твои чувства было легко ранить, то у нас было бы гораздо больше проблем.
— Чтобы замечание меня ранило, нужно, чтобы я ценила того, кто его произносит, — сказала я. Посмотрела на неё холодно. — И, честно, я здесь ни с кем не говорила, кто стоил бы того, чтобы из-за него расстраиваться. Ты хочешь помочь мне? Прекрасно. Пусть люди оставят меня в покое, и я облегчу твою работу. Но если они продолжат нападать, то тогда я буду делать им больно, пока они не поймут, что меня надо оставить в покое.
— Я бы сняла с тебя баллы за такие разговоры, — сказала она после секундной тишины. — Но тебя же это не волнует, не так ли?
— А почему должно? — спросила я. — Если бы у меня были друзья в Слизерине, то может и волновало бы. Если бы там были люди, которые просто помогли бы, вместо того, чтобы стоять в сторонке, может и волновало бы. Но люди, стоящие в стороне и ничего не делающие, при этом зная, что что-то неправильно… это трусость.
Джемма остановилась.
Она повернулась ко мне.
— У меня есть младшая сестра, она, вероятно, окажется в Хогвартсе через пару лет. Я люблю ее больше чем кого-либо. Если я буду действовать так, словно мне нравятся грязнокровки, то есть шанс, что в один день я проснусь и обнаружу, что моя сестра, или мама, или папа пропали.
— Легко говорить о том, чтобы быть храброй, когда тебе нечего терять. Ты сирота, у которой практически нет друзей… единственное, что они могут сделать тебе — убить или навредить. Мне же… они могут убить мою семью. Тебе не стоит смотреть свысока на людей, которые ничего не приобретут и могут все потерять, помогая тебе.
Я холодно посмотрела на неё, и она, в конце концов, покачала головой и проводила меня в мою комнату.
Глава 22. Хагрид
— Я хотела тебя поблагодарить, — сказала я. — Вообще-то, мы обе хотели.
Милли стояла позади меня, уставившись в пол. Мы находились в библиотеке, в то время как множество учеников высыпали на улицу, наблюдая за пробами для какого-то «квиддича». У меня было смутное представление о том, что это такое, но я никогда особо не интересовалась спортом. Я слышала, что они летают и пытаются ударить друг друга битами, что выглядело абсурдно опасным, даже если бы у меня, возможно, и у самой бы неплохо это получалось.
— За что? — спросила Сьюзан Боунс. — За то, что я сказала правду?
— Есть люди, которые вообще ничего бы не сказали.
— Моя тётя — глава Отдела Магического Правопорядка. Она говорила мне, что правосудие совершалось бы гораздо чаще, если бы люди проявляли готовность говорить.
— Это требует храбрости, — пробормотала за моей спиной Милли.
— Ну, я не из Гриффиндора, — сказала Сьюзан. — Но я узнаю неправильный поступок, когда вижу его. То, что делали эти парни, было неправильным.
Девочка рядом с ней, Ханна Аббот, сказала:
— Мы и правда искали учителя, или, по крайней мере, старосту. Но мы всё ещё иногда тут теряемся.
— Вам повезло, что вы оказались в Хаффлпаффе. У вас есть, кому прикрыть ваши спины, — сказала я.
Сьюзан медленно кивнула:
— Думаю, у тебя такого нет. Было довольно храбро… то, что ты сделала с этими парнями. Не думаю, что смогла бы напасть на них так.
Так, они видели немного больше, чем признались. Впрочем, того, что они сказали, оказалось достаточно.
Я замерла в нерешительности.
— Я организую новую учебную группу. Вы, вероятно, знаете Гермиону Грейнджер и Невилла Лонгботтома. Со мной и Милли будет четверо.
— Учебная группа с учениками всех четырёх домов? — спросила Сьюзан. — И что вы будете изучать?
— Всё, — ответила я. — Если кто-то из нас окажется слаб в чём-то, другие, кто лучше знает эту тему, помогут ему.
— Звучит во многом схоже с тем, что нам говорят в Хаффлпаффе, — сказала Ханна. — Не думала, что услышу такое от кого-то из Слизерина.
Я подалась вперед:
— По правде говоря, я не слизеринка, знаешь ли.
— Что? — спросила она.
— Я внедрённая туда гриффиндорка, — ответила я. — Я использовала чревовещание на Шляпе, чтобы все думали, что я слизеринка.
Ханна вытаращилась на меня.
Сьюзан захихикала.
— Звучит точно как ложь, которую слизеринка сказала бы хаффлпаффке.
Я ухмыльнулась ей:
— Что более вероятно? Что я замаскированная гриффиндорка, или что магглорожденная действительно отправилась в Слизерин?
— Ну, вокруг тебя гуляет множество слухов, — признала Сьюзан. — Люди удивляются, кто же ты на самом деле.
— Правда? — небрежно спросила я. — И что же про меня говорят?
Я, вероятно, знала и так, но даже с насекомыми я не могла разом слушать всё время всех повсюду.
— Некоторые говорят, что тебя сюда заслали американцы, чтобы найти Сама-Знаешь-Кого.
— И что я сделаю, если найду его? — спросила я. — Они бы прислали кого-нибудь более взрослого.
Не то чтобы я не попробовала убить его, если бы оказалась достаточно сильна. У меня была масса опыта, и обезглавливание змеи, как правило, оказывалось эффективной тактикой.
Но, скорее всего, пройдет много времени, прежде чем такое произойдёт. В конце концов, у него была репутация второго по силе волшебника во всей Британии, уступающего только Дамблдору.
Я никогда не видела, чтобы Дамблдор много колдовал, и мне хотелось, чтоб такой шанс представился, потому что это дало бы мне подсказку о том, с чем мне придётся иметь дело. Были ли близнецы Уизли в целом хороши, или они оставались просто школьниками, действующими без намёка на скорость и знания, имевшиеся у настоящего волшебника.
— Думаю, это правда, — сказала она. — Не похоже, чтобы ты действительно была каким-то замаскированным монстром.
— Хочешь, зарычу? — сказала я, затем ухмыльнулась ей. — Возможно, я на самом деле воскресший призрак убитой девочки, вернувшийся, чтобы добраться до людей, убивших мою семью.
Её лицо стало пустым.
— Тебе не следует шутить об
