Стоило отчалить допрашивающим, как в больничное крыло просочились Рон и Гермиона. Девушка тут же заявила приятелю:
- Рон, не смей докучать Гарри расспросами. Ему сейчас не до того.
- Я и не собирался, - отмахнулся Рон. - Охота в очередной раз одно и то же слушать…
Гарри не знал, обидеться ему или смеяться. В конце концов, у него были лучшие друзья на свете.
Немного поговорив, Гарри был освобожден от общества друзей мадам Помфри, окончательно озверевшей от обилия посетителей, которые истоптали ее лазарет.
Когда в палате вновь остались только они вчетвером, Гарри обратился к дяде:
- А что мне отвечать на вопрос, кто моя мать? Меня уже несколько раз спрашивали…
- А я-то откуда знаю? - пожал плечами тот. - Скажи: Беллатриса Лестрейндж. Чтобы жизнь ей медом не казалась.
- Но ведь Пожиратели могут рассказать, кто мой настоящий отец…
- Ага, - хмыкнул Люпин, - а еще: откуда они это узнали.
- М-м-м… да. - Гарри нечего было возразить.
- Можешь сказать, - задумчиво предложил Снейп, - что твоя мать - Лейла Принс. Моя двоюродная сестра по матери. Умерла двенадцать лет назад.
- Я ведь ее даже не знал! - возмутился О’Рахилли. - Может, она - вылитый крюкорог!
- Какая разница, - пожал плечами Снейп. - Зато из хорошей семьи…
- Да, Снейп, - надулся РСД-шник, - мы еще обсудим эту историю с навешиванием на меня чужих детей! Гиппогриф - просто мстительная сволочь, но от тебя я такого не ожидал!
- Да не знал я ничего! - возмутился Люпин. - А хотел бы отомстить - придумал бы способ поостроумнее!
- Гарри, это я добавил споры папоротника в зелье Люпина, - признался Снейп. - Их в случае с зельем родства нельзя использовать, так как они не только ускоряют процесс…
- …но и фальсифицируют результат? - вскочил с постели Рахилли.
- Не фальсифицируют, а слегка смещают… - поморщился Снейп.
- И я считал тебя своим другом?!
На истошный вопль прибежала мадам Помфри и растолкала всех пациентов по койкам в дальних концах палаты, справедливо рассудив, что иначе, логически продолжив события сегодняшнего дня, они переубивают друг друга. Пользуясь тем, что серьезных травм у него не было, Гарри вышел в коридор перед лазаретом, остановившись у темного окна. Несмотря на то, что события этого дня сложились невероятно удачным образом, на душе было невыносимо тоскливо: он чувствовал себя пустой лодкой, которую течение оббивает о берега бесконечной реки.
Сзади послышались шаги, Гарри обернулся.
- Я решил сбежать из лазарета. - В полосу синеватого света вступил О’Рахилли с рукой на перевязи. - Лучше у себя полежу. Тоже не спится? Не хочешь выпить чаю? Надо поговорить.
Гарри уныло кивнул, подумав: «Теперь, к его огромному счастью, никто не навязывает ему чужого сына… уже ничьего».
Взяв из рук профессора чашку, Гарри заговорил первым:
- Вы не думайте, что я нарочно все скрывал. Мне вообще профессор Снейп рассказал только сегодня.
- Конспиратор чертов, - прокомментировал это О’Рахилли. - Мог бы мне рассказать. Он что думал, я совсем тайны хранить не умею?
С этим Гарри был как раз согласен, но, разумеется, предпочел оставить свое мнение при себе.
Глядя в чашку, преподаватель Войны добавил:
- А все-таки хорошо, что Дэвид хотя бы перед смертью узнал, что ты жив. Он очень страдал, в самом деле.
- Угу, - мрачно согласился Гарри. - А у меня уже две пары мертвых родителей. По-моему, многовато.
- У меня в твоем возрасте тоже убили родителей. Так что я тебя понимаю.
- Дело даже не в этом… Я ведь совсем его не знал… - «И лучше бы не узнал…» - мрачно закончил про себя Гарри. Как только появился тот, кто готов считаться его отцом, - так тут же объявляется настоящий отец, но лишь для того, чтобы уверить имеющегося родителя, что ребенок не его - и тут же помереть. Чудесно. Прямо по поговорке: «Лучше лунь в руках, чем жаворонок в небе».
- Гарри, - прервал его размышления О’Рахилли, - я тебе с самого начала говорил, что я - не твой отец, и, как видишь, оказался прав…
«Пошло-поехало… - мысленно вздохнул Гарри. - Ни к чему переживать, платить алименты вас никто не заставит…»
- …так что для меня ровным счетом ничего не изменилось. Ну и, Гарри… - Рахилли смешался, - я очень сожалею об Уолтере… о Рафферти… Но, раз его больше нет, может, ты согласишься и дальше считаться моим сыном?
- Вы хотите… усыновить меня? - не веря своим ушам, переспросил Гарри.
