Она так же медленно опустилась на одно колено. С каждым шагом Алексис была все ближе. Момент почти настал…
Она нащупала возле себя холодный камень. Только бы второй похититель подошел поближе к Фроггету…
– Черт побери, что вы медлите?
– Все, достала.
Она разогнулась, сжав кулак, а когда второй бандит, желая рассмотреть бриллиант, подошел совсем близко, медленно разжала руку.
Первые лучи восходящего солнца, окрасив склоны холма, отразились в многочисленных гранях бриллианта.
– Приятно иметь с вами дело, миледи, – удовлетворенно сказал мужчина в шляпе с явной насмешкой. – Второй похититель в это время подтолкнул вперед Алексис. – А теперь, если не возражаете, я заберу у вас этот бриллиант и попрошу вас пройти с нами, пока мы…
Индия услышала, как завопила Алексис, а потом звук выстрела. В один момент Айан и Коннор спрыгнули с дерева и побежали к девочке, а Фроггет набросился на человека в шляпе.
Алексис уже бежала к Индии, когда из кареты выскочил еще один бандит. Он явно хотел снова захватить Алексис.
Сердце Индии екнуло, она выхватила из сумочки пистолет и прицелилась, но похититель был слишком близко к Алексис, и она побоялась рисковать. Ей оставалось лишь в ужасе смотреть, как сокращается расстояние между ними.
В это мгновение Девлин выскочил из своей засады. Его кнут, зловеще щелкнув, взлетел в воздух, а потом змеей обвился вокруг преследователя Алексис. Тот взвыл от боли и рухнул на землю.
В следующее мгновение Алексис уже была в объятиях Индии.
– Что они с тобой сделали, Алексис? Ты в порядке, крошка моя?
Девочка подняла залитое слезами лицо.
– Я была храброй. Я заплакала всего один раз. Вы бы мной гордились.
– А я тобой и горжусь. Очень горжусь.
– И куклу свою я не забыла.
Кукла была в пыли и потрепана, но, как и Алексис, целой.
– Хорошо, что ты ее спасла.
С холма Айан и Коннор вели пленников, а Девлин подтаскивал на кнуте свою жертву.
– Вы видели дядю Торна? – в восхищении спросила Алексис. – Я же говорила, что он своим кнутом делает просто чудеса.
– Ты была права.
Вдруг Алексис потянула Индию за руку.
– Но я должна что-то вспомнить. – Губы девочки задрожали. – Когда я сидела там, в темноте, и мне нечем было заняться, я думала. И вспомнила что-то очень важное. А теперь опять забыла. – Ее глаза наполнились слезами.
Индия крепко ее обняла.
– Не надо волноваться, моя дорогая. Все, что надо вспомнить, ты вспомнишь. Теперь тебе надо отдохнуть и подумать о том, как счастливы будут Эндрю и Марианна, когда снова тебя увидят.
– Я не испугалась, даже когда увидела этих серых людей. Они были повсюду, особенно вокруг человека в маске. Это тот же человек со шрамом, о котором я рассказывала дяде Торну.
Индия нахмурилась. Что это было: ночные кошмары или реальность?
– Человек со шрамом был там, у тебя?
– Да, такой же, как всегда. Но он был еще страшнее, чем всегда. А потом его окружили серые люди. Они ненавидели его и хотели отомстить. Это так страшно. Они ждут его. Просто выжидают момент.
Алексис вздрогнула, и Индия погладила ее по голове.
– Больше не рассказывай, моя девочка. Все кончилось. Ты в безопасности.
По дороге домой Алексис была в центре всеобщего внимания. Она сидела между Индией и Айаном, закутанная в теплое одеяло. Руки она засунула в лучшую меховую муфту герцогини.
Они направлялись в Норфолк, в поместье Деламеров, где Алексис должна воссоединиться с братом и сестрой. По мнению Девлина, это поможет Алексис забыть о произошедшем.
Девлин ни о чем не стал расспрашивать девочку. Пусть она перестанет дрожать и из ее глаз исчезнет испуг. А пока они болтали о пустяках вроде того, как корсет принца-регента скрипит всякий раз, как он наклоняется, чтобы поцеловать руку даме, или о проделках Айана, когда он учился в колледже.
Девочка начала понемногу успокаиваться. Когда они выехали за город, она закрыла глаза и, положив голову на плечо Индии, уснула. Индия встретилась взглядом с Торном и кивнула. Он поднял Алексис на руки и всю дорогу до поместья баюкал ее. По его глазам Индия поняла, что он больше не допустит, чтобы с Алексис случилось нечто подобное.
Девочка все еще спала, когда пологие холмы уступили место зеленой долине. Потом показался и сам дом, с его расположенными в беспорядке башнями и трубами – словно выросший из этой изумрудной зелени. Розовые гранитные стены были освещены утренним солнцем, и Индии показалось, что более чудесного места, чем этот дом, на свете не существует.
Она возвращалась домой.
По обе стороны широкой лестницы выстроились шеренги слуг, готовых приветствовать появление кареты. Торн вынес Алексис на руках, и девочка, открыв глаза спросонья, в благоговейном ужасе посмотрела на одетых в ливреи лакеев. Но она забыла о них, как только из дома выбежали Эндрю и Марианна.
Всех троих усадили в роскошной гостиной с видом на зеленые лужайки позади дома. Они все время смеялись и болтали, так что герцогине едва удалось вставить слово.
– Вижу, чертенок, тебе снова удалось выпутаться из неприятностей.
Алексис улыбнулась – рот у нее был весь в крошках от лимонного торта. Герцогиня вызвала из Лондона нескольких слуг, полагая, что девочке будет с ними удобнее, поскольку она уже с ними знакома и успела завоевать их любовь. Во всяком случае, Бич, миссис Харрисон и Альберт вошли, чтобы с ней поздороваться.
Но Алексис неожиданно покачала головой.
– О! Это не я оказалась такой умной. Это дядя Торн и другие три джентльмена. – Она одарила царственной улыбкой Айана, Фроггета и Коннора Макиннона. – И конечно, леди Деламер. Она была такой смелой. Даже когда этот ужасный человек приказал ей идти за ним в их карету. Я слышала, как они говорили, что увезут ее, как только она отдаст им бриллиант.
Торн сидел рядом с девочкой и гладил ее по волосам.
– А ты кого-нибудь из них узнала, Алексис? Их имена, их голоса, что-нибудь еще?
– Я только одного видела совсем близко, да и то он был в маске. Остальные трое пришли только к самому концу. Но к тому времени я уже сидела в карете с завязанными глазами. – Она снова начала дрожать.
Дев привлек ее к себе.
– Больше никаких вопросов, Одуванчик. Хочешь еще кусочек торта? Кухарка так старалась, а ты съела всего четыре.
Девочка хихикнула:
– Я была такая голодная, дядя Торн. Они меня не кормили, дали кусок хлеба, и все. А я отдала его крысам, потому что поняла, они были еще более голодные, чем я.
Индия увидела, как в глазах Девлина полыхнул гнев.
– Больше не будет никаких крыс, Одуванчик. – Увидев, что у Алексис слипаются глаза, он взял ее на руки. – И никаких разговоров. Если не возражает герцогиня, думаю, тебе пора отдохнуть.
