— Не знаю, Гарри Поттер, сэр! Яркая, красивая и большая! Добби никогда не видел таких птиц!
— Молодец, Добби. Не волнуйся, ты все сделал правильно.
Гарри развернул лист и принялся читать написанные от руки витиеватые завитушки короткого текста:
«Я, по достоинству оценивший Вашу шутку с двойником, желаю с Вами побеседовать. Дабы убедить в своих мирных намерениях, буду ждать Вас в месте Вашего прежнего обитания».
Подписи не было. Хмыкнув, Гарри пустил записку по рукам.
— Думаю, предположение о ловушке не будет слишком неожиданным? — спросил Норт, ознакомившись с текстом и прикуривая сигару.
— Как ни странно, сэр, но и я подумал о том же, — в тон ему ответил Гарри. — Вот только упоминание о шутке с двойником… Об этом фокусе в Лоно Хара знает весьма ограниченное число людей. Точнее, не только людей.
Он принялся перебирать в памяти тех, кто присутствовал при том трагикомическом акте. Персоны Валькери и Драко не рассматривались в принципе, а из прочих членов Ордена Хаоса тогда были только двое — Аэлаин и Ксирон. Вариант с эльфом Поттер отмел почти сразу — тот, как помнил юноша, всегда неровно дышал к Пэнтекуин (и не превращался ли он в параноика, подозревая за этим «рваным дыханием» нежные пальчики Хара’сара?..), да и отличался повышенным чувством долга. Что бы не творила его повелительница, он остался бы верен ей до конца, невзирая ни на какие душевные терзания касаемо моральной стороны ее поступков.
Другое дело — Ксирон… Старый ифрит был выходцем с магического Ближнего Востока еще древней Земли, что подразумевало наличие некоей чисто восточной мудрости, прагматичной рассудительности и привычки к интригам. Все это накладывалось на возраст во многие сотни лет и статус одного из богатейших лонохарцев, сосредоточившего в своих руках несметные сокровища. Особенно впечатляло то, что Ксирон умудрялся и оставаться таким. Несмотря на достаточно недружелюбное окружение, он лишь преумножал свое богатство, пережив не одного правителя Лоно Хара. И вот он-то, на взгляд Гарри, был вполне способен на «раз» понять складывающуюся ситуацию и попытаться обратить ее к своей выгоде.
— Хм, — Гарри почесал подбородок. — Не скажу, что я уверен на все сто процентов, но сдается мне, это кое-что иное… Тем не менее, готовимся ко всему. Идем в полном составе, скопом не суемся, в общем, всё как обычно…
Прибыв на место, группа Поттера проверила окружающую местность всеми возможными способами, взяла свой старый пустующий коттедж в широкое полукольцо и затаилась.
Как учили классики, бесшумных и незаметных засад не бывает. Но здесь было тихо, в леске не бренчали оружием воины, из низинки не пускали дым нетерпеливые драконы, а магического присутствия ни ощущалось ни на йоту. Кроме одного-единственного, принадлежавшего тому, кто, не скрываясь, находился почти рядом с домом.
Прошло более получаса, прежде чем Гарри, прихватив с собой Рен, решил все же проверить свои догадки. Которые, стоило ему обойти дом по полю, к его удовольствию подтвердились. На крылечке, как какой-нибудь маггловский дед на завалинке, восседал тучный, бородатый ифрит в белом тюрбане, шароварах, парчовом халате и расшитых золотом туфлях на босу ногу. Устроившись на большой подушке, Ксирон неторопливо перебирал четки, сделанные из крупных, отшлифованных изумрудов, и, казалось, дремал, смежив веки.
Однако стоило Поттеру с подругой приблизиться, как он звучным голосом произнес:
— Приветствую вас, юноша. И вашей спутнице желаю здравствовать. Неужели вы пожаловали сюда лишь вдвоем?
— И вы будьте здоровы, уважаемый, — вежливо отозвался Гарри. — Только почему же вдвоем? Друзей у меня гораздо больше. Радует, что вы не смогли их заметить.
— Что поделать, — вздохнул ифрит, разводя руками. — Годы берут свое…
«Да нет, старый хитрец, годы тут не при чем… И готов поклясться, ты сгораешь от желания узнать, каким образом ребята остаются укрыты от твоей магии…»
— Позволено ли мне будет осведомиться, как вы узнали об этом месте? — проговорил Поттер все так же церемонно-вежливо. — Мое прежнее, да и основное жилище, как я понял по не столь давнему визиту одного ублю… простите, родственника вашей венценосной правительницы, увы, перестало быть тайной. Но я полагал, эта информация не выходила за пределы клана Дракул.
— Позвольте и старику оставить при себе свои маленькие секреты, — отечески улыбнулся Ксирон. — Но вы правы, местоположение вашего дома действительно не является секретом. И, учитывая ваши последние действия, там очень скоро станет небезопасно, несмотря на, по слухам, довольно неплохую защиту.
