Он думал о рассказах торговцев, которые слышал от других в деревне. О «небесных демонах» и «падающих звёздах». О том, что он знал — и чего эти молодые на'ви не могли даже представить.
— Мир не вечен, — сказал он наконец. — Рано или поздно что-то меняется. И когда это происходит — лучше быть готовым.
Ученики переглянулись. В их взглядах было беспокойство, но и решимость.
— Тогда научи нас, — сказала Нира'и просто. Она сидела напротив, и свет костра играл на её влажной от вечерней прохлады коже, отливая золотом на высоких скулах и в ложбинке между ключицами. Её взгляд, тёплый и прямой, на мгновение задержался на нём, и Иллидан почувствовал, как по его спине пробежал знакомый, но совершенно неуместный здесь трепет. Он сглотнул, выдавив из себя ответ, и тут же уткнулся взглядом в пламя, стремясь подавить нахлынувшую волну смущения и досады на собственное тело, живущее своей, простой жизнью. — Всему, что знаешь. Чтобы мы были готовы.
Иллидан кивнул, стараясь, чтобы его лицо оставалось каменной маской, хотя щёки горели.
— Научу. Обещаю.
Грум, как будто подтверждая его слова, издал звук — длинный, низкий, похожий на мурлыканье. В контексте он звучал как «и я помогу».
— Все слышали? — сказал Тсе'ло с преувеличенной серьёзностью. — Зверь тоже обещает. Теперь это официально.
Все рассмеялись — даже Иллидан позволил себе улыбку.
Но в глубине его мыслей, за смехом и теплом костра, уже формировались тревожные предчувствия. Мир менялся. Он чувствовал это — и через связь с Эйвой, и через собственную интуицию, отточенную тысячелетиями.
Тревожные мысли Иллидан задвинул в самый дальний угол сознания. Сейчас, в этом круге света, было слишком хорошо, чтобы отравлять вечер предсказаниями бед.
— Ладно, — выдохнул он, расслабляя плечи. — Завтра будет завтра. А сейчас… Тсе'ло, неужели ты правда пытался приручить того лесного прыгуна, о котором рассказывал старик Хекс?
Тсе'ло фыркнул, картинно закидывая руки за голову.
— Это была стратегическая ошибка! Я думал, если почесать его за ухом, он признает во мне вожака. Оказалось, у них там нет ушей, зато зубов — полный рот.
Нира'и звонко рассмеялась, и этот звук заставил Иллидана невольно потянуться к теплу костра. Разговор потек сам собой — легкий, ни к чему не обязывающий. Они вспоминали прошлый сезон дождей, спорили о том, чья хижина лучше держит тепло, и подшучивали над Грумом, который умудрился стащить кусок вяленого мяса прямо из-под носа зазевавшегося охотника.
Иллидан ловил себя на том, что почти не говорит, но жадно слушает. Для него, прожившего века в сражениях и тишине, эти простые бытовые детали — вкус перезрелых плодов, жалобы на стертые сандалии — были подобны чистой воде.
Постепенно разговоры становились тише и ленивее. Первым поднялся Тсе'ло, зевнув так широко, что челюсть хрустнула.
— Если завтра тренировка, мне нужно хотя бы несколько часов не видеть снов о зубастых прыгунах. Увидимся на рассвете.
Остальные потянулись за ним, обмениваясь короткими пожеланиями доброй ночи. Вскоре топот босых ног по примятой траве стих. Даже Грум, чувствуя перемену атмосферы, поднялся, потянулся всем телом и, бросив на Иллидана понимающий (как тому показалось) взгляд, медленно побрел к своей лежанке в тени деревьев.
У огня остались только двое.
Тишина, воцарившаяся после ухода остальных, больше не была шумной или пустой — она стала плотной, почти осязаемой, окутывая их коконом из затухающего жара углей и стрекота ночных цикад. Пространство между ними, казалось, сократилось само собой, хотя никто не сдвинулся с места. В отсветах пламени Иллидан видел, как мерно вздымается грудь Нира'и, и как тонкая тень от её ресниц ложится на скулы.
Смущение, терзавшее его в начале вечера, переросло в нечто иное — глубокое, вибрирующее спокойствие, в котором остро ощущалось присутствие другого.
Нира'и медленно повернула голову. В её глазах, отражавших последние искорки костра, не было ни вызова, ни расспросов — только мягкое, притягательное любопытство.
— Костер почти догорел, — негромко произнесла она. Её голос в ночной тишине звучал ниже и бархатистее, чем обычно. — А лес сейчас дышит совсем иначе.
Она легко поднялась на ноги, грациозно потянувшись, и протянула ему руку. Ладонь её была открытой, приглашающей.
— Пройдись со мной. Здесь, в деревне, стены и крыши слишком давят, даже если они из листьев. Я хочу показать тебе одно место у ручья, где лунный свет падает на камни так, будто они светятся сами по себе.
Она сделала паузу, и в уголке её губ промелькнула едва заметная, лукавая улыбка.
— Или ты боишься заблудиться в темноте вместе со мной?
Иллидан посмотрел на её протянутую ладонь. Тысячелетия войн научили его осторожности, но сейчас этот зов был сильнее любого инстинкта самосохранения. Он вложил свою руку в её — теплую, живую и удивительно сильную — и поднялся, чувствуя, как внутри него окончательно рушится последняя стена каменной маски.
Примечание: Сюжет данной книги сознательно удерживается в рамках текущего возрастного ценза, чтобы история оставалась доступной для всех читателей площадки. Тем не менее, для тех, кто хотел бы увидеть более детальную версию этой сцены (18+), я подготовил отдельный бонусный материал на на моем бусти (в примечаниях автора). Это не влияет на основную сюжетную линию, книга остается цельной и логически завершенной здесь, в её текущем виде. Основное повествование продолжится в следующей главе без потери смысла.
Глава 20: Вести с Дальних Троп
Небольшое объявление: Для ценителей мира Гарри Поттера — я начал(а) работу над новой историей в этом фэндоме. Буду очень рад(а) любой поддержке в виде отзывов и оценок. Если доверитесь мне и поставите оценку авансом — постараюсь не подвести ваши ожидания. Ссылка на работу: https://author.today/work/553314
* * *
Караван появился на закате, и Иллидан почувствовал его раньше, чем кто-либо другой в деревне.
День клонился к концу, солнце висело низко над верхушками деревьев, окрашивая небо в оттенки расплавленного золота и переспелых плодов. Воздух был тёплым и густым, наполненным вечерними запахами — цветущих лиан, влажной земли, дыма от костров, на которых готовили ужин. Обычный вечер, каких было множество, и ничто не предвещало того, что он станет началом чего-то нового.
Иллидан стоял на краю тренировочной поляны, наблюдая, как Ка'нин и Тсе'ло отрабатывают парный приём, который он показал им утром. Движения учеников были ещё немного угловатыми, не до конца отточенными, но уже несли в себе зачатки той смертоносной грации, которую он пытался им привить. Иллидан укрепился в мысли, что Тсе'ло, несмотря на свою массивность, оказался удивительно способным учеником в некоторых аспектах. Когда дело касалось физических упражнений
