— Сам на! — плохо, что ствол автомата Германа смотрел совершенно в другую сторону, да и слишком близко тот стоял, но он ударил ствольной коробкой автомата прямо в голову боевика.
Лицо боевика просто вмялось внутрь черепа от удара, а вот автомат не выдержал такого издевательства и просто развалился на части в руках Германа.
За начавшим падать телом убитого, хорошо стали видны ещё несколько черных фигур с оружием в руках, замершие на долю секунды, а потом начавшие движение.
— Сука! — правая рука Германа мгновенно выдернула АПС из кобуры на бедре, а левая — нож, из расположенных ножен на разгрузке в районе живота.
* * *
— Что за?.. — Олег с Пашей резко остановились, минуту назад обнаружив уходившую группу боевиков, плотно сев им на хвост, решив действовать по обстановке, как вдруг двигающаяся осторожно, но быстро группа боевиков замерла на некоторое мгновение, а потом…
* * *
— Оьрси! (Русский, — чечен.) — заорал один из чеченцев, заметив, что впереди идущий боец стал падать на землю, а за ним стала видна фигура с пистолетом в одной руке и ножом во второй…
— Сука! — Глотов сразу понял — что-то пошло совсем не так, когда из-за угла, где только что скрылся Герман, понеслись крики на чеченском языке, а потом раздались выстрелы.
* * *
Тело боевика ещё не успело коснуться земли, когда Герман произвёл выстрел из пистолета в крикнувшего, а потом резко и сильно прыгнул вверх и вперёд — в сторону противника, понимая, что другого выхода просто нет — нужно немедленно сблизиться с противником.
Ещё в воздухе он успел произвести несколько выстрелов, а потом приземлился прямо перед ними…
Выстрел в правую сторону и тут же удар ножом влево.
Одиночный выстрел с правой стороны — тупой удар в бедро правой ноги… Ответный выстрел… Падающее тело на землю… Хотел сделать кувырок вперёд между двумя боевиками, но вовремя вспомнил о своём «грузе» — сальто вперёд, с одновременным выстрелом вправо и ударом ножа влево, когда пролетал между телами.
Сзади выскочили Глотов и Петров, и увидевшие, что Герман с кем-то во всю «рубится» в рукопашную, бросились на помощь.
Двое убежавших вперёд боевиков, мигом ринулись назад, когда услышали позади звуки разгоревшейся схватки. И выскочили из хода сообщения, готовые открыть огонь из автоматов, но не стали, т. к. увидели начавшуюся свалку. И тут им не повезло, т. к. оказались сбоку от двигающегося справа Глотова, который тут же «двойками» их автомата положил обоих, инстинктивно среагировав на непонятное движение.
Удар ногой вправо, тело улетает в темноту, выстрел влево… оседает очередной тело. Удар ножом следующему прямо в горло…
— Валим! — биться тут со всеми было совсем не в его планах, так что в бодром «галопе» они пронеслись сквозь строй врагов, стреляя во все стороны и унеслась вдаль, даже не оглядываясь назад.
Так ещё Глотов успел метнуть назад две гранаты РГН, ну на всякий случай…
Андрей весь скоротечный бой не видел, т. к. от страха закрыл глаза, а когда Герман начал прыгать, так он вообще чуть не обмочился, — его душа чуть не выскочила из тела. Вокруг раздавались выстрелы и выкрики на чеченском языке, а потом всё закончилось…
* * *
— Бах-бах!
— Бах-бах!
Паша и Олег, медленно приближающиеся к месту схватки, «двойками» несколько раз били по шевелящимся на земле телам, добивая потенциального врага, добившись полного отсутствия движения. Не переговариваясь и решив помочь непонятной тройке неизвестных, которые пронеслись будто тайфун сквозь боевиков и резво удалились в противоположном направлении.
* * *
Хамзат зажимал руками горло, сквозь его пальцы уходила, утекала его жизнь — кровь, хлеставшая через разрез на горле — от уха до уха. Со смертной тоской ощущая, что он проиграл, а теперь…
Рядом с ним лежало тело Абдул-Мелика, на лбу которого было отверстие от пробившей его пули, выпущенной из АПС.
