Читаем без скачивания Ламбрант - Гапарон Гарсаров

Легонт подскочил вслед за ней.

— Подожди, нам надо поговорить, — крикнул парень уже в коридоре, и Доценко на мгновенье обернулась.

— Не о чем, — рявкнула она и попыталась скрыться, но Павлов крепко схватил её за локоть.

— В чём дело?

— А ты не знаешь?!

— Брось, ты поверила этому жалкому чёрту Гелеонту???

— Уважай имя советника. О, теперь я понимаю, почему он назначил тебе столь суровое наказание. По мне, так надо было оторвать тебе рога вообще!..

— Ух, — шутливо скорчил лицо Легонт. — Ну ладно, за своими рожками теперь следи.

Делма злобно ухмыльнулась и поспешила на первый этаж.

— Что ж делать, — донеслось до парня. — Придётся распустить студентов по домам. А завтра мы уладим это недоразумение.

— По домам! — весело сообщила девушка-первокурсница, пробежав мимо Легонта к лестнице.

— Ура, больше никаких лекций! — закричал чей-то бас на весь второй этаж, после чего к Павлову повалила плотная толпа обрадованных студентов.

— Домой, Пашкин, — напомнила ему Вика.

Но бес был немного растерян. Он рассчитывал, что с помощью Доценко сумеет донести до экзарха истину. Но теперь такая возможность сошла на нет.

— Эй, чего киснешь? — подтолкнула его в бок Виктория, цепляя рядом с чёрной бабочкой новую заколку. — Неужели из-за сорванных пар?..

Гена с Ваней засмеялись от удачной шутки, но Легонту было не до этого.

— Как смотрите на то, чтобы сходить вечерком на КВН? — поднял очередной насущный вопрос Бутов, который заметно повеселел после утренней депрессии.

— Бе-е-е, никогда не нравились эти потуги на юмор, — заворчал Силантьев, вовсю раскуривая сигарету.

— А вы что скажете? — обратился Иван к Легонту и Вике.

— Ну мне-то нравится молодёжный юмор, — заключила девушка и вдруг замахала руками. — Эй, Зойка, ты куда? Иди к нам!

Смирдина, тенью выскользнувшая вместе со всеми из обесточенного здания, хотела и дальше остаться незамеченной, чтобы прошмыгнуть на дорогу и умчаться восвояси, но была застигнута зоркой Викторией.

— Привет, — буркнула она, боясь смотреть на Легонта.

— Что, готовитесь к выступлению? — поинтересовалась Вика.

— Да. Приходите, будет очень весело. Вот только генеральная репетиция не состоялась, но мы после обеда в актовом зале универа будем прогонять все номера.

— Придём-придём, — успокоил её Ваня.

— Главное, у нас там такая горячая фишка заготовлена, — прошептала, словно заговорщица, Зоя. — За всё отыграемся руководству института. Обязательно приходите, это нельзя пропускать.

И убежала, сославшись на занятость. Легонт и не думал провождать её. Ложь, которую она выдавала все эти годы, до сих пор задевала его самолюбие. Постояв с институтскими приятелями ещё пару минут, он решил попрощаться с ними до вечера и поплёлся к остановке.

— Всё-таки здорово, что иногда им отключают свет, — промолвил кто-то над ухом, и беса настиг знакомый паренёк с четвёртого курса.

— Ты чертовски прав, — отозвался Павлов. — Как там дела у Дианы?

— Нет, Дианки уже дня два не видно, — замотал головой Лёня. — Заболела, может, или даже перевелась.

— Перевелась?! — удивился Легонт.

— Ну, у нас ведь никто не отчитывается, берут и втихую переводятся: кто в универ, кто в другой вуз. Кстати, ты тогда про Венерку же меня расспрашивал. Я её вчера встретил, вся прям цветёт. Говорю, замуж вышла, что ли. А она мне, мол, давно уж вышла и мужа такого никому нигде не найти.

Бес замер от внезапных воспоминаний. В голове всплыл образ лживой брюнетки, которая угощала его чаем на какой-то террасе, и по макушке вдруг что-то проползло. Не дослушав сокурсника Дианы, он схватился за бейсболку и бросился обратно к учебному корпусу.

— Куда это? — перегородила ему путь вахтёрша. — Давай иди домой, света нету…

— Я мобильник свой забыл! — прокричал бес, прошмыгнул в вестибюль и направился к ближайшему туалету.

Когда он забежал в уборную, с его бейсболки вовсю капала тёмная кровь. Павлов припал к зеркалу и принялся разглядывать голову. Шрам, который исчез на следующий же день после приступа демонической боли, появился вновь и продолжал раскрываться, будто кто-то невидимой рукой раздирал кожу на затылке. По макушке словно ползла ледяная змейка. Легонт в панике открыл кран. Раковина вмиг окрасилась в багровый цвет. Но он даже не успел ничего подумать, как его череп пронзила безудержная боль. От внезапности бес не устоял на ногах и упал, сшибая какие-то полки и вёдра.

