огненные фениксы испытывают необходимость защищать фениксов света. И что не могут ослушаться приказа. Я ведь только мысленно подумала, а ты уже…
– Неприятное чувство. Я… я не знаю, Таис. Всю жизнь считала, будто фениксы света – всего лишь миф.
– А что ты о них знаешь?
– Не очень много. Они, вроде как, появляются редко, а каким образом и почему – непонятно. Считается только, что они – самые могущественные маги света во всем мире. По силе почти равны богам.
– Э… – вот, честно говоря, сейчас я тоже засомневалась в собственной догадке. Самый могущественный маг, почти равный богам? Да быть того не может! А с другой стороны… был же тот всплеск неведомой силы, уложивший опытную преподавательницу. Нет, все равно невероятно! Это уже перебор.
– А знаешь… – задумчиво произнесла Мира, – может быть, ты все же права.
Я нервно хихикнула.
– Что?
– Просто теперь я засомневалась. Самый могущественный светлый маг – это же бред, полнейший!
– Боги ведь существуют, – она пожала плечами. – Почему не может существовать феникс света, который может сравниться с ними по силе.
– Существовать может. А вот я быть фениксом света не могу.
– Почему?
– Да потому что слишком круто для меня!
– И все же… приказы, которые огненные фениксы не могут ослушаться – довольно убедительное доказательство. Может, еще раз проверим?
– Нет.
– Прикажи мне что-нибудь. Мысленно.
– Нет!
– Таис…
– Ты сама сказала, что это неприятно.
– Но как иначе мы сможем убедиться?
– Никак? Просто забыть?
– Я из-за тебя крылья раскрыла и вообще портал создала. Между прочим, для моего организма это было шоком.
– Прости.
– Да дело не в этом! – Мира мотнула головой. – Я не обвиняю тебя. Я говорю, что это очень и очень странно. И единственное объяснение – то, что ты все же феникс света.
– Я не могу быть…
– Тебе валеферия поклонилась, – перебила подруга.
– Думаешь, из-за этого?
– А давай у нее спросим!
– С ней что, можно поговорить? – я искренне удивилась.
– Что за вопрос. Она ведь не только во время вступительных испытаний существует, а на все остальное время растворяется в небытие. К ней не пускают, но ведь можно попросить твоего Альвеира шед Хашшер о помощи.
– Нет, я не буду к нему обращаться с такими вопросами.
– Почему нет? Ты ему нравишься.
– Мира! – я чуть не взвыла. – Ну откуда столько энтузиазма?! Ты, кажется, даже верить не хотела.
– Теперь верю. Это единственное объяснение всему произошедшему.
– Знаешь что… нужно сначала с нападением разобраться. Мы вот тут сидим, байки какие-то обсуждаем, а надо ведь к ректору идти. Поздно уже, наверное, этого гада не поймать, но сказать все-таки нужно.
– Ох, точно! – Мира спохватилась и тут же подскочила на ноги. – Ты сиди здесь. Тебе лучше не выходить из комнаты, мало ли, где еще может поджидать ловушка. А я схожу и приведу ректора.
– Может, не стоит?
– Ты же сама только что сказала…
– Я за тебя боюсь.
– Ерунда, – она отмахнулась. – Мне-то что сделается? Он за тобой охотится. И… – подруга нахмурилась, – советую тебе все же рассказать о покушении Альвеиру шед Хашшер.
– Не буду.
– Возможно, он сумел бы помочь?
– Он ничего мне не должен. Ну погуляли вместе, подумаешь. Альвеир не обязан решать все мои нелепые проблемы.
– Покушение, от которого ты чуть не погиба, вряд ли можно назвать нелепой проблемой.
– Ты поняла, что я хотела сказать, – я продолжала упрямиться.
Рассказать Альвеиру, что меня пытаются убить? А как? И зачем? Ведь он действительно мне ничего не должен и не обещал. Лучше с Реваном поделюсь – тот не раз говорил, что всегда готов помочь.
– Ладно, – наконец она сдалась. – Я иду к ректору. А ты сиди здесь и жди.
– Хорошо.
Наградив строгим взглядом, Мира погрозила мне пальцем и вышла. Я, как послушная маленькая девочка, надежно заперлась и принялась ждать.
Ожидание тянулось мучительно. В голове беспрерывно крутились мысли, внимание перепрыгивало с одной на другую. Никак не удавалось осознать, что я могу быть фениксом света. И что бы это могло значить? Кто такие фениксы света? Как они появляются? Судя по всему, это не просто раса, как, например, огненные фениксы, люди, аркахоны и другие. Или как раз таки с аркахонами у них может быть что-то общее? Тех тоже немного, всего семь осталось. А сколько фениксов света? И разве фениксом света может стать тот, кто родился человеком? Черт, что со мной сделали?!
Неожиданно раздавшийся стук напугал. Хотя вроде бы именно этого ждала. Подскочила с кровати, подошла к двери.
– Таис, нам доложили о том, что на вас совершено нападение. Открывайте, будем разбираться.
Торопливо открыла. В тот же миг яркий свет ударил по глазам. Болезненный толчок – и я потеряла сознание.
Стою перед зеркалом в своей уютной квартирке. Внимательно рассматриваю отражение, пытаясь определить, все ли хорошо. Прямые гладкие волосы пышной рассыпчатой волной закрывают спину. Я не стала собирать их в прическу, по обыкновению оставив распущенными. Насыщенный темно-каштановый цвет и зеркальный блеск – моя гордость, потребовавшая немало усилий, чтобы добиться такой красоты. Поправляю любимую кофточку, улыбаюсь собственному отражению. Ну вот, кажется, готова отправляться на празднование дня рождения подруги.
Отворачиваюсь от зеркала, протягиваю руку, чтобы снять с крючка сумку. И в этот момент со стороны кухни раздается взрыв. Поток раскаленного воздуха вперемешку с клубами огня в одно мгновение настигает меня. Боль. Невероятная, нестерпимая боль пронизывает тело насквозь, сжигает, расплавляет. Агония длится всего лишь краткий миг. А потом я умираю.
Я очнулась и сделала судорожный вдох. Казалось, вдохну все тот же раскаленный воздух, который растечется по легким потоком густой лавы и выжжет изнутри. Но нет. На этот раз воздух был самым обычным.
– Я умерла… умерла, – прошептала обугленными… нет, нормальными, без повреждений губами.
Но ведь умерла! Точно умерла!
– Да, умерла. В прошлой жизни ты умерла, – незнакомый голос прозвучал с сожалением.
Осознание реальности приходило медленно. Спустя несколько тяжелых, хрипловатых вдохов заметила, что лежу на боку. Судя по ощущениям, на кровати. На запястьях красуются странные металлические браслеты, соединенные между собой короткой цепью. Ясно. Не браслеты вовсе – наручники. Чуть пошевелившись, поняла, что ноги тоже скованы. А напротив кровати сидит незнакомый парень с короткими светлыми волосами, темными кругами под глазами и каким-то изможденным лицом. На стуле сидит, пристально смотрит на меня.
– Не пытайся освободиться, все равно не получится, – посоветовал он в ответ на мои вялые подергивания. В общем, я особо и не пыталась именно освободиться. Просто информация до мозга, шокированного жуткой картиной собственной смерти, еще слишком медленно
