– Что ты хочешь, проклятый варркан?
– Сейчас я снова превращусь в него. Согласись, что это довольно мерзкое создание. А потом я… исполню свой супружеский долг.
Пьер не выдержал и вылетел из комнаты.
Я схватил за подбородок теряющую сознание Шимес:
– Ну так что? Я тоже могу быть зверем. Не принуждай меня к этому. Ты поможешь?
– Да я согласна, – прошептала Шимес и потеряла сознание.
А что? С женщинами иначе и нельзя!
Глава 9
ОБОРОТЕНЬ
Древние руины города остались позади так же, как Сухой Лес и оазис с дриадами. Болото Чёрных Облаков заканчивались, и настроение у нас было весьма приподнятое.
Говоря "у нас", я совсем не имел в виду гражданку Шимес. Если кому и не нравилось наше путешествие, то только ей. Нам пришлось ещё изрядно помучиться, прежде чем Шимес стала передвигаться самостоятельно, на своих двоих. Первое время она наотрез отказалась идти самостоятельно. Она, мол, не привыкла, что бы её ножки мокли в болотной жиже. Я, конечно, понимал, что ноги у женщины – самое главное, но не до такой же степени. Так что пришлись принимать жестокие, но вполне оправданные меры принуждения. В конце концов Шимес сама поняла, что не в её интересах задерживаться в этой стране, и потопала самостоятельно.
Второй проблемой, возникшей перед нами, был вопрос, чем кормить женщин. Если мы с Пьером могли свободно обойтись минимумом, то слабые создания требовали своего. И опять это в большей степени относилось к вздорной Шимес. Моя Илонея оставалась молчаливой и равнодушной, любая еда принималась ею чисто автоматически.
Иногда, при взгляде на эту бедную девушку, в моём сердце возникало непреодолимое желание тут же расправиться с ведьмой, но я постоянно натыкался на глаза Пьера. Признаться, ему повезло меньше, чем мне. Кроме того, что он присматривал за Шимес, ему пришлось тащить на себе целый тюк пищи и воды. Но было похоже, что ему нравится стараться ради Шимес, по крайней мере, за все эти дни Пьер ни разу не сорвался.
У меня дел было и того меньше. За спиной "Лучший", рядом Илонея. И всё. Общее собрание, состоящее из меня и Пьера, единогласно постановило и решило, что моя задача – обеспечить надёжную охрану нашего маленького каравана.
Что касается последнего, то здесь я вообще разленился. Если нам и встречались одиночки или даже целые отряды нелюдей, то было достаточно одного моего взгляда и они бросались наутёк. Вообще-то я скромный парень, но мир – это большой телефон, где всё становится известно через минуту после окончания события. Может быть, каким-то образом весть о страшной гибели нескольких сот нелюдей в Колизее разнеслась по стране Чёрных Облаков?
Впрочем, мне было всё равно. Лишь бы нас не трогали.
Тем не менее каждую ночь мы исправно несли службу. Будь мы вдвоём, то ограничились бы постановкой Круга Чистоты, но теперь с нами были женщины, и приходилось внимательно относиться к вопросам безопасности.
Шимес была ведьмой и имела достаточно знаний, чтобы подвести нас под монастырь.
Иногда я мысленно ставил себя на её место и размышлял, что бы я сделал, если бы хотел избавиться от своих попутчиков. Освобождённое сознание радостно бралось за дело и давало такой обширный ответ, что от него одного у меня болела голова. Если верить моему сознанию, то выходило, что Шимес может избавиться от нас почти сотней способов. На первом месте стояло отравление, а на последнем – помощь инопланетян.
Именно поэтому мы с Пьером постоянно контролировали разум Шимес. Необходимость этого была очевидна. Как-то на привале ведьма попросила нож, для того чтобы заштопать своё платье. Если бы я в детстве занимался домашним хозяйством, то знал бы, что для ремонта одежды требуется, прежде всего, иголка, но никак не нож. Но так как я этого не знал, то без всякого опасения протянул Шимес один из своих ножей.
Шимес, наглая баба, стянула с себя платье и, по моим представлениям, занялась ремонтом. Предоставив Пьеру самому контролировать её, я со спокойным сердцем отошёл от места нашего бивака. Буквально через минуту послышались звуки ударов и истошные вопли Шимес. Бросившись со всех ног к источнику шума, я застал довольно интересную картину.
Обнажённая Шимес с окровавленным ножом довольно успешно отбивалась от наседавшего на неё Пьера. Сначала мне показалось, что нервы Пьера просто не выдержали, но я, прекрасно зная своего друга, стал искать другое объяснение. И нашёл его довольно быстро. На том самом месте, где я оставил Илонею, было небольшое пятно крови, а сама принцесса лежала чуть поодаль.
Я бросимся к Илонее. После быстрого осмотра я немного успокоился – всего лишь царапина на руке.
Я помог утихомирить Шимес, и только после того, как общими усилиями удалось связать ведьму, Пьер рассказал о происшедшем.
Он отвлёкся всего на минуту. А когда снова посмотрел на Шимес, то увидел, что она уже замахивается ножом, целясь в грудь Илонее.
Благодарение Пьеру, что он прыгуч, как кенгуру. Варркан успел вовремя. Нож в руках ведьмы только чуть задел принцессу.
Именно после этого нам пришлось вести Шимес со связанными сзади руками. И, хотя нам пришлось выслушать немало нелестных отзывов о наших мужских достоинствах, мы до самого окончания пути развязывали ведьму только на привалах, да и то, если она находилась под строгим наблюдением.
В общем, ничего примечательного за эти долгие дни не произошло. С каждым днём мы всё ближе и ближе подходили к границе, отделяющей человеческий мир от ужасов болот Чёрных Облаков.
За эти дни я тщательно привёл своё тело в порядок. Что касается моего сознания, то мне пришлось повозиться. Наследство, оставленное Повелителем Мрака, казалось мне ненужным и даже опасным. Но Пьер, добрая и умная душа, настоял на том, чтобы всё осталось на своих местах, то есть в моей голове. Неохотно, но я согласился. Теперь мой мозг представлял самую настоящую мешанину из всех мастей и цветов.
Чего здесь только ни было! Тысячи чужих разумов терпеливо ждали своего часа, чтобы в нужный момент вынести на поверхность те знания, которыми они обладали, мой мозг буквально распирало от переполнявших его знаний. И опять же, по совету Пьера, я воспользовался резервами своего организма. В человеке достаточно места, чтобы без всякого вреда создать ещё какой-нибудь маленький орган, эдакую кладовку, куда можно сложить то, что в данное время не нужно. Я так и сделал.
Особую озабоченность у меня вызывала Илонея. Я немного отмыл её, и она стала почти такой же, какой я её знал. Почти, но не совсем.
Её разум был забит густой серой массой, которую необходимо было извлечь. Все имеющиеся у меня и Пьера знания не могли сделать это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
