— Он, вероятно, двигается сразу за туманом, поэтому и спешит. Не хочет заблудиться и не упускает свой единственный ориентир. Вперед. — Перешагнув через труп, Тенро быстро побежал по каменному тоннелю, то сужающемуся, то наоборот, расширяющемуся.
* * *
Зелье делало свою работу и люди бежали поразительно долго, то и дело, перепрыгивая мертвые тела измененных. Когда их ноги уже начали ныть от усталости, тело измененного кабана преградило им дорогу.
Грозный зверь, а точнее половина его гноящегося тела лежала у развилки, а другая была небрежно отброшена в сторону. Идеальный обугленный срез красноречиво говорил об использовании зачарованного оружия, а тонкий след из капель черной крови, сорвавшихся, видимо, с лезвия меча, указывал дальнейший путь.
Быстро склонившись над телом измененного, Тенро провел кончиками пальцев по линии среза, ощутив легкий жар — значит, Митр прошел здесь не так давно.
Снова бег.
Охотник без труда находил на полу черные лужицы крови измененных, тускло мерцавших в пламени факела, и чувствовал приторный запах тлена, казалось, въевшийся в камни этих пещер.
После третьей развилки, Тенро пришлось замедлить бег, чтобы перебраться через настоящий завал из тел измененных. Оплавленные и грубо накромсанные на обуглившиеся куски, они валялись на полу изуродованными жертвами безумного мясника.
Части людей и зверей перемешались, так что было уже не понять, кто и где лежит.
— Митр… — почти простонала следующая за охотником Кира, прикрыв рот ладонью.
Вонь на этом отрезке пещер стояла несусветная. Она обжигала легкие, мутила рассудок и щипала глаза.
Чувствуя, как его сознание начинает улетучиваться, Тенро, уже не заботясь о том, куда ступает, побежал вперед прямо по мертвым телам. Как бы он не ненавидел сейчас Митра, но проникся к тому невольным уважением — далеко не каждый бы смог столкнуться с таким количеством измененных и выйти из схватки победителем.
Впрочем, победа далась Митру не просто так. Среди капель черной крови, Тенро разглядел и алую, человеческую.
* * *
Охотник потерял счет времени.
В его рассудке бешено колотилась лишь одна мысль — бежать вперед и он упрямо переставлял ноющие ноги, прекрасно понимая, что каждое мгновение на счету. Следовало отдать должное ищущей — она не отставала от мужчины и даже сумела сохранить дыхание, продолжая двигаться практически бесшумно.
Каменный коридор резко вильнул влево, затем ушел широкой и очень длинной дугой вправо и почти мгновенно разросся до обширной пещеры.
— Странно, — Тенро огляделся, выравнивая дыхание. — Я не помню этого места. — Обернувшись, он обратил внимание на каменные глыбы, валявшиеся по сторонам от прохода. — Раньше здесь был завал.
— Может, твой отец и другие жители деревни хотели скрыть это место, — предположила Кира, тяжело опираясь руками на чуть согнутые колени и тяжело дыша.
— Если наэрку убили здесь, то должны остаться следы.
Разгоняя сгустившуюся тьму светом факела, Тенро оглядел пещеру. С виду она напоминала вполне обычную — те же камни, где-то склизкие от влаги и поросшие мхом, а где-то, наоборот, сухие, испещренные множеством трещинок.
Пламя факела освещало угрожающе нависающие над людьми каменные наросты, казалось, готовые в любое мгновение низвергнуться вниз, навсегда погребая их под собой. Они напомнили Кире огромные сосульки, но в сотни раз больше чем те, что свисают зимой с крыш домов.
Иногда откуда-то сверху срывались одинокие капли, которые или с мелодичным перезвоном разбивались о редкие лужи или же с глухим шлепком разлетались о камни.
По пути людям встречались огромные колонны, будто поддерживающие своды пещеры и не дающие им упасть.
Когда Тенро и Кира миновали половину созданного природой зала, то охотник увидел нечто, заставившее его остановиться, выше поднимая факел над головой. Всю дальнюю часть пещеры обвивали склизкие черные корни, вырывающиеся из широких трещин и тянущиеся по стенам, полу и даже потолку. Пульсирующими венами они обвивали колонны, мерзким ковром стелились по земле и свисали с наростов, нервно подрагивая, словно под порывами назойливого ветра.
Кира за спиной охотника пробормотала проклятье, а сам Тенро покрепче сжал рукоять меча Лаэррэ. Прикосновение к зачарованному оружию придало мужчине уверенности, и он тихо сказал своей спутнице:
— Стой здесь.
Осторожно шагнув вперед, Тенро не сводил глаз с корней-щупалец, но те остались неподвижны. Не среагировали они, и когда охотник аккуратно поставил ногу прямо между корнями. Следующий шаг перенес его еще глубже в пещеру, прямо под нависшие над головой маслянистые отростки.
Вопреки ожиданиям охотника, те лишь слабо отшатнулись, то ли от света факела, то ли от мягкого сияния, исходящего от обнаженного клинка. Сзади послышались осторожные шаги, и Кира догнала спутника.
— Смотри, — девушка указала рукой куда-то вперед.
Посмотрев в указанном ищущей направлении, Тенро увидел неровную, обрамленную корнями арку. Проход в стене больше напоминал одну из больших трещин, разросшуюся и расширившуюся из-за массивных корней, прорастающих из нее. Они, словно пальцы великана, вцепились в неровные края трещины, кроша их и разводя в стороны. Некоторые корни были грубо обрезаны и их оплавленные края недвусмысленно указывали направление, в котором прошел Митр.
— Видела, когда-нибудь, что-то подобное?
— Нет, — девушка едва заметно покачала головой. Прежде чем Тенро сделал еще один шаг, она вдруг положила свою руку ему на плечо:
— Ты не обязан идти туда со мной. Возвращайся… — она хотела сказать «домой», но осеклась.
— Мне некуда возвращаться, — голос охотника стал безжизненным, и от него самого повеяло могильным холодом. — Есть только один путь, и я не сверну.
Решительно шагнув вперед, Тенро наступил на один из корней и тот слабо зашевелился под его сапогом, словно раздавленный червь. Едва поборов желание пронзить склизкий отросток мечом, охотник заставил себя идти дальше.
Кира не отставала ни на шаг и вскоре они добрались до противоположной стены пещеры. Приблизившись к широкой трещине, охотник заметил на стене рядом с ней острые сколы. Опустив факел ниже, он увидел десятка два крупных камней, валяющихся около стены. На некоторых из них еще сохранились темные пятна.
— Что-то не так?
— Здесь ее убили, — острием клинка Тенро указал ищущей на стену. — Сначала забили камнями, а потом сожгли.
— Поэтому Застывший лес и рвался сюда, продираясь даже сквозь каменную твердь. Дети Леса связаны с природой крепче, чем люди. Наэрку зажали в угол. Ее чувство отчаяния, горя и пережитая боль манили Застывший лес. И он пришел…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
