богатой и красивой, то мы просто констатируем очевидный факт.
Наша история, история нашей культуры — вот одно из составляющих богатства и красоты края. Пристрастное знание прошлого, уважение к былому, понимание его как истока — это лежит в основе любви к родной земле.
Из бесед со студентами, с представителями технической интеллигенции, а порою и творческой тоже, — выясняется, насколько стойко детское, школьное представление о Западной Сибири древнейших времен, как о безлюдном пустынном крае, о котором до прихода Ермака Тимофеевича и сказать-то толком нечего. Убеждение ложное, являющееся, в частности, результатом и того, что каждому сибирскому школьнику дотошно и подробно рассказывается о Древнем Египте и Вавилонии — это бесспорно необходимо! — а вот история родного края, в том числе и древнейшая, так и остается для него навсегда закрытой книгой. Напрягши перегруженную, оккупированную точными науками память, школьник еще сможет сказать, в каком году Ермак пришел в Сибирь, но не более того. А какие люди жили в каменном или бронзовом веках на территории его родного района, может быть, и в километре от его поселка или от его городской квартиры, — это ему неведомо.
«Ну и что? — опять спросит дотошный читатель. — Что тут страшного?»
Возможно, ничего страшного и нет, однако исподволь усиленно ориентируя школьника на то, что все замечательное, неповторимое, исторически важное и ценное находится не здесь, не в Сибири, не в его родных местах, а, скажем, в Ассирии и Вавилонии, — не рвем ли мы тем самым связей подрастающего поколения с родным полем? Или, говоря иначе, достаточно ли мы способствуем тому, чтобы у юного сибиряка на уровне гуманитарного знания укреплялись связи с родным селом, родной землей, родным краем?
Как дерево не вырастает без корней, так и человеку без корней невозможно занять в жизни социально активную позицию, ощутить себя частью народа, реализовать свою личность в творческом труде. Что есть «корни человека»? Это, во-первых, привязанность к земле и людям, среди которых человек родился и вырос. Это постоянное ощущение преемственности, ощущение того, что ты живешь, ты работаешь, воплощая мечты всех живших до тебя родичей и земляков. Ты ответственен перед ними за свои дела. Человека «без корней» отличает высокомерное, пренебрежительное отношение к прошлому, рожденное изъянами воспитания и зияющими пробелами в образовании.
Тот, кто знает наш край, нашу область и по жизни, и по краеведческой, а шире — исторической литературе, тот с полной уверенностью может сказать, что археологические материалы, памятники нашей области вполне достаточны для того, чтобы при изучении древних времен сибирские школьники в первую очередь основывались и на родном материале. Действительно, один уровень знаний можно достичь лекцией и примелькавшейся картинкой Чертомлыкской вазы, и качественно иной уровень получится, когда рассказ педагога будет совмещен с осмотром древнего поселения, городища, беседой на древнем кургане…
В 1721—1722 гг. в Западной Сибири побывал известный ученый Д. Г. Мессершмидт, его дневники полностью изданы около двадцати лет назад в ГДР…
В 1733—1743 гг. по Сибири путешествует Г. Г. Гмелин (д. Ояшинская — Умревинский острог — Ташара). Кроме этих пунктов нашей области, он пишет о могильниках и древних укреплениях по реке Уень…
В 1771—1772 гг. начальник Оренбургской экспедиции академик Фальк исследует и описывает ряд памятников Барабы…
В 1866 г. академик В. В. Радлов ведет раскопки на территории ныне Чановского и Каргатского районов. Найденные им материалы хранятся в Москве в Государственном историческом музее…
В 1879 г., путешествуя по Барабе, Н. М. Ядринцев писал:
«Судя по обилию курганов на Барабинской степи, можно заключить, что здесь предстоит обширное поприще для будущей археологии…»
В 1894—1895 гг. область исследовали Г. О. Оссовский и С. М. Чугунов, в 1896 г. профессор Томского университета В. М. Флоринский составил первую сводку расположения курганов по целому ряду районов области. В. М. Флоринский искал доказательства своей теории сибирского происхождения древнеславянских племен…
Капитальные археологические исследования возобновились лишь в 1952—1954 гг., когда экспедицией Ленинградского отделения Института археологии АН СССР под руководством профессора М. П. Грязнова была детально изучена площадь, впоследствии затопленная водами Обского водохранилища. Все находки этих массированных исследований и раскопок хранятся в Эрмитаже…
Большой вклад в изучение археологии области внесли академик А. П. Окладников, авторы «Археологической карты Новосибирской области» — Т. Н. Троицкая, В. И. Молодин, В. И. Соболев…
Гордость своею землей… Она рождается из любви и знания. Она — есть чувство уникальности своей земли, своего края. Чувство великой цепи сменяющихся поколений людей на твоей земле, чувство — что ты связан со своими даже дальними предками единым языком, единым пространством, связан Родиной.
Всмотритесь в курганы и следы древних поселений, поймите красоту сосуда, дошедшего до нас из глубины времен. И сосуд, и каменный топор, и костяные наконечники стрел — все это творения рук человеческих.
Всмотритесь в линии древнего русского боевого топора, меча. Всмотритесь в прошлое нашего края — поймите и вдумайтесь: сколько поколений прошло по этой земле, жило здесь, трудилось, боролось и ушло, — и наш сегодняшний, день предстанет перед вами в новом свете, в новых красках и чертах.
И увидите вы себя продолжателями своих пращуров, ощутите землю нашу как великую, соединяющую все поколения сибиряков, бессмертную силу.
Примечания
1
См. «Собеседник», выпуски 2, 4, 5. А также книгу Владимира Шапошникова «Великие литературные открытия», Новосибирск, Западно-Сибирское книжное издательство, 1981.
2
К сожалению, карта Острова Сокровищ имеется не во всех советских изданиях романа, лучшим из которых, безусловно, можно считать издание 1949-го года. В собр. соч. Р. Л. Стивенсона 1981-го года, например, карта искажена до неузнаваемости. Здесь и далее все имена, названия и цитаты приведены по изданию 1949-го года.
3
Второе доказательство будет приведено несколько позже.
4
Недавно остров получил новое имя — Хувентуд, что в переводе значит «остров молодости».
5
Имя его также встречается в романе. О нем упоминает Сильвер, сравнивая его с Флинтом: «Дэвис, говорят, был не хуже».
6
Ни один уважающий себя русский моряк никогда не скажет «плавал». Только «ходил»! Для моряков всего мира корабельный повар — «кок»! Но не следует упрекать Корнея Ивановича Чуковского за якобы неточный перевод. Ведь он вполне мог предполагать, что среди будущих читателей его перевода большинство окажутся людьми сухопутными, с морской терминологией незнакомыми.
7
Наслег и улус — административные единицы у якутов, также как волости и уезды у русских.
8
«Самоеды» — ненцы, зыряне — коми, остяки — ханты, «мусульмане» — татары, вогулы — манси.
