Его брат ничего не ответил. Он положил руку на плечо Колина, но тот даже не шелохнулся. И только тогда Роган заметил рану на голове брата.
Кто-то ударил его и оставил в горящей конюшне. Это был поджог, теперь Роган не сомневался.
Пожар оказался не простым несчастным случаем, а преднамеренным убийством.
– Колин! – закричал Роган и потянул брата за руку. – Ты слышишь меня?
Ничего.
Изрыгая проклятия, он выпрямился и поволок бездыханное тело брата к двери, и ржание его лошадей отдавалось тысячей ударов в его сердце.
Таллоу появился у двери, бросился в ближайшее стойло и начал освобождать несчастных животных. Роган оставил его, чтобы вытащить брата на свежий ночной воздух.
– Роган? Что случилось?
Кэролайн бежала к нему, она даже не подколола волосы, и они развевались густой волной за ее плечами.
– Я же велел тебе оставаться внутри, – прорычал он. – Но раз уж ты здесь, посмотри, как Колин, а я займусь лошадьми.
Кэролайн упала на колени возле брата Рогана, пока тот спешил на конюшни.
Спустя несколько часов Роган стоял на руинах того, что раньше было прекрасными конюшнями. Им удалось спасти всех лошадей, однако само здание сгорело дотла. Только чудом Графтон, возвращавшийся в ту ночь из таверны позже обычного, почуял неладное, иначе они бы потеряли намного больше, потому что лошади стоили целое состояние.
Не говоря уже о жизни его брата.
Кэролайн подошла к Рогану и положила руку ему на плечо. Она молчала, глядя на разрушенное здание.
– Как Колин? – тихо спросил он.
– Доктор Рейнс говорит, что с ним все будет в порядке, если он пролежит в постели пару дней.
Она зарылась лицом в его плечо.
– Если бы он оказался запертым там, он бы погиб.
Он обнял ее.
– Я знаю.
Она повернулась к нему. В ее глазах была грусть.
– Он пришел в сознание на несколько минут и сказал, что тот, кто ударил его, назвал его твоим именем.
Роган сцепил зубы.
– Негодяй!
Кэролайн дернулась от испуга.
– Колин?
– Нет. Твой кузен.
Она уже открыла рот, чтобы протестовать, услышав его заключение, однако воздержалась.
– Конечно, – сказала она. – Если что-то случится с тобой, он доберется до меня.
– И до твоего состояния. – Он крепко обнял ее одной рукой. – Это все, чего он хочет, Кэролайн, денег и только денег.
– Но то, на что он пошел ради этого, не имеет оправдания. – Она оглянулась, взвешивая тяжесть потерь. – Его надо остановить, Роган.
– Не волнуйся.
Он поцеловал ее в висок и взглянул на ночное небо в клубах дыма.
– Я так и сделаю.
Глава 20
Малкольм Грегсон собрал все свое мужество. То, что он владел страшной тайной, приводило его в ярость и наполняло бессилием. Он потянулся за крохотным сосудом, лежавшем у него в кармане, и сжал его, а затем отпустил, приходя в замешательство от собственного настроения.
Как он мог допустить такие мысли? Но так или иначе, он уже купил яд, чтобы свершилось возмездие. Хватит ли у него мужества пройти этот путь до конца и исправить несправедливость?
Возможно.
Но не сегодня. Проклиная собственную трусость, он резко постучал в дверь, ведущую в кабинет герцога, и вошел, получив разрешение.
Новый герцог Белвингем сидел за столом перед разбросанными повсюду бумагами. Он взглянул на него и спросил:
– Что вы хотите, Грегсон?
Грегсон едва сдержался, чтобы не нащупать смертоносный сосуд снова.
– Доброе утро, ваша светлость.
– К делу.
Альторп поднял бумагу к глазам и посмотрел на нее, прищурившись.
– Я хочу сообщить о том, что намерен покинуть службу, ваша светлость.
Альторп вздрогнул, а затем медленно опустил бумагу, которой был до этого занят.
– Я не ослышался?
Грегсон часто заморгал, услышав неприкрытую ненависть в его голосе. Он взглянул на чашку с кофе, стоявшую на столе, а потом перевел взгляд на нового герцога.
– Я хочу сообщить о том, что намерен покинуть службу.
Альторп наклонился вперед.
– И могу ли я осведомиться о причинах вашего решения?
– Я… – Грегсон не мог вымолвить ни слова.
– Вы же слышали, что сказал Хант уважаемому доктору. – Альторп вперил взгляд в Грегсона. – Разве нет? Признайтесь, что вы все слышали. Я видел, что вы стояли за порогом комнаты.
Малкольм подумал было, не начать ли отпираться, но решил все же сказать правду.
– Да.
– И вы все же считаете меня причастной стороной?
– Я бы предпочел не выносить свое мнение на суд.
– Однако вы сообщаете о том, что хотели бы покинуть службу.
Грегсон нервно переступил с ноги на ногу.
– Я думаю, что так будет лучше.
Альторп встал.
– Будьте осторожны, мистер Грегсон. Вы и сами сыграли во всем этом свою роль.
Грегсон вспыхнул.
– К моему стыду.
Альторп рассмеялся.
– Как мало вы знаете, мистер Грегсон. Итак, вы приносили дядюшке его трубку каждый вечер?
– Конечно, приносил.
– Значит, это вы собственноручно давали дяде зелье, которое стало причиной его недомогания. – Альторп положил руку на сердце, имитируя скорбь. – Каждый раз, когда дядюшка выкуривал трубку, это на шаг приближало его к вечному упокоению.
Грегсон замер от удивления.
– Ничего подобного я не слышал.
– Это очень редкое китайское растение, которое действует как смертельный яд, если его набить в трубку. Оставшийся табак я сжег, так что никто ничего не узнает.
– Но я знаю!
– Но именно вы приносили ему трубку.
На лице Альторпа читалось искреннее веселье. Он потянулся за одной из бумаг на столе.
– Признайтесь, мистер Грегсон, это вы убили герцога Белвингема.
– Нет, – прошептал Грегсон, приходя в ужас.
– Хотя я сражен горем, я найду в себе силы сказать правду. И кому поверят скорее – простому секретарю, который уже запятнал себя ложью о своем прошлом, или мне, герцогу Белвингему?
Он почувствовал себя опустошенным, когда осознал, что попал в ловушку. Он снова вспомнил о сосуде, лежащем в его кармане. И снова отбросил мысль о столь страшной мести.
– Больше никаких разговоров о том, чтобы покинуть место, – заключил Альторп. – И даже если вы решите сбежать, мистер Грегсон, я наведу на ваш след верных людей. Будьте хорошим парнем и принесите мне кофе, хорошо?
И когда Грегсон повиновался, все его мысли были заняты только тем, как он может восстановить справедливость.
Кэролайн сидела в кабинете и просматривала счета, лежавшие на столе. Суммировав длинные колонки цифр, она вздохнула, увидев результат. Пожар принес колоссальный убыток и будет стоить им огромных вложений.
Благодарение Богу за то, что у нее есть состояние отца.
