Читаем без скачивания Ламбрант - Гапарон Гарсаров

Вечер выглядел гораздо чернее в утомлённых болью глазах. Редкие огоньки немного разбавляли сумрак, но их явно не хватало, чтобы рассеять темень в этом глухом загородном местечке. От этого сосны, разросшиеся острове, казались многорукими великанами, ожидающими нападения и готовыми в любой момент сокрушить врага. От ветра со стороны широкого речного поля они покачивались и скрипели, словно давали понять, что шутки с ними чреваты неприятностями.

Легонт, наблюдающий за их мрачной красотой со стороны пляжа, еле сдерживал себя от желания ворваться туда и разгромить всех, кто подвернётся под руку. Нет, это было бы слишком опрометчиво. На часах ещё восемь вечера, а ему нужно застать врасплох максимальное количество пирующих там гадов.

Павлов помнил этот пляж, заливаемый сейчас мелким дождичком. В тот день точно так же с неба падала вода. А здесь скопились подозрительные дикие утки, которые не давали ему скрыться от своих преследователей. Чем больше он думал об этом, тем сильнее наливались жаром рога. В эти минуты они казались совсем большими, и Легонт периодически проверял дрожащей рукой острые кончики.

Ближе к девяти к поместью стали съезжаться дорогие автомобили, среди которых удалось различить и золотистый «Субару» Валерия Георгиевича. Бес удивился и появлению синей «Мазды» Молохова. Разглядеть, кто управлял ею, не получилось из-за слабого зрения, но Саши там наверняка не было. Машины заезжали на остров и скрывались в специальном крытом загоне. Пару раз Легонт различил движение во дворе усадьбы. Гостей встречали подручные Филиппа. Как хорошо, что в эту пятницу они надумали резвиться в Гординском. Эта ночь станет для них последней!..

От такой мысли Павлов ощущал прилив сил. За пазухой позвякивали два топора, которые он нашёл в одном из сараев ближайшего посёлка.

Наконец, окна второго этажа поместья начали загораться. Там тоже кто-то мелькал, но разглядывать тени Павлов не собирался. Пользоваться мостом он не стал. Вдруг там находятся камеры или иная система оповещения. Практичнее проникнуть на остров с другой стороны — с реки, которой любовалась Венера в то утро, когда глупые парнишки поверили словам Зерданского. Нырнув в чёрную воду, Легонт надеялся, что сможет остудить раскалённые рога и отвлечься, однако вместо этого получил новую порцию воспоминаний. О да, в воде он чувствовал себя не хуже рыбы, в отличие от дня своей смерти. Тогда ему с трудом удалось доплыть до берега. Но ничего, сегодня он вернётся в поместье заново!..

Добравшись до пологого берега, бес хорошенечко отряхнулся от скользкой тины, прилипшей к одежде. Ветви сосен угрожающе сгибались книзу, точно собираясь ударить непрошенного гостя. От такой назойливости Легонт даже сломал парочку из них, за что тут же себя отругал. Нельзя создавать лишний шум, тем более на территории врага. Но, похоже, никто не патрулировал эту часть острова. Неужели демонопоклонники настолько тупы, что оставили без охраны «чёрный» вход в здание? Хотя, учитывая их прошлые «заслуги», удивляться здесь было особо нечему.

Прошмыгнув к террасе и запрыгнув на её перила, Павлов просидел в такой позе несколько минут, вслушиваясь в ночные шорохи. За исключением сосен и ветра, ничего подозрительного не ощущалось, и бес продолжил движение. На первый этаж усадьбы Легонт ввалился уже без всяких предосторожностей, на ходу вытаскивая свои топоры. Да, один из них он воткнёт в макушку Кабала, другим размозжит уродливую черепушку Зерданского. А если понадобится, он готов отправить к праотцам и других участников местного сброда.

Очутившись в небольшом коридорчике, который соединял «чёрный» вход с главным вестибюлем, Легонт впервые услышал грохот танцевальной музыки и радостные голоса. В эту пятницу гости Зерданского точно так же предавались веселью и наверняка собирались провернуть очередной жуткий ритуал. Постояв пару минут в проёме и поняв, что никто не следит даже за этой частью дома, парень подобрался ко входу в шумный зал, посчитал до трёх и толкнул двери мокрым ботинком.

В помещении было накурено и душно. Играла громкая музыка, мигали неоновые и ультрафиолетовые лампочки. Возле небольшой арены, плавно переходившей в сцену, покачивалась дюжина людишек, в основном, молодого возраста. Чуть дальше у стены сидели гости постарше, что-то обсуждая за распитием коньяка. Зерданского и его желтоглазых подручных здесь не наблюдалось. Зато возле старой кирпичной стены на колёсиках сияла улыбкой красавица Венера. Все присутствующие обернулись на Легонта, но ни испуга, ни даже недоумения в их глазах не было. Звенящая музыка оборвалась, и брюнетка приветливо развела руки в сторону:

— Ну, сколько можно тебя ждать? — спросила она так, будто встречает давнего знакомого. — Мы уже начали волноваться…

Легонт откровенно растерялся, но топоры не опустил. Мало ли какие приёмы решила применить эта бестия.

