свидетельствовало – ведь, кроме Ребекки, здесь жили и другие люди. Но и сама квартира оказалась открытой. Йенс вошел, просто толкнув дверь.
– Бекка?
Никто не ответил.
– Это я, Йенс.
Опять тишина.
В кухне, ванной и гостиной было пусто. Перед закрытой спальней он остановился. Ему не хотелось стучать, но что поделаешь?
– Бекка?
Не услышав за дверью никакого шороха, комиссар постучал громче, а потом набрался храбрости и заглянул внутрь. Свет из коридора упал на пустую кровать. Тогда Йенс полностью открыл дверь и увидел, что постель даже не смята.
– Бекка? – крикнул он еще раз на всю квартиру и беспомощно заметался, поддавшись нарастающей панике.
В коридоре его взгляд упал на белую тумбочку с керамическим блюдом, на котором Ребекка, придя домой, всегда оставляла кошелек и ключи. Ни кошелька, ни ключей на месте не было. Телефона тоже.
Шок обрушился на Йенса с силой сердечного приступа. Он сделал нетвердый шаг назад и, задыхаясь, схватился за грудь.
15
Подушечки пальцев болели, на третьем кожа уже стерлась в кровь. Чувствуя это, Виола все равно не переставала вести рукой по стене, потому что по-прежнему двигалась в полной темноте. Она шла и шла, но свет нигде не брезжил.
Было холодно. У Виолы мерзли руки и обритая голова, а если она останавливалась, чтобы прислушаться, то дрожало все тело. Странное не то шуршание, не то царапанье больше не повторялось. Может, она просто придумала себе этот звук? Что это за место? Почему похититель привез ее именно сюда? И почему именно ее?
Он сумасшедший – в этом сомневаться не приходилось. Искать логику в его поступках, вероятно, тоже не стоило. Сейчас было важно другое – найти Бину и выбраться отсюда вместе с ней.
В стенах, вдоль которых шла Виола, попадались дверные проемы без дверей. Она насчитала их пять, но свернуть ни в один не решилась, предпочитая идти прямо, чтобы, если во что-нибудь упрется, попасть тем же путем в начало маршрута – к железной двери.
Вот еще один проем. Она хотела пройти мимо, но в этот момент опять услышала звук, только теперь уже не царапанье, а металлический лязг. Он звучал снова и снова, отдаваясь от стен.
И вдруг показался свет!
Совсем тусклый, он падал откуда-то справа на пол коридора, по которому она шла, примерно в десяти метрах от нее. Если б за последние полчаса глаза не привыкли к полной темноте, она, вероятно, даже не заметила бы его.
Ускорив шаг, Виола обнаружила новый проход, ведущий вправо. Там, где он заканчивался, свет был ярче, но источник оставался невидимым.
Виола пошла, ступая, как раньше, медленно и осторожно. С каждым шагом она убеждалась в том, что идет в какую-то освещенную комнату. Прежде чем девушка успела достичь своей цели, послышался голос:
– Виола, darling… Свет моей жизни… Иди ко мне. Здесь ты получишь все, что тебе нужно.
Подобный Божьему гласу, он звучал откуда-то сверху, разносясь по лабиринту коридоров и комнат быстро и так же гулко, как предшествовавший ему металлический лязг.
Виола узнала своего мучителя, но, несмотря на страх, не остановилась. Она должна была выяснить, что там, в освещенной комнате.
Помещение, которым оканчивался коридор, оказалось тоже темным. Только вверху, на высоте трех-четырех метров, было квадратное отверстие, через которое косо падал свет, образуя на бетонном полу белый ромб. В этом пятне и вокруг него валялся мусор: бутылки, бумажные обертки, полиэтиленовые пакеты – все раскуроченное, как будто здесь хозяйничало какое-то дикое животное.
Прежде чем Виола успела осмыслить эту картину, наверху раздался грохот, а потом из световой дыры посыпались предметы. Виола стояла, запрокинув голову, и не верила собственным глазам: с неба падали бутылки с водой, консервные банки и еще какие-то упакованные продукты.
Продолжался этот спектакль минут десять, после чего опять раздался лязг и свет погас. В одно мгновение Виола снова оказалась в темноте.
Затаив дыхание, она стала ждать. «Что же произойдет дальше? Наверное, больше ничего», – подумала девушка и тут же услышала уже знакомое ей шуршанье и царапанье. Казалось, кто-то ползет по полу.
Только теперь оно, это существо, было совсем близко. В той же самой комнате.
16
Йенс знал, что завтра на него со всех сторон градом посыплются жалобы, но ему было плевать. Десять полицейских, дежуривших в ночную смену, звонили во все двери, не пропуская ни одной, и спрашивали разбуженных соседей Ребекки, не заметил ли кто-нибудь чего-нибудь странного. Рольф Хагенах и Карина Райнике тоже приехали. Когда Йенс позвонил им, они только легли, но снова вскочили и примчались сюда, не медля ни секунды.
Кернер еще никогда не был в таком отчаянии, как теперь. Обычно, пока другие рвали на себе волосы, не зная, что делать, он оставался спокойным и продолжал борьбу, но сейчас ничего не выходило. Комиссар мог думать только о смертельной опасности, угрожающей Бекке, и это сводило его с ума. Как такое могло произойти? Что он упустил из виду? Чем Ребекка привлекла внимание преступника?
Эти вопросы были произнесены им и вслух, причем укоризненным тоном. Как будто Рольф и Карина, взявшие коллегу с собой в офис «Food2You», были виноваты в ее исчезновении. Лицо Хагенаха выражало смущение и замешательство, Карина задумалась. Мыслила она, очевидно, примерно так же, как и Йенс.
– Мотивы, которыми руководствовался преступник, нам неизвестны, – начала она. – Известно только, что он похитил единственного человека, способного его узнать, причем сделал это без насилия, не вламываясь в квартиру. Ребекка просто вышла к нему.
– Хотя доставку пиццы она не заказывала, – заметил Рольф Хагенах.
– Верно, – согласилась Карина. – Тем не менее он может быть как-то связанным с «Food2You». Эта фирма всплывает в деле слишком часто. Мне трудно поверить в такое количество совпадений… И в любом случае я не понимаю, как он выманивает жертв из дома. Похоже, все они сами выходили из своих квартир. Даже Ребекка, а ведь она не наивна…
Йенс нервозно расхаживал туда-сюда по гостиной Бекки. Казалось, он того и гляди раздавит что-нибудь из предметов интерьера. Его тело требовало движения. Хотелось выбежать отсюда, найти Ребекку и до полусмерти избить трусливого гаденыша, который ее похитил.
– К черту всякие «почему» да «как»! – прогрохотал Йенс. – Надо выяснить, кто этот засранец. Не мог же он подобраться к нам так близко, чтобы наблюдать за нами, оставаясь для нас невидимым… Проклятье! Да давайте уже наконец включим головы! Кто еще был там, в «Food2You»?
– Исполнительный директор и пара десятков программистов – куча народу. На то, чтобы проверить их всех, уйдет целая вечность, –
