Родерик словно окаменел.
— Лео? — хрипло повторил он. Хью судорожно сглотнул.
— Да, Лео. Теперь пойдем, Рик, — Торнфилд и мисс Форчун уже отправились на поиски под проливным дождем, и мы должны поторопиться, чтобы догнать их. — Он снова потянул Родерика за собой.
Однако Родерика сковал страх, как бывало не раз.
— Хью, я не могу ходить…
— Да, да! — раздраженно пролаял Хью. — Думаешь, не знаю этого? Жалкий калека, без ноги — я понимаю, Рик но совсем недавно ты мог сесть на коня, так что, пожалуйста, наплюй на это и пойдем — жизнь Лео, а также s мисс Форчун в опасности, если здесь замешана Харлисс.
Родерик стряхнул руку Хью, оперся о трость и, пошатываясь, вышел из часовни быстрее, чем когда-либо.
Это не было испытанием, посланным ему Богом, испытание он уже пережил. Теперь пора испытать самого себя. Доказать себе, на что он способен.
Глава 24
Видимо, Алан нашел то, что искал. Это была длинная голубая лента, потемневшая от дождя. Микаэла ее увидела в тот момент, когда Алан поскользнулся и покатился вниз по склону утеса.
Микаэла вскрикнула, подумав в этот момент, что Алан Торнфилд погибнет, упав в море, оставив ее одну во время грозы, когда напала на след сумасшедшей женщины.
Однако Алан не упал в море. Оказалось, что он приземлился на бок на краю выступа футов на десять ниже того места, где находилась Микаэла. Она подняла ленту и зажала ее в кулаке вместе с башмаком Лео, не желая расстаться с этими предметами, принадлежавшими дорогим ей детям, затем осторожно начала спускаться по предательски скользкой тропе к Алану.
— Алан! С вами все в порядке? — Там негде было присесть, так что она прижалась к утесу, склонившись над ним, туман с моря висел над ними, словно замерзшее облако. Морской прилив находился сейчас прямо подними и через мгновения буруны сметут их обоих с утеса. — Алан: Вы должны встать! Вода…
— Думаю, у меня сломана рука, — простонал он и по пытался подняться.
Микаэла протянула свободную руку, тщетно пытаясь найти точку опоры на скользком камне.
— Вернитесь назад, Микаэла! — крикнул Алан. — Вы утопите нас обоих!
Микаэла вскарабкалась обратно вверх по тропе, где была найдена лента. Через минуту Алан присоединился к ней, левой рукой поддерживая правую. Он взглянул на небольшой выступ, где раньше лежала лента. Под ним скрывалось узкое, темное отверстие.
— Это пещера, как вы думаете? — спросила Микаэла. Алан кивнул:
— Очень надеюсь. Или это, или… — Он оглянулся через плечо на разбивающиеся о берег волны, все ближе подкатывающиеся к ним. — Я не могу войти — с моей рукой я не смогу отбиться от Харлисс или вывести детей наружу. Нам придется ждать Хью и…
— Пойду я, — не раздумывая заявила Микаэла, сунув маленький башмак и кусочек шелка за пазуху спутнику. — Нет времени ждать — взгляните на скалы, на линию прибоя. Вода поднимается и скоро зальет пещеру, так что все они утонут. Поднимайтесь наверх Алан, и скажите Родерику и Хью, когда они подойдут, где мы находимся. — Микаэла пригнулась и приготовилась войти в пещеру, но Алан протянул к ней здоровую руку.
— Микаэла, нет! Что, если…
— Скорее идите, Алан! — Она оттолкнула его руку и нырнула в пещеру.
Шум волн слышался отчетливее внутри, чем снаружи, разбиваясь об утес и вибрируя, отражаясь от камня, когда девушка ползла по туннелю, узкому и наклонному, в глубь скалы. Если прилив усилится, море ворвется сюда, как река, и затопит пещеру. Ее сердце билось в груди так часто, что невозможно было определить его ритм, кровь стучала в висках. Она ничего не слышала, кроме волн и своего сердца.
— Лео! — закричала она, продолжая ползти. — Элизабет! Ответьте мне!
— Микэ-а! — услышала она дорогой голос, который звучал испуганно, слабо и отчаянно, и Микаэла бросилась вниз по наклонной плоскости в скале на голос.
Слабый свет оповестил, что она приблизилась к открытому, расширяющемуся пространству в проходе. Микаэла нагнулась, и то, что она увидела, повергло ее в шок.
Лео действительно находился внутри, сидя на колене у Элизабет Торнфилд, дети вцепились друг в друга в стоячей, зловонной, темной воде. А над ними стояла, согнувшись, Харлисс с длинным ножом в одной руке и еще более длинным, тонким факелом в другой. В тот момент Микаэла не сомневалась в том, что женщина сумасшедшая. Серое одеяние, которое она носила раньше, исчезло, на ней было изысканное дорогое платье. Седые волосы заплетены в нелепую косу и причудливо уложены, словно она играла роль знатной леди.
— Как приятно, что вы присоединитесь к нам, мисс Форчун! — прокаркала Харлисс. — Но где же Родерик? Я хочу, чтобы именно он оказался здесь.
— Его здесь нет. Только я и Алан Торнфилд. Он снаружи. Он… у него повреждена рука.
— Мой папа? — воскликнула Элизабет.
— Заткнись! — заорала Харлисс на девочку и перевела взгляд на Микаэлу. — Однако Родерику известно, что дети у меня. — Она резко дернула головой в сторону своих пленников, сжавшихся в воде на полу.
Микаэла кивнула:
— Хью звал его, когда я покинула замок. — Она сделала шаг в сторону Лео и Элизабет. — Как вы, мои милые?
— Отойди! — проскрипела Харлисс и, шлепая по воде, приблизилась к девушке с ножом в вытянутой руке, встав между нею и детьми и прижав конец лезвия к щеке Элизабет. — Еще шаг, и я перережу ей горло. Она не нужна мне живой — да и все вы. Родерик не узнает, пока не окажется здесь, а тогда будет уже поздно.
— Хорошо. — Микаэла попыталась говорить спокойно и попятилась. — Я не буду двигаться. Но почему бы тебе не отпустить их? Я останусь здесь вместо них до прихода Родерика.
Харлисс рассмеялась:
— О, разумеется! Хочешь перехитрить меня, когда они уйдут? Нет. Между прочим, миледи, я передумала. — Харлисс указала на детей лезвием кинжала: — Не займете ли место рядом с девочкой?
Микаэле не понравился взгляд Харлисс, но она чувствовала, что ей будет спокойнее рядом с Лео и Элизабет. Она опустилась в ледяную воду рядом с Элизабет, обняла их обоих и выставила колени, чтобы установить хоть какой-то барьер между ними и Харлисс.
— Очаровательно, — промурлыкала Харлисс. Она прислонила факел к стене пещеры, и пламя затрещало и зашипело от сырости. Микаэла молилась про себя, чтобы он не погас. Затем женщина подобрала клубок веревки, лежавший в воде, и приблизилась к своим пленникам. Она бросила его в голову Микаэлы, и он больно ударил ее по щеке, оставив на ней мокрый след.
— Обвяжи этой веревкой всех покрепче, теперь дай мне концы. Я не позволю тебе что-нибудь выкинуть, когда здесь появится Родерик.
