— Вы… Что… Зачем?.. — довольно путано бормотала гриффиндорка. — Я не понимаю…
— Что тут понимать?! — недовольно подняла брови женщина. — Это я должна не понимать! И я не понимаю! Зачем было убивать девчонку?! С такими нервишками лечиться нужно, между прочим! И хватит елозить рукой по плечу — сейчас занесешь в рану какую‑нибудь гадость, а потом, чего доброго, ума хватит пойти лечиться к мадам Помфри!
Всё это время Гермиона пыталась осторожно прикрывать ладонью очертания Черной Метки, пестревшей на коже чуть ниже глубокой раны, оставленной Лавандой. Не убрала она руку и теперь.
Профессор усмехнулась.
— Кадмина Беллатриса, — я верно запомнила? — хватит ломать комедию!
Гермиона не верила. Не верила собственным ушам, собственным глазам и собственным умозаключениям.
— Ох уж поколение пошло! — возмутилась профессор, поднимая широкий и длинный расклешенный рукав бело–серой мантии — на левом предплечье красовалась зловещая татуировка. Гермиона икнула.
— За… зачем вы отобрали у меня палочку?
— Знаешь, увидев то, что осталось от мисс Браун, я потеряла всякое желание попадать под горячую руку. Особенно если в этой руке волшебная палочка.
— Кто вы?
— Анжелика Вэйс. Преподаватель трансфигурации в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс».
— И всё?
— Тебе с рождения или от первых воспоминаний?
— У вас Черная Метка на руке! — с жаром бросила Гермиона.
— У тебя тоже, — усмехнулась ее собеседница с ледяной невозмутимостью. — Что ты хочешь от меня услышать? Я здесь со специальным поручением Темного Лорда. Занимаюсь изучением потенциала младшего поколения. Можешь считать, что я работаю в отделе кадров.
— Вы вербуете сторонников?! — Голова пошла кругом уже безо всяких там ритуалов с Темной Энергией.
— Что тебя столь сильно удивило? — поинтересовалась Вэйс, возвращая Гермионе палочку.
— Но почему… мне не сказали?..
— Вероятно, не сочли принципиально важным.
— Но Генри…
— Профессор Саузвильт, насколько мне известно, тоже в Хогвартсе по поручению Темного Лорда — но мы не работаем в паре. Он не знает, кто я. И ты не должна была знать! — внезапно перешла с насмешливого спокойного снисхождения на с трудом удерживаемый гнев профессор. — Утащи меня гриндилоу, зачем ты ее убила?! Понимаешь хоть, что теперь начнется?! Пропала студентка… Если бы… Мне нужно подумать над этим.
— Мне тоже… Нужно подумать…
— Ты выглядишь так, будто привидение увидела. Кстати, о привидениях, — Вэйс раздраженно оглянулась. — Надо быть осторожнее. Я с удовольствием пообщаюсь с тобой, но в ином месте и при иных обстоятельствах. А сейчас — прости. Иди в гостиную. И умоляю — веди себя естественно!
Женщина развернулась и, взмахнув легкими полами серо–белой мантии, застучала каблуками к правому выходу. Через миг светлая ткань мелькнула и скрылась за поворотом. Гермиона осталась стоять в коридоре.
Какой странный, невероятный день…
* * *
Она поспешила на затянувшийся в преддверье каникул ужин, успев застать и Гарри с Роном, и Джинни в Большом зале. Ужинали почти все преподаватели. Не было только Генри и профессора Вэйс.
— Почему так долго? — спросил Гарри, поднимаясь ей навстречу.
— Отрабатывали пройденный материал, — махнула рукой Гермиона. — Я страшно хочу есть! А что с Роном?
При ее появлении парень даже не повернул головы. Сначала. Теперь же он вскочил, нелепо взмахнув руками, и уставился прямо на Гермиону.
— ЧТО С РОНОМ?! Какого квинтапеда[33] ты сказала Лаванде о каникулах?!
— Ты меня приглашал, — холодно напомнила девушка.
— Ну и что?! С каждым днем убеждаюсь — ты больная на всю голову! — крикнул Рон и на предельной скорости вылетел из зала.
— Взаимно, — процедила наследница Темного Лорда.
— Ты просто не представляешь, что ему устроила Лаванда, — вступилась за брата Джинни. — Тут был такой скандал… Мне показалось, что она пойдет и нашлет на тебя проклятье из‑за угла. Не встречались?
— Нет, — легко солгала Гермиона. — И, надеюсь, не встретимся.
— Ничего, за каникулы поостынет, — сказал Гарри. — И она, и Рон.
— Ты куда завтра? — спросила Гермиона, накладывая себе салат. Есть хотелось просто жутко.
— В Годрикову Впадину. Сразу. Там есть бар, подключенный к Сети летучего пороха. Я узнавал у МакГонагалл, — он нахмурился. — Трансгрессировать в неизвестное место пока не выходит.
— То есть к нам ты вообще не приедешь? — совершенно безразличным, будничным тоном спросила Джинни.
— Нет. Потом в Литтл–Хэнглтон, а перед началом семестра — на площадь Гриммо, там собрание Ордена.
— Ясно, — легко согласилась младшая Уизли. Все же атмосфера школы действует на нее положительно!
* * *
Спала Гермиона на удивление хорошо. Ушла в комнаты первой, Парвати еще не было, и переполоха из‑за пропажи Лаванды никто не успел поднять. Поделилась с Алирой — как на духу выложила всё произошедшее. И не услышала ни одного дурного слова.
Это успокаивало.
Хотелось поговорить с Генри. Обо всём. О случившимся, о профессоре Вэйс… И не хотелось его видеть. После их поцелуя она не знала, как себя вести. Нет, не то чтобы ей что‑то не понравилось… Но что теперь? Наверное, просто забыть — во всяком случае, на время. Ведь это всего лишь Темная Энергия усилила естественные желания, он‑то должен это понимать… И всё равно.
Она думала о Генри, о роли Вэйс в школе, о том, что тут будет твориться завтра и отпустят ли их домой… Но не было ни капли раскаяния или сожаления. Совесть заснула на груди под сенью янтарного кулона. Или умерла, пав в этой неравной схватке…
* * *
Гермиона проснулась сама. Не было шума, не было криков, не было разбирательств. Стрелки часов соединились на девяти, в комнате пусто, даже Алира обретается где‑то внизу, в гостиной Гриффиндора.
Сегодня к трем часам следовало явиться с вещами к камину на первом этаже — для отправления по домам, осуществляемого, из соображений безопасности, через Сеть летучего пороха. Седьмым курсам — на три. Шестым — на два. И так по ниспадающей. Можно было не торопиться…
Но почему всё так безмятежно? Неужели Парвати не подняла тревогу из‑за отсутствия подруги?
Продолжая ломать над этим голову, Гермиона оделась, причесалась, сбросила последние нужные вещи в чемодан и вышла из комнаты на лестницу.
Вышла и столкнулась с Лавандой.
Совершенно здоровой, в меру веселой, абсолютно бодрой Лавандой Браун. Гермиона вскрикнула, и стоящая позади воскресшей Парвати вскинула густые брови.
— Нам надо поговорить! — с ноткой негодования в голосе бросила Лаванда своей подруге и, схватив Гермиону за локоть, потащила вверх по ступенькам башни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