— Не стесняйся, проходи, — пригласила его Венера в притихший зал, не переставая улыбаться. — Эта вечеринка проводится сегодня специально для тебя.

Павлов молчал. Он и не планировал заводить беседы с кем-либо из этих отбросов. Надо рубить их к чёртовой матери и не поддаваться на провокации девицы!

— Вот, даже ванну для тебя подготовили, — пояснила красотка, отодвинув шторку у бара, за которой действительно находилась ванна, наполненная коричневой жидкостью.

— Это виски, — подтвердила «богиня», зачерпнув их ладонью и попробовав на вкус. — М-м-м, первосортные, сама выбирала. Тебе понравится лежать в них.

Предложение было заманчивым. На секунду Легонт даже отвлёкся от чёрных мыслей, воображая, как замечательно ему будет окунуться в целую ванну спиртного. Но предаваться своим слабостям он не стал и ещё крепче сжал топоры на случай, если кто-нибудь резко метнётся в его сторону.

— Где Зерданский? — спросил Павлов, уже зная, с кого начнёт кровавую вендетту.

— Он присоединится к нам позже, чтобы воздать тебе почести, мой ласковый и нежный бес, — промурлыкала Венера, отходя к кирпичной стене на колёсиках.

Только сейчас Легонт обнаружил, что возле этой конструкции лежит мешок цемента, строительный мастерок и стопка новых кирпичей, как если бы гости Филиппа собирались сегодня возводить другую стену. А может, они построили эту? Но для чего?..

Брюнетка прижалась к ней, словно к любимому человеку, и принялась поглаживать.

— Брасус так ждал твоего возвращения, — говорила она с придыханием. — Ты ему нужен, очень нужен. И твои братья сегодня наверняка будут здесь, они разделят триумф моего царевича смерти и станут существенным дополнением к его силе.

Несколько знакомых серых лап тут же выползли из-за её спины и бережно обхватили за талию. Легонт напрягся. В голове зашевелилась боль, и он не выдержал, подбежал к девушке, млеющей от прикосновений демонических конечностей, и принялся рубить их. Одним ударом ему удалось отсечь руки от стены, и они попадали на пол, рассыпаясь на каменные кусочки. Вместо крови у них оказалась глина, а кожа превратилась в хрупкую корочку земли, словно её опалили жарким огнём.

— Нет, нет, что ты делаешь?! — вскричала Винес, но напасть на злодея не рискнула, а лишь отпрянула к ванне и позвала кого-то на помощь.

Гости, до этого момента остававшиеся на местах, разошлись по углам, давая дорогу влетевшим в зал желтоглазым парням. Брасус, лишённый пятёрки своих лап, вцепился вновь вылезшими ручищами в оба топора Легонта. Пару раз он попытался добраться до шеи Павлова и даже дёрнул того за правый рог. Высвободив одно из оружий, первокурсник махом отсёк сразу три жутких лапы, чем заставил демона полностью спрятаться в стену.

Кабал жестом приказал своим ребятам окружить беса, а сам достал из-за пазухи небольшой топорик. Его настрой был сегодня таким же, как и две недели назад, в тот день, когда он безжалостно расправился с Павлом и скинул его бездыханное тело в омут.

— Попался! — провозгласил брат Венеры и сыто улыбнулся. — Даже птичку и ту тяжелее заманить в ловушку.

— Я весь твой! — вырвалось у Легонта, и он не успел заметить, как оказался в воздухе аккурат над головой главаря желтоглазых.

Глухой удар по черепу Кабала хоть и был сильным, но ровным счётом ничего ему не причинил. Парень лишь пригнулся к полу и, не глядя, оттолкнул висящего над ним беса к барной стойке. Павлов приземлился на неё, раздавив несколько рюмок. Впрочем, он кинулся на брата Венеры вновь. В этот раз их топоры со звоном соприкоснулись, создав искры. Легонт пнул врага в грудь и заставил откатиться к зажавшейся Винес. Та обошла стену Брасуса и спряталась за ней.

— Кретины! — взревел голос со стороны входа, и на обозрение присутствующих предстал сам смотритель поместья.

Одеяние его теперь не казалось бесформенным и часто меняющимся, как раньше. На нём висел диковинный тёмно-зелёный плащ, края которого были обшиты металлическими пластинами. Наверняка они были наточены не хуже бритвы, так как сверкали на тусклом неоновом свету и отражали окружающие предметы подобно зеркалу. Крепился этот странный наряд не на плечах, а на руках, облачённых в чёрные перчатки, из которых торчали широкие шипы. Зерданский выглядел очень недовольным. Его рыжеватые волосы встали дыбом, глаза сделались невероятно большими, а губы подрагивали от злости.