— Конечно. Вы хотите сыграть во что-то определенное?
Моя амнезия оставляла мне широкий выбор.
— Нет… Вообще-то, я не помню никаких игр…
— Что ж, давайте покажу вам одну из них. — Долора продемонстрировала мне тонкую коробочку, которая, будучи открытой, явилась доской, расчерченной на клеточки. Внутри коробки обнаружились отполированные каменные фигурки… половина — черные, половина — белые.
— Это игру знают под множеством названий. Объяснить вам правила?
Долора объяснила мне правила — как двигать фигурки, как взять фигуры противника. Игра показалась мне достаточно знакомой.
— Правила просты, да? Но сложность заключается в самой игре. Нужно много времени, чтобы ее освоить. Сыграем?
В процессе игры я понял, что она мне не нова. Я припомнил различные уловки и стратегии, с помощью которых одерживал победы ранее, и теперь применял их в надежде одержать верх. Внезапно воспоминания овладели мной…
Воспоминания о затянутом дымом поле битвы… Я сидел на спине огромной четырехногой твари и с высокого холма глядел на сражавшихся. Трубные звуки рогов доносили мои приказы до войск.
Я смотрел, как мои войска разделились, бросившись направо и налево, в то время как воинство врага устремилось к холму, дабы покончить с предводителем противника — со мной.
— Глупцы, — думал я, кривя губы в злобной ухмылке. — Мои рыцари устремятся вниз по склону и мгновенно остановят их атаку… и в это мгновение мои «отступающие» солдаты ударят по флангам! Да, вскоре я одержу очередную победу…
Долора снова пристально на меня смотрела.
— С вами все в порядке? Мы можем закончить игру в другой день, если желаете…
Я попросил ее продолжать. Долора прекрасно играла, пресекая все мои хитрости, за исключением самых изощренных, но в итоге те превзошли ее неизменные стратегии. Они одобрительно кивнула, начав собирать фигурки в коробку.
— Вы — прекрасный игрок, возможно, мастер. Я преклоняюсь пред вашим умением.
Я попросил ее ответить на несколько вопросов. Долора опустила глаза и тихо вздохнула.
— Я рада служить вам как клиенту, но сейчас у меня нет желания отвечать на вопросы… приношу свои извинения, но, боюсь, вам придется смириться с этим.
Когда я спросил, не требуется ли моя помощь, она посмотрела мне прямо в глаза. Меня вновь поразило необычная гладкость ее кожи, холодные глубины ее серебристых глаз.
— Нет… боюсь, что нет. Мои беды исходят от сердца. Со временем, надеюсь, все образуется. Она объяснила, что ключи к ее сердцу находятся в руках некоего индивида, и пока это так, она не может любить другого. Я пообещал помочь, если это будет в моих силах.
38. Ивес Любительница Историй
Я проследовал в последнюю комнату борделя, где оказалась миловидная женщина с отсутствующим взором мягких зеленых глаз.
Увидев меня, она заговорила:
— Приветствую. Я — Ивес, Любительница Историй.
Морти мерзко захихикал:
— Какое совпадение! А вот я — любитель задниц!
Не обратив на него внимания, Ивес продолжала:
— Вы пришли, чтобы обменяться историями?
Однако у меня к ней было несколько вопросов, и первый — почему у нее такое имя.
— Давным-давно девочка пришла к знаменитому оракулу и задала ему вопрос. Жизнь ее нуждалась в цели, и спросила она оракула, что же ей сию цель даст. Оракул не был злым, скорее — не особо конкретным, да и выпить любил, потому и ответы давал неточные и спорные. Ответ, который он дал девочка, был следующим: в одной истории, которую она услышит в течение жизни, будет истина, столь ей необходимая. Девочка ушла и принялась собирать истории, и делает это по сей день, не зная, в которой из тысяч кроется истина. Такова опасность в глупом вопросе и мудрость вопроса незаданного.
Интересно, знает ли она историю этого борделя.
— Что вы можете рассказать мне об этом месте?
— Это часть истории госпожи Грэйс, потому не мне ее вам рассказывать. Она сказала, что когда годы ее подойдут к концу, она расскажет мне все… и то если я поклянусь ни с кем не делиться услышанным. Она надеется, что ей никогда не придется рассказывать мне эту историю, ведь к тому времени я могу отыскать свою собственную и покинуть это место. Думаю, она боится, что на поиски ее я потрачу всю свою жизнь, и не буду действовать на основе тех историй, которые уже знаю. — Ивес тяжело вздохнула. — Но с этим ничего не поделаешь.
Я спросил ее о запахе и вуали, но она ничего не знала об этом. Однако она знала одну историю о Мариссе.
— Давным-давно, в мире героев и жалких детей богов жили — были три сестры. Они были внешне отвратительными, и народ чурался их и принимал за демонов. Одна из них жутко скучала по сестрам, но оставила опостылевший мир позади… променяв жалкий пантеон на жалость к самой себе.
Пораженный ее обширными знаниями, я поинтересовался, не знает ли она истории о Равел, ночной ведьме. Конечно же, она знала.
— История о Равел Источник Головоломок, пугающей детей, начинается и заканчивается одним и тем же вопросом: «Что может изменить природу человека?» Неоднократно она задавала этот вопрос своим собеседникам, тем, кто надеялся получить выгоду от странной магии, обладала которой лишь она одна. Все пытались ответить на ее загадку, но безуспешно… и ценой неверного ответа была ужасная судьба, всегда более страшная, нежели участь предыдущей жертвы. Не будем вспоминать их муки, ибо из них и создаются кошмары.
Я вот что думаю об этой истории: Равел сама не знала ответа на этот вопрос, но очень желала узнать. Непонятно только, почему. Почему природа человека имеет значение для одной из Серых Сестер, особенно столь могущественной, как Равел?
Говорят, что она задала этот вопрос Леди Боли, не прямо, конечно, просто прокричала его в Сигиле, надеясь, что Леди ответит. А когда ответа не последовало, она призвала великую магию и пригрозила, что откроет Клеть и позволит прокатиться по ней волне ярости Планов. Иного ответа, кроме изгнания, она так и не получала. По сей день никто не знает ответа на вопрос Равел… а теперь некому и спрашивать, ибо Равел больше нет, она затерялась на Планах.
Я приготовился было задать иной вопрос, но она остановила меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