- В этом нет никакой нужды, - хмыкнул О’Рахилли. - Все и так считают тебя моим ребенком. Честно говоря, согласен ты или нет, не имеет большего значения: я, как твой дядя, имею полное право принимать участие в твоей судьбе. Так что, лето ты, конечно, проведешь со мной.
- Здорово! - воскликнул Гарри, почувствовав себя наконец обласканным судьбой. - Мы остановимся на Гриммуальд-плейс?
O’Рахилли поморщился:
- Если тебе очень хочется, можно остаться и там… Но ты действительно жаждешь созерцать членов Ордена Феникса все лето? Я, после всего, что произошло - не очень.
- Об этом я не подумал… - смутился студент. - А разве у нас есть другие варианты?
- Вообще-то, есть четыре поместья в Ирландии, фактически принадлежащих тебе…
- Что? - переспросил Гарри. Он, конечно, уже свыкся с тем, что далеко не нищий, но сообщение о том, что он является крупным землевладельцем, переварить был еще не готов.
- Понимаешь, твой отец, Уолтер… то есть, Рафферти, был богатым человеком, и его друг и коллега Сам-Знаешь-Кто не все успел из него выкачать. Осталась, главным образом, земельная собственность, которая немалого стоит. Составить завещание, само собой, он не удосужился. Поэтому после его официальной смерти, когда он стал директором, все его состояние автоматически перешло не к сыну, который поныне считается погибшим, а к единственному родственнику.
- А это… - Гарри наморщил лоб.
- Это я, - закончил O’Рахилли. - Я ведь его шурин, как-никак. Правда, пока я сидел в Азкабане, мне все это было даром не нужно, имениями занимались управляющие. Но я надеюсь, что они сохранили хотя бы одно из них в мало-мальски жилом состоянии. И сразу скажу: при первом же случае отпишу все это тебе - все-таки, ты - настоящий наследник, а мне не хотелось бы разживаться на моем «любимом» зяте Бреогане. Поскольку официально ты - мой сын, никаких трудностей с этим не возникнет.
- Я проведу лето в собственном поместье… - медленно проговорил Гарри.
- Будет одна маленькая проблема… с соседями.
- А что? Они будут заглядывать к нам за забор круглые сутки напролет? - поинтересовался парень.
- Да нет, - поморщился его вновь обретенный отец. - Орден Феникса решил прикрепить к нам профессора Снейпа, чтобы обеспечить твою безопасность: видишь ли, у них я особого доверия не вызываю…
- А разве он на лето не остается в школе? - переспросил студент
- Конечно, нет, Поттер, - раздался голос сзади. - Или вы свято верите, что, пока никто не видит, я пью кровь невинных младенцев в подземельях?
- А кто тебя просил детей пугать? - отозвался О’Рахилли.
- Они сами себе это внушили. Вот твой сынок меня в жизни не боялся, только хамил.
- Не трогай Гарри, ему и без того пришлось много вынести.
- Прошу тебя, Рахилли, не повторяй глупостей вслед за нашим директором!
Гарри постепенно уснул на диване под их мерную перебранку. Там он и проснулся, укрытый одеялом, и обнаружил, что уроки уже начались, а его, видимо, оставили досыпать. Однако Гарри решил, что опоздание ему как герою дня простится и отправился на Военные действия.
Когда он вошел в класс, все в немом восхищении уставились на него, кроме Гермионы, с хмурым видом мусолившей список зачетов, и Рона, что-то доказывавшего Малфою. О’Рахилли с рукой на перевязи расхаживал по классу, иногда задевая ей затылки учеников. При виде Гарри он вместо того, чтобы осведомиться о его самочувствии и отправить отдыхать дальше, сразу потребовал:
- Где список зачетов по Слизерину?
- Э-э-э… Забыл в гостиной…
- Тогда зачем вы вообще пришли?
- Мне сходить за ним?
- Если бы каждый раз при встрече с Тем-Кого-Нельзя-Называть вы задавались подобными вопросами…
Не дослушав, Гарри вышел в коридор, недоумевая, не проспал ли он вчера, как Снейп шибанул Рахилли заклинанием Обливиате так, что тот напрочь забыл про свои новые родственные отношения.
«В конце концов, - рассуждал Гарри, возвращаясь в класс, - даже не испытывая ко мне теплых чувств, он мог бы учесть, что мне вчера пришлось пережить, и не тявкать на меня… Я даже был ранен… Но ведь он тоже ранен! Причем куда как более серьезно. Тогда какие дементоры вообще принесли его на урок?»
- Профессор! - Гарри решительно припечатал к столу список зачетов. - Мне кажется, у наших факультетов накопилось столько задолженностей, что мы могли бы посвятить урок их сдаче. Причем с организацией этого справимся мы с мисс Грейнджер, а вам следовало бы отдохнуть.
Класс испуганно притих. Взрыв негодования со стороны профессора не заставил себя ждать:
