По волнующейся голубой дороге ладожских вод в город устремились потоки продовольствия и боеприпасов. Ленинград знал хорошо, кому он обязан каждым мешком муки, каждым кулем сахара, каждым ящиком крупы. Ленинград знал, что есть преданные и храбрые дети Родины, которые не выдадут, которые не подведут, которые найдутся в самых трудных обстоятельствах, которых ничем не запугаешь. Это — моряки Ладожской флотилии.
Ленинградцы знали, что работа на Ладоге требует особых качеств. Бурное озеро, враги на берегу, враги в небе, враги, грозящие с севера на воде, — все это презирали и преодолевали ладожские моряки. Простые, суровые люди крепко держали штурвал в своих привычных руках.
Боевая дорога через Ладогу, как и зимой, когда она имела указатели, ледяные домики и регулировщиков, работала полным ходом. Много подвигов совершено скромными бойцами Ладожской флотилии, много сделано славных дел, много опасных переходов совершено с похвальной точностью.
Хорошо поработали ладожцы. Сейчас снова осень. Сентябрьские штормы уже вздымают седые валы и бросают легкие суденышки в водяную бездну, глухо ударяют в берега. Туманы и дожди закрывают горизонт. Все так же непрестанно работают люди Ладоги, видя, что до окончания навигации остались считанные дни.
Дорогие моряки Ладоги! Ленинград, великий боец, отразивший все атаки свирепого врага, закованный в броню, сам наносит врагу сокрушительные удары. Он неприступен благодаря постоянному бодрствованию и совершенствованию своей обороны. Он тоже готовится к новой зиме, блокадной и суровой. Скоро Ладога покроется первым салом, потом и ледяной корой. Наладить дорогу сразу не удастся. Будет перерыв, когда ни корабль, ни грузовик не смогут преодолеть водную преграду.
Прервется аккуратное снабжение. Что это значит? Это значит, что героические моряки Ладоги должны удвоить, утроить свои усилия по перевозкам, должны напрячь все силы, все умение, чтобы больше перевезти, больше закинуть грузов в Ленинград. Надо, чтобы еще и еще выросли запасы для великого города.
Зимой не сделать того, что можно сделать летом, и надо сейчас совершить еще больше рейсов, еще быстрее оборачиваться между пристанями, еще больше брать груза.
Родина переживает грозное время. Враг рвется на юг, не жалея жертв. Но он, истекая кровью, может совершить бешеный прыжок отчаяния и на наш город, может попытаться снова отрезать нас неожиданным ударом. Надо быть наготове, надо быть стойкими и зоркими. Надо быть терпеливыми и запасливыми бойцами. Чем больше даст Ладога Ленинграду запасов продовольствия и боеприпасов, тем спокойнее, тем увереннее будет стоять наш чудесный, прекрасный город.
В ожесточенной борьбе советский народ завоевал себе свободу двадцать пять лет тому назад. Перенося всевозможные лишения, отбивая натиски всевозможных врагов, все преодолел он и вырвал победу. Сегодня снова приходится советскому народу праздновать день Октября в ожесточенных сражениях со смертельным врагом, который хочет лишить нас всех завоеваний Октября и кинуть наш народ во тьму средневековья.
Не будет этого, не выйдет это дело у врага. Будет он истреблен и уничтожен! Но для этого надо напрячь все силы и в тылу, и на фронте, особо у нас, где и город — фронт, и озеро — фронт, и где ради великого дня мы должны не посрамить заветов прошлого и быть достойными встретить славную годовщину новыми победами.
Во имя прошлого и будущего, во имя счастья нашего народа, во имя счастья каждого советского человека напряжем все усилия, братья-ладожцы! Покажите, на что вы способны, когда пускаете в ход все свое уменье мореплавателей, все свое искусство и всю отвагу. Ни враг, ни бури пусть не будут вам преградой.
Вперед, дорогие ладожцы, вершите новые боевые дела, работайте бесстрашно и неустанно, победа будет за нами!
Забыв про отдых и покой
Как был порт сооружен
Инженер-полковник В. Я. ЛЕВИН
Владимир Яковлевич Левин в 1941–1942 годах был главным инженером строительства сооружений, обеспечивавших „Дорогу жизни". Одним из основных объектов строительства в то время являлся порт на западном берегу Ладожсного озера — в бухтах Морье и Осиновец.
Поскольку речь зашла о знаменитой «Дороге жизни» на Ладоге, мне хотелось бы рассказать о строительстве Осиновецкого порта, который был ее началом и концом. Значение этого порта в те годы трудно переоценить.
Фашисты блокировали город Ленина. На нашем западном берегу Ладожского озера Осиновец был единственным перевалочным пунктом, связывающим Ленинград с Большой землей.
К ветхому рыбацкому пирсу у Осиновецкого маяка могли подходить только мелкие суда. Невдалеке находилась бухта Гольсмана, где имелись небольшие причальные стенки. Глубины здесь тоже были невелики.
Перед военными инженерами Краснознаменного Балтийского флота командование поставило задачу — в кратчайший срок создать порт, способный обеспечить прием и отправку огромного потока грузов. В этот порт должны были заходить все корабли, действующие на Ладожском озере.
Работа предстояла громадная. Усложнялась она обстановкой на фронте, близостью противника. Мы понимали все это и трудились не покладая рук.
После проведенных изысканий созрело решение — соорудить основной узел причалов у Осиновецкого маяка. Предстояло удлинить существующий пирс и построить новый, подвести к причалу ветку железной дороги. Пирс решили делать ряжевой конструкции, заполнять камнем; верхнее строение— из мощных деревянных пакетов и дощатых настилов. Береговые сооружения создавались с таким расчетом, чтобы они могли обеспечить укрытие личного состава и перевалку грузов с кораблей в железнодорожные вагоны.
В нескольких километрах от станции Борисова Грива, где была перевалочная база эвакопункта, намечалось строительство Каботажной гавани — мелководного причала на сваях. Гавань предназначалась для эвакуации населения на небольших судах-тендерах.
Между Осиновецким маяком и бухтой Гольсмана планировалось построить новую гавань, рассчитанную также на мелкосидящие суда. Интересно, что опорой для пирса здесь послужила затонувшая баржа.
В бухте Гольсмана из-за ее малых размеров создать что-либо дополнительно было крайне сложно. И все же для строителей нашлось дело. Они расширяли и укрепляли причальные стенки, возводили береговые сооружения, прокладывали железные и шоссейные дороги.
Берег озера в районе Осиновецкого порта оставался все же открытым. В штормовую погоду укрыться судам было негде. Поэтому в бухте Морье пришлось строить брекватор — мощное заградительное сооружение в виде мола из крупного камня. Головная, ряжевая его часть создавала дополнительный причальный фронт. Брекватор дал возможность соорудить ряд небольших пирсов, защищенных от волны.
Наши предложения и наметки одобрили военные инженеры во главе с начальником инженерного отдела КБФ Т. Т. Коноваловым. Затем их утвердили командующий флотом В. Ф. Трибуц и Военный совет Ленинградского фронта. Так родился план создания Осиновецкого порта.
Инженерное обеспечение на Ладоге и Неве в сентябре 1941 года находилось в ведении нескольких оперативных групп инженерного отдела флота. В начале 1942 года было организовано специальное военно-морское строительство. В его состав вошли два инженерных и два строительных флотских батальона, 13 батальонов Ленинградского фронта (саперные, строительные, мостостроительные, дорожные, автомобильные). Позднее вместе с нами работали также воины железнодорожной бригады полковника Матишева. Они строили железнодорожный узел Осиновец — Морье.
Наш основной штаб располагался в поселке Морье. Начальником строительства был назначен прибывший с полуострова Ханко военинженер 2-го ранга Н. И. Патрикеев. Приехало много опытных инженеров флота: Г. А. Архангельский, С. Н. Бирюков, А. П. Каменев, В. Д. Ласси, механик В. П. Агронов, позже — В. В. Ярыгин и многие другие. Меня назначили главным инженером строительства.
Проектные решения и техническую документацию мы готовили на месте: обследовали глубины, изыскивали подручные местные материалы (лес, камень). Все это делалось в сжатые сроки.
И вот началось сооружение порта. Большой ущерб строительству наносила авиация противника. Бывали дни, когда в звездных налетах участвовало по 50–60 самолетов, они разрушали уже сделанное, и приходилось много сил затрачивать на восстановительные работы.
Огромные трудности выпали на долю коллектива строителей. День за днем нарастал трудовой энтузиазм. Люди сутками не уходили со своих объектов. Лес, а его требовалось тысячи кубометров, рубили в ближайших районах, за линией маскировки. Доставляли его к дорогам, как говорится, на собственном горбу. К пирсу бревна подвозили автомашинами. Старательно работали шофер Н. П. Инихов и многие другие. Камень брали на берегу — здесь его было много. Металлическими поковками строительство обеспечивала маленькая мастерская, созданная в бухте Морье старым кадровым рабочим механиком А. Н. Дудником.