Лежать на грязном мокром полу было противно, но ничего другого он сделать не смог. Тело оцепенело, а голову наполняла жгучая боль. Причём как только Легонт начинал думать над тем, что с ним такое, приступ усиливался. Вскоре он понял, что причина — это его собственные мысли, и надо перестать ворошить память.

Павлов пришёл в себя от урчащего звука. Кран, который он открыл перед обмороком, чтобы смыть кровь, шипел и плевался. Видимо, в трубах закончилась вода. В глазах до сих пор стояла темень. Видимо, на улице начался дождь и небо заволокли чёрные тучи. Да и окошко в туалете не ахти какое огромное. Поёрзав на грязном кафеле и собравшись с остатками сил, парень приподнялся на колени и пополз к двери. Острой боли в голове уже не чувствовалось, но что-то шевелилось внутри черепа, постепенно перетекая в набухшие рога.

Коридор устилала тьма. Пришлось двигаться с помощью стены, проклиная скупое руководство института, которое довело отношения с энергетиками до такого бардака.

— Батюшки мои! — взвизгнула вахтёрша, когда Павлов случайно задел её в процессе движения к выходу. — Фу ты, чёрт! Чёрт, люди, помогите!!! А-а-а, ч-ч-ё-ё-ёрт!..

Послышался удаляющийся топот, потом шумное падение, очередное чертыханье и вновь бег. Легонт дотронулся липких от крови волос, пощупал заметно увеличившиеся рога и тоже невольно чертыхнулся. Можно представить, как жутко он выглядит в таком виде да ещё без кепки. Завернув за угол, где, по идее, должен находиться выход, Легонт ударился о стекло и замер. Так, это кабинка вахтёра, надо обогнуть её и вылезти на свежий воздух.

На крыльце никаких улучшений с ним не произошло. Темнота сделалась даже сильнее, чем в помещении. Неужели наступил вечер???

Повертевшись возле пустых ступенек и послушав городские звуки, Павлов присел на парапет. Что-то не так, слишком темно для октябрьского вечера. Ведь электричества нет лишь в институте. На дорогах и тротуарах должны быть хотя бы фонари. Присмотревшись, он различил пару огоньков, но они светили слабо, словно сквозь туман. Значит, темень вокруг — последствие болевого шока. Это подводит зрение.

Плохо, решил про себя Легонт, сползая обратно на ступеньки. Не самое лучшее время для новых болевых приступов. Накинув на рогатую голову воротник куртки, он зашагал к опустевшей остановке с видом, будто скрывается от дождя. Не возвращаться же к ошеломлённой вахтёрше за кровавой бейсболкой!..

Однако уехать домой так и не удалось. Встречая на пути весёлых ребят, идущих в сторону университетских корпусов, Легонт припомнил о намеченном на сегодня КВНе.

— Который час? — максимально вежливо поинтересовался он у первого, кто попался ему на глаза.

— Начало седьмого, — покосился прохожий на странного парня и поспешил дальше.

Кто бы подумал, уже шесть вечера! Павлов ещё раз напряг зрение, но тьма плохо рассеивалась, будто глазам мешали солнцезащитные очки. Кажется, нечто подобное он испытывал в то утро, когда оправился от первого болезненного приступа. Неужто это всё цикл его перерождения? Если и так, то такой способ не нравился ему абсолютно.

— О, Павлик, нас ждешь? — накинулись на него две однокурсницы. — Какой ты тёмный. Решил нарядиться в честь первого выступления нашей команды?

— Да, — на всякий случай согласился Павлов и перестал скрывать рога. — Возможно, буду участвовать в представлении.

— Вау, ну и костюмчик! — пришли в восторг девицы.

— Паша! А я тебя везде ищу, — донёсся до него баритон Гены. — Думал, ты уже не придёшь. Скоро начнётся, пойдемте.

Деваться было некуда, хотя Легонт и ощущал себя не лучшим образом. Может, в туалете университетского культурного центра удастся смыть кровь и привести себя в порядок.

Возле здания концертного зала сновали люди и гудели машины. Кто бы мог подумать, что несчастный КВН привлечёт такое количество народа! В основном здесь блуждали первокурсники разных факультетов. Тогда понятно, откуда весь этот ажиотаж. Типичное подростковое любопытство, и на душе у Легонта стало полегче. Сейчас он поправит внешность и, может, немного отойдет от своего недавнего состояния.

Зрение не улучшалось. Когда Гена завёл Легонта в холл культурно-развлекательного корпуса, никакого яркого света бес не почувствовал, словно в помещении горели только тусклые свечи.