в седле, почти не видную за большим мешком, притороченным к вьючной пластине. Одежда трепетала на ветру, кожаные стремена и поводья свободно болтались. Солнечный луч блеснул на стальном лезвии, но девочка и так уже знала, что наездник – сестра Ан.
Похоже, Гим еще не понял, что Т’лина с ними нет. А впрочем, что бы он сделал? Элиэль оглянулась на восток. Лагеря уже не было видно, да и сам город терялся вдали, только шпили храма виднелись на горизонте. Четвертый дракон спешил вдогонку за ними.
Старуха, должно быть, с ума сошла. Она же убьется, если упадет.
– Зомп! – крикнула Элиэль, отчаянно лягаясь. Впрочем, Гром не мог бежать быстрее. Он тяжело дышал, выбрасывая из ноздрей облачка белого пара. Ну да, Звездный Луч моложе…
Река осталась позади и исчезла из вида. Странный маленький караван несся теперь по дороге меж редких крестьянских домишек и каменных оград. Холмы Наршслоупа тянулись вдоль дороги далеко на севере. Как-то вдруг встало солнце, и через несколько минут драконы бежали уже вдогонку за собственными тенями по тележным колеям и чахлой прошлогодней траве.
Ну что ж, Элиэль Певица убежала из Нарша. Насколько она помнила, с запада долина закрыта. Рилипасс ведет на север, в Суссленд, а Фандорпасс – на восток, в Лаппинленд. Есть еще несколько перевалов на юге, ей неизвестных, ведущих в Торленд и Рэндорленд. Но на западе она не знала ни одного. Скоро впереди показалось что-то яркое – возможно, это просто утреннее солнце играло на покрытых росой соломенных крышах деревни. Должно быть, туда и ведет дорога, там она и кончается.
Вскоре путь им преградила река. Дорога спустилась к броду, и Звездный Луч остановился – драконы не любят воду. Наверное, его наездница не возражала, и он повернулся к ним. Гром радостно рыгнул и тоже сбавил ход. Три дракона стали в кружок, довольно урча и тыча друг друга носами в знак приветствия.
Увидев съежившуюся в седле старуху, Гим разинул рот. Он спрыгнул на землю, крича: «Восок, Звездный Луч! Восок!»
Элиэль заставила Грома опуститься на брюхо и спешилась. Потом пришла на помощь Гиму. Старуха, казалось, была без сознания, но скрюченные пальцы мертвой хваткой вцепились в посох и вьючную пластину. Стараясь держаться подальше от меча, они с Гимом ухитрились снять ее с седла и, как охапку белья, положили на траву.
Она открыла слезящиеся глаза и уставилась на них. Однако когда она заговорила, голос ее звучал на удивление спокойно.
– Да хранит тебя Дева, дитя мое. Представь-ка своего друга.
– Гим Гуртовщик, сестра.
– Он не упоминается. – Сестра Ан потеряла к нему всякий интерес. Она приняла сидячее положение и принялась заправлять под платок выбившиеся пряди седых волос.
– Он спас меня из храма.
– Это бог спас ее, – возразил Гим.
– Хвала Юноше, – кивнула сестра Ан. – Но и Дева заслуживает благодарности. Надеюсь, я не поранила дракона своим мечом?
Гим осмотрел бок Звездного Луча. Тот обернулся и дыхнул на него паром, от которого пахло сеном.
– Несколько едва заметных царапин на чешуе. Ничего страшного.
– Как это тебе удалось вывести его из табуна? – удивилась Элиэль.
– Я угостила его ароматным сеном и сказала ему, какой он красивый. Всегда хорошо платить вперед – когда есть возможность, конечно.
– Торговец драконами ведь не знает об этом, верно?
Сестра Ан нахмурилась, потом вдруг улыбнулась. Возможно, ее улыбка и означала самые добрые намерения, но показалась Элиэль такой же отвратительной, как и два дня назад, – паутина морщин, редкие желтые зубы…
– Иногда действие должно предшествовать объяснениям, – уклончиво пояснила монахиня. – Мне всегда хотелось прокатиться на драконе!
Она покрепче схватилась за посох и протянула руку. Гим помог ей встать, продолжая тем не менее недоверчиво смотреть на нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