* * *
— Надо задержать, — дернулся Павел, когда они почти подобрались к лежавшим на земле разбросанным трупам боевиков, но его прихватил за руку Олег.
— Не торопись, сначала проверим, что за «гостинцы» нам достались, — покачал он отрицательно головой.
Оба «омеговца», страхуя друг друга, стали осторожно обходить и осматривать наваленные вокруг трупы, вглядываясь в лица убитых.
— Есть! — азартно сказал Олег, обнаружив искомое лицо. — Наш клиент.
Каждый из сотрудников «Омеги» тщательно изучал и запоминал лица по фотографиям из оперативных дел основных лидеров и полевых командиров боевиков.
— Красный! Это Агат! Приём! — вышел в эфир Олег.
— Это Красный!
— Цель обнаружена! Приём!
— Принял! Иду к вам…
Через десять минут рядом с Олегом и Павлом оказался Соловьев Константин вместе ещё с несколькими офицерами «Омеги».
— Что тут произошло? — Соловьев осматривал больше десятка трупов, лежавших на ограниченном участке земли.
— Не знаю. Мы преследовали группу боевиков, когда они столкнулись с… — Олег сбился, —… столкнулись с кем-то, а те положили почти всех, а потом ушли.
— Они? — приподнял бровь Соловьев.
— Их было трое. Но в основном убивал один, кажется, — добавил от себя Павел.
— Проскочили насквозь, убивая направо и налево, а потом ушли. Мы не стали преследовать, — доложил Олег.
— Правильно сделали! — одобрил их действия командир «Омеги». —…Н-да, не только постреляли, — он подошел к трупу Гелаева и стал рассматривать разрез на шее — до позвонков, буквально от уха до уха. — О как, ещё и Межидов! Праздник сегодня у меня, — довольно заявил Константин, рассматривая убитого боевика.
* * *
— Вы чего так долго? — встретил Роман прибывших.
— К теще на блины заходили… Плюшками баловались, — присевший рядом Герман отходил после всего произошедшего. Руки немного потряхивало от адреналина.
— Виктор⁈ Ты⁈ — Роман никак не ожидал увидеть Петрова, хотя надеялся, но всё-таки. — А это кто? — удивился он, только сейчас заметил нового члена их коллектива, притихшего на спине командира.
— Да без разницы. Уходить надо! — тяжело дышавший Глотов помог кашлявшему Виктору сесть на землю, а теперь пытался сам отдышаться, присев рядом.
— Ща, — Герман отвязал от себя парня и посадил его на землю, чтобы осмотреть его ногу. — Бля! Чтобы я ещё раз с вами дебилами связался… — ругался он себе под нос, осматривая распухшую ступню.
* * *
— Большой! Вижу непонятное шевеление в квадрате… — докладывал по рации один из командиров отделения своему командиру, разглядев в бинокль в темноте непонятное шевеление в ранее тихом и пустом месте в стороне от штурмуемого села.
— Хм! Странно, — закусил губу капитан Прошкин. — А давай-как мы туда «огурцов» сыпанём! Козлов! — заорал он своем помощнику. — Пусть Ислямов по квадрату… — продиктовал координаты, — три мины положит.
— Есть!
* * *
В воздухе завыли подлетающие 82-и миллиметровые мины…
— Чего это? — насторожился Герман, только что поднявшийся после осмотра ног своего «наездника», отвязанного и посаженного на землю. Собираясь перед этим посадить парня себе обратно на спину…
— Ложись! — Глотов, сидевший на земле, плюхнулся на землю, подбив ноги вскрикнувшего Титова и увлекая его на землю, а рядом носом в землю растянулся Петров. Оба неоднократно были под миномётными обстрелами, так что среагировали соответственно и быстро.
— Сука! — только успел сказать Герман, не успев среагировать, просто никогда не будучи под такими обстрелами, как позади него встал «султан» от взрыва прилетевшей мины…
И тут же немного по сторонам от первой мины прилетели ещё две мины…
* * *
15 марта 2000 года. Грозный. Здание военной комендатуры
— И что мы имеем? — непосредственный начальник Соловьева сидел в кабинет, который находился в специально выделенном и закрытом блоке для управления ФСБ по г. Грозный.