— Спасибо, я приму это к сведению, — учтиво ответил Гарри. Для него засвеченность их базы уже не играла особого значения — он планировал в скором времени покинуть ее для исполнения последней части своего плана. Тем не менее, быстрота, с которой Ксирон узнал о разгроме армии Валькери, впечатляла. — Но вы же пришли сюда не для того, чтобы предупредить меня об опасности?
— Разумеется, нет, — согласился ифрит. — Давайте же пройдем внутрь и побеседуем. И, если ваши уважаемые друзья не сочтут это за обиду, я бы хотел, чтобы разговор состоялся с глазу на глаз. Стоит ли впоследствии ввести их в курс дела — решать уже вам.
Гарри и Ксирон прошли в гостиную и уселись в два кресла, стоящие в полразворота друг к другу. На пустующем меж кресел столике Поттер, как радушный хозяин, сотворил блюдо с фруктами, две тонкие чашки, фарфоровый чайничек и дымящийся кофейник.
Каждый налил, что хотел — Гарри чаю, а ифрит черного, крепкого кофе. Отхлебнув немного, Поттер поставил чашку на столик и вопросительно взглянул на гостя.
— Думаю, вы представляете, что за танцы у нас исполняют различные кланы вокруг престола правителя Лоно-Хара? — начал издалека старый лонохарец.
— Надо полагать, что более-менее… — наморщил лоб Гарри. — Клан Леди Валькери, подобно самой большой и сильной собаке, держит самую большую и вкусную кость. А вокруг вьются другие собаки, поменьше и послабее, демонстративно виляя хвостами и выражая искреннюю преданность. На деле, все, конечно, не так. Каждая из них хочет занять место вожака. Сообща они, может, и отняли бы у сестрёнки эту косточку, но постоянно, когда слабо, а когда и сильно, грызутся между собой. Чему, большей частью, способствует как раз эта самая главная и умная собака, используя для сеяния раздоров кости поменьше — различные вольности и привилегии. То же членство в Ордене Хаоса, к примеру.
— Гхм… — Ксирон усмехнулся в роскошную рыжую бороду. — Аллегория вышла у вас несколько своеобразная, но весьма наглядно передающая суть. Именно так все и обстоит. А теперь представьте себе, что произойдет, когда вся эта стая поймет, что вожак уже не так силен, как раньше? Кланы, имеющие равные или почти равные права на трон, и так значительно активизировались с тех пор, как Люцифер практически перед всем Орденом Хаоса отказался от власти в пользу своей дочери. Странный поступок, к слову… Все, конечно, понимают, что даже за спиной дочурки он остается самой тяжелой фигурой на доске, но все же… Если за время странствий Люцифера его дочку сместят с соблюдением всех лонохарских законов, то даже он ничего не сможет сделать. Ибо вот тогда против Дракул объединятся все кланы разом. Но вот если сила Валькери Цепеш ослабеет резко, ситуация может пойти вразнос. Главные кланы взовьются на дыбы и в первую очередь вонзят зубы друг другу в бока, уверенные, что победивший легко справится с поредевшей когортой Леди Дракулы-Цепеш. В конечном счете это означает воцарение анархии и масштабную междоусобную войну. Которой к тому же наверняка воспользуются некоторые из покоренных нами миров, чтобы освободиться от протектората Лоно Хара.
— Протектората? — подняв брови, переспросил Поттер. — Покорение огнем и мечом как минимум десятка соседних миров — это теперь так называется?
— Бросьте, — махнул рукой ифрит. — К чему это морализаторство? Вы же не идеалист и отлично понимаете, что в государственных масштабах благородство и милосердие живут еще меньше, чем девственницы при штурме города армией наемников. На самом верху не существует никаких моральных принципов. К сожалению, в жизни нет совершенства, есть только более или менее приемлемые компромиссы. Интересы. Польза и выгода. Вот все, что имеет значение. Как же там… ах! «У Англии нет ни постоянных друзей, ни постоянных врагов, у Англии есть только постоянные интересы». Знакомые слова?
— Лорд Пальмерстон. Хорошо, не будем придираться к терминам. Так в чем же суть? Что-то не улавливаю… — изобразил легкое недоумение Гарри, отпив еще чаю.
— А суть в том, что нам это вовсе не нужно.
— Как интересно… Кому это — вам?
— Нам — это группе высокопоставленной знати, древней, богатейшей аристократии Лоно Хара, помнящей еще старого Дракулу, основателя Ордена Хаоса.
Гарри, держа чашку в руке, задумался. Ксирон, владелец самой значительной магической сокровищницы Лоно Хара, а, возможно, и не только его, наверняка меньше всего мог желать подобной смуты, ставящей под угрозу его положение и состояние. А если таких, как он, в Лоно Хара был целый круг, то все становилось более чем ясно.
