Вся северная и центральная часть Флориды занята густыми лесами. Небольшая горная цепь протянулась на северо-запад. А южная часть полуострова почти вся представляет собою огромное болото, питаемое то водами океана, то зимними дождями, которые не находят здесь стока.
Вид этих земель, залитых водой или покрытых непроходимыми лесами, так дик и печален, что в ту пору ни один колонист не осмеливался селиться южнее озера Окичоби. Прошло около двухсот лет со времени открытия этого полуострова, а южная часть его, омываемая морем и течением Гольфстрим, была все еще необитаема. Лихорадка, которая царит в этих мрачных и печальных лесах, не располагает здесь ни американцев, ни европейцев к оседлости.
Об открытии Флориды рассказывает странная легенда.
Понсе де Леон, один из самых отчаянных испанских конкистадоров, слышал от индейцев Сан-Доминго и Пуэрто-Рико, что на полуострове, расположенном к северу от жемчужины Антильских островов Кубы, находится чудесный источник, обладающий способностью… возвращать людям молодость.
Этот уже немолодой и страдающий от многих недугов авантюрист поверил в чудесную легенду и решил отправиться на поиски источника. В 1512 году он организовал экспедицию в эту таинственную страну, решив завоевать ее. Несметные богатства, открытые в Мексике, Перу и Венесуэле, должны были, как ему казалось, быть и в той земле.
Отплыв с несколькими своими кораблями на север, Понсе де Леон вскоре обнаружил эту желанную страну, которой он дал красивое имя Флорида, из-за множества цветов, покрывавших ее берега.
Расспросив индейцев, которые обитали на этих болотах, и получив подтверждение о существовании чудесного источника, он отважно устремился в глубь страны, открыв, таким образом, американский континент, но только не тот чудесный источник, который должен был вернуть ему потерянную молодость.
Следом за ним, вернувшимся из экспедиции еще более старым, чем он был, и совершенно изнуренным, во Флориду отправился Васко д'Альен. Однако индейцы, заметив, что он намеревается захватить их земли, перебили большую часть его отряда и вынудили остальных убраться подобру-поздорову.
В 1517 году Новуа, еще один из завоевателей Мексики, прослышав о необыкновенных богатствах Флориды, вступил на эти земли во главе шестисот человек. Но и он вскоре пал с ними со всеми от стрел и копий неукротимых индейцев.
Только в 1565 году испанцам удалось наконец утвердиться во Флориде с помощью Мендосы де Авила, основателя Сан-Агостино. Только он смог сломить сопротивление местных индейцев и подписать с их вождями договор, после которого началась медленная колонизация полуострова.
Избегнув ярости прибоя, Корсар и его товарищи упали на прибрежный песок перед группой высоких сосен, которые с мрачными стонами гнулись под последним натиском урагана.
Они так обессилили в этой долгой борьбе с волнами, длившейся несколько часов, что не могли уже держаться на ногах. Они умирали от голода и жажды, поскольку на обломке плота, спасшем их, не было ни кусочка съестного и ни глотка пресной воды.
— Гром и молния! — воскликнул Кармо, ощупывая бока, чтобы убедиться, что все ребра целы. — Даже не верится, что я жив. Уцелеть среди этакой канонады, спастись от взрыва и, наконец, еще и от бури! Не каждый день такая удача, ей-богу!
— Лишь бы это не стало началом новых бедствий, — мрачно сказал Ван Штиллер.
— Мы безоружны, а еще не известно, что нас тут ждет.
— Ничего, друг Штиллер, со мной мой нож, а капитан не потерял свой кинжал.
— Посмотрим, что ты сделаешь со своим ножом, когда мы встретим индейцев, — заметил гамбуржец. — Здешние племена питают явную страсть к человечьим ребрышкам! На этих самых берегах индейцы съели капитана Белое Перо со всей его командой. Ты знал его?
— Черт побери! Это был храбрец, не боявшийся самого дьявола!
— А кончил на сковородке, как камбала или бифштекс.
— Ты хочешь меня напугать, старина. Момент ты выбрал самый не подходящий.
— Я хочу только выбить у тебя из головы некоторые иллюзии. Увы, дорогой Кармо, перспективы у нас не блестящие.
— Белый кум прав, — подтвердил Моко. — Жители этих земель съедают людей, которых море выбрасывает на их берега.
— Тогда будем держаться подальше от этих господ, которые так любят мясо белых.
— Не только белых, но и негров, — сказал гамбуржец, смеясь.
— Неужто нам предназначено судьбой пойти на обед этим людоедам? Умереть на сковородке и вместо гроба попасть в живот индейца — это уж слишком жестоко. А что скажет черный кум?
— Что пора оставить в покое животы индейцев и подумать о наших собственных.
— Вот совет мудреца, — одобрил Кармо. — Я тоже заметил, что мои кишки тоскуют о том ужине, который я не успел проглотить вчера вечером.
— Но я не вижу здесь ничего, кроме сосен, — заметил Ван Штиллер.
— Под этими деревьями нам, возможно, удастся найти кое-что. Пойдем, черный кум, посмотрим? А Ван Штиллер останется здесь с капитаном.
— Пошли, — сказал негр, вооружаясь толстой палкой, подобранной на земле.
Пока они готовились обшарить лес, который простирался перед ними, Черный Корсар взобрался на утес, возвышавшийся над морем, и впился взглядом в горизонт. Он все еще надеялся увидеть свой корабль, который ураган унес в Атлантику, но надежды его были тщетны: ветер и волны отбросили его очень далеко и, может быть, уже разбили о скалы.
— Последи за ним, — сказал Кармо гамбуржцу. — Бедный капитан! Боюсь, что ему не видать больше свой доблестный корабль.
— Как и нам никогда не видать больше Тортуги, — печально ответил гамбуржец.
— Ничего! Мы еще не умерли, Ван Штиллер! Даже, как видишь, идем искать завтрак, чтобы поддержать наше существование. Пошли, черный кум. Если встретим какого-нибудь медведя, уступаю тебе честь оглоушить его дубиной.
Кармо, который даже в самых тяжелых обстоятельствах не терял своего хорошего настроения, вооружился суковатой палкой и решительно направился в лес в сопровождении негра.
Углубившись в чащу метров на триста-четыреста, они остановились, чтобы прислушаться. Над верхушками деревьев летали птицы, слышался щебет и писк, но внизу все было тихо — ни шелеста, ни шороха.
— Ничего не видишь, черный кум? — спросил Кармо негра.
— Не вижу ничего, кроме летающих белок, — ответил великан, внимательно осматривая стволы сосен. — Они хороши, но их очень трудно поймать.
— Что? — воскликнул Кармо. — Я видел в этих краях птиц, которые не летают, но белки, которые имеют крылья, — это, по-моему, уже слишком. Признайся, черный кум, ты разыгрываешь меня?
— Можешь посмотреть на них. Взгляни на ту сосну, которая выше всех остальных. Разве ты не видишь их?
