воительницы потеплел, а на губах принцессы появилась улыбка.
Но ненадолго. Краем уха Верена услышала разговор своих фрейлин.
— Что возомнил о себе этот бастард? — надменно говорила Агнесса фон Ведель, одна из племянниц графа фон Веделя. — Да еще притащил с собой этих дикарей.
Граф Георг фон Ведель являлся ярым сторонником Конрада Пятого и ближайшим соратником маршала фон Мансфельда. Собственно, именно поэтому одна из его племянниц была порекомендована на место фрейлины при Верене. Остальные девушки из ее свиты тоже принадлежали самым старым и верным короне астландским родам.
— Только взгляните на эту беловолосую особу, — вторила ей баронесса фон Шеренберг. — А ее одежда… Как же это пошло и вульгарно.
Астландские дворяне, те, что держались при ней, вежливо кланялись и тут же отпускали колкие слова. Они были далеки от благодарности. В их сердцах поселилась ревность и злость. Они так и не смогли принять тот факт, что Верена жила в доме какого-то бастарда. Не простили, что он не повез ее сразу к ним на Туманные острова. Не простили, что сам решал, как лучше для неё. Им было проще сердиться на спасителя, чем признать, что без него ее бы сейчас не было в живых.
Лорды Туманных островов, прибывшие со своими армиями на зов Карла, тоже зло смотрели на прибытие маркграфа де Валье. Вон как перкосило физиономию лорда Скелвика, владыки Мертона, при виде Макса.
Верена помнила, как при ней лорд Скелвик предъявлял претензии Карлу за отток кланов гленнов с его острова. Это не просто временный найм. Кланы снимаются с обжитых мест, увозят семьи и детей. И куда они направляются? В маркграфство де Валье.
Но, помимо лорда Скелвика, с подобными претензиями к Карлу обратилось еще несколько лордов. Оказалось, что кланы гленнов массово покидали не только Мертон, но и другие острова. Карл пообещал островитянам, что у них появится возможность высказать свои претензии с виновника происходящего…
— Боюсь даже представить, что за запахи источает эта беловолосая дикарка, — послышался голос еще одной фрейлины.
— От меня пахло похуже, когда эта беловолосая воительница, сняла меня с алтаря фанатиков из Ледяного храма, — не оборачиваясь, добавив в голос стали, произнесла Верена, и фрейлины за ее спиной тут же затихли. — Если бы не Аэлира, которая в последний момент убила мерзкого жреца, пытавшегося пронзить мое сердце кинжалом, вы бы сейчас вряд ли получили места фрейлин. Так что в следующий раз в моем присутствии проявляйте уважение к этим людям.
— Ваше высочество, — Верена услышала капризный голос, маркизы фон Палер. Насколько ее отец, герцог фон Палер, был богат, настолько его дочь была глупа. — Но ведь они же — дикари…
Верена величественно обернулась и смерила презрительным взглядом маркизу, при этом тщательно копируя свою мать. Она прекрасно помнила, как робели и тушевались в такие моменты ее подданые.
Прием матушки сработал. Маркиза вздрогнула под ледяным взглядом принцессы и опустила свои коровьи глаза.
— Тем, кому их дворянская честь не позволяет чествовать моих спасителей, не место в свите будущей королевы Астландии, — холодным тоном произнесла Верена и, обведя взглядом замерших фрейлин, отвернулась.
Она повернулась как раз в тот момент, когда Макс и его воины спрыгнули с лошадей и упали на одно колено перед королем.
— А вот и вы, маркграф! — произнес Карл. На губах улыбка, а в глазах лед. — А мы уже вас заждались!
— Я отправился в путь, как только получил ваш приказ, — не поднимаясь с колена, ответил Макс.
— Да-да, — качнул головой король. — Мне докладывали о вашей исполнительности и готовности выполнить мое повеление. И это похвально. Вы и ваши люди можете подняться.
Когда Макс и его люди выполнили приказ, король произнес:
— А еще мне докладывали, что вы были серьезно ранены. Как ваше здоровье сейчас? Вижу повязку на вашей шее. Может быть, мэтр Гаррель осмотрит вас?
— Ваше величество, — ответил Макс. — Благодарю вас за вашу заботу. Мои раны уже затянулись, и уважаемому мэтру Гаррелю незачем тратить на меня драгоценную энергию. А повязку на шее я оставил по настоянию моей тетушки герцогини дю Белле. Весенний ветер коварен. Она все еще боится, чтобы не было осложнений.
Верена увидела, как после слов Макса на лицах дворян появились насмешливые и презрительные улыбки. Короля вроде бы тоже позабавил ответ Макса, но Верена уже слишком хорошо изучила двойственную натуру Карла. В его энергосистеме произошел резкий всплеск, а она уже знала, что это был предвестник плохого настроения короля.
— Это и есть тот самый победитель Золотого льва? — услышала Верена насмешливый голос одного из астландских страйкеров. — Как же он сражался, если боится сквозняков?
— Я удивлен, как вообще тетушка отпустила его на войну, — ответил ему страйкер из свиты лорда Скелвика.
Слова страйкеров были услышаны, и по рядам прокатился смех. На лицо Карла наползла тень. Верена понимала, почему король недоволен. Да, маркграф де Валье его беспокоил. Но в то же самое время, один из самых его удачливых полководцев прямо сейчас становился посмешищем в глазах иностранных союзников.
Отношение Карла к строптивому маркграфу — это внутренние дела королевства, которые никоим образом других не касаются. А вот там, где потешаются над вассалом, есть риск, что очень скоро будут хохотать и над его сюзереном.
— И где же вы получили это ранение? — спросил Карл, и дворяне умолкли.
— На Теневом перевале, — ответил Макс. Казалось, он даже не заметил реакции толпы. — Хотя правильней сказать — на фронтире.
— То есть, это произошло даже не в Тени? — насмешливо спросил лорд Скелвик.
Верена видела, как вспыхнули глаза Карла. Только что этот заносчивый островитянин проявил неуважение к королю, вмешавшись в его разговор с вассалом. Стоявший неподалеку лорд Грэй был мрачнее тучи. Это ведь он привез своих соотечественников в Вестонию.
Верена понимала, почему Скелвик так смело, вернее, правильней сказать нагло себя ведет.
Во-первых, он был зол на Макса и Карла, а, во-вторых, он чувствовал за собой силу. Лорды Туманных остров привели с собой больше всех страйкеров. Только в одной дружине Скелвика было трое авантов, не считая его самого.
— Да, — коротко ответил Макс, при этом бесцеремонно разглядывая наглого лорда.
— И что же это была за тварь? — спросил Скелвик, полностью перехватывая инициативу у короля. Улыбка лорда была похожа на хищный оскал. — Какой-нибудь
