— Помощь ветеринара? — чуть удивился доктор.
— Скорее, врача широкого профиля, — прибавил шагу Василий. — A кстати, Надя, куда мы с вами идем?
— В неосвещенную часть кладбища, — ответила Надя. — Именно туда, куда отправилась баронесса фон Aчкасофф, согласно отчету инспектора Лиственицына.
На кладбище, куда почти не доходил свет немногих освещенных окон, царил таинственный полумрак, а отдаленные уголки и вовсе утопали в черной тьме, сливаясь с окрестными болотами. Василий включил фонарик, и в его неверном свете Чаликова вновь увидела то, что уже имела счастье лицезреть несколько дней (вернее, ночей) назад — то есть валяющихся среди могил поэтесс, кинорежиссеров и рекламных агентов. Инспектор Лиственицын и трое его помощников мирно дремали, сидя на траве и прислонившись к одному из памятников.
— Господа, вставайте, вас ждут великие дела! — вполголоса пробудил их Дубов. — И постарайтесь, насколько возможно, соблюдать тишину.
Василий Николаевич прикрыл ладонью фонарик, и пять человек, ведомые Надеждой, гуськом двинулись во тьму. Надя, успевшая хорошо изучить планировку родового кладбища Покровских Ворот, знала, куда идти, и уверенно вела стражей закона к склепу первого из баронов Покровских — Саввы Лукича.
По знаку Чаликовой процессия остановилась, и Дубов снял ладонь с фонарика. В мерцающем свете возникла замшелая каменная гробница, вокруг которой, пытаясь сдвинуть массивную верхнюю плиту, сновала тщедушная фигура бакалавра исторических наук баронессы Xелен фон Aчкасофф. Она была столь увлечена этим занятием, что даже не заметила новопришедших.
— Осквернение могил, — прервал зловещее молчание инспектор Лиственицын. — Согласно статье 127 УК Кислоярской Республики…
Баронесса встала как вкопанная, но тут же овладела собой:
— Ну что вы, господа, какое осквернение. Наоборот, я хотела ее очистить, чтобы лучше были видны надписи…
— И выбрали для этого самое темное время суток? — вступила в беседу Чаликова. Дубов тем временем примерялся к крышке склепа.
— Василий Николаич, все сказанное госпоже баронессе относится и к вам, — осадил его Лиственицын.
— Господин инспектор, я имею все основания полагать, что если не сегодня, то в самое ближайшее время эта гробница подвергнется самому настоящему разорению. И, боюсь, не только со стороны баронессы фон Aчкасофф. Поэтому я прошу вашей санкции на превентивную эксгумацию.
— Ну ладно, — махнул рукой инспектор. — Но под вашу ответственность.
— Приступаем! — тут же, пока инспектор не передумал, скомандовал детектив. Он и трое помощников инспектора взялись за плиту, и та, сначала чуть дрогнув под мощным напором, нехотя сдвинулась с того места, на котором стояла более ста лет.
— Теперь вы понимаете, почему я не пригласил с собой господина Покровского, — шепнул Василий Надежде.
— Ну что ж, ваша взяла, — спокойно сказала баронесса, когда плита была сдвинута достаточно широко, чтобы внутрь свободно мог пройти человек. — Наслаждайтесь плодами своей победы.
Однако путь к плодам победы, открывшийся в зияющем провале склепа, оказался не столь прямым. Когда Дубов и Чаликова спустились по замшелым ступенькам в пахнущее затхлостью и плесенью подземелье, их ждал новый сюрприз. Посреди склепа на каменном возвышении стоял гроб, но крышка валялась на полу. В гробу из мореного дуба лежала хорошо сохранившаяся мумия, державшая в руках на груди довольно большой ларец. Но старый барон Покровский был в склепе не один — здесь же находились еще двое людей, увы, живых, которые пытались вырвать ларец из цепких объятий мертвеца. И Чаликова даже в скудном освещении сразу их узнала — то были натуралист Степанов (то есть господин Каширский) и дама в черном, иначе говоря, Анна Сергеевна Глухарева. Теперь, когда она была вблизи, Надя сразу узнала знаменитую авантюристку, с которой ей уже не раз приходилось сталкиваться и в нашей, и в параллельной реальностях. Оба осквернителя вечного покоя были так заняты своим черным делом, что даже не заметили появления конкурентов. «Как они сюда попали?», подумала Надя, но в этот момент Анна Сергеевна, резко обернувшись, ударила Дубова по руке, и фонарик упал на пол. В наступившей кромешной тьме послышались звуки смертельной борьбы, и когда в гробницу, поскользнувшись и скатившись по ступенькам, ворвался сам инспектор Лиственицын со включенной зажигалкой, преступной парочки в склепе уже не было, лишь в углу зиял широкий подкоп.
— Черт, опять упустил, — потирая коленку, встал с холодного пола Василий.
— Но шкатулка-то на месте, — радостно заметила Надя. Действительно, ларец по-прежнему находился в руках мумии.
Тут в склеп с горящей свечкой спустилась баронесса фон Aчкасофф, а следом за нею — старший помощник инспектора.
— Гляньте, куда они исчезли, — велел ему Лиственицын. — Только будьте осторожны.
— Есть. — Помощник тут же исчез в подкопе.
— Так вот ты какой, барон Савва Лукич, — прошептала госпожа Хелена, склонившись над мумией.
— Что будем делать? — деловито спросил инспектор. Дубов осторожно разжал скрюченные пальцы барона и высвободил ларец:
— Приведем все в божеский вид, а шкатулку отдадим законному наследнику. — C этими словами сыщик, передав ларец Наде, вернул крышку гроба на прежнее место. В этот миг из подкопа появился весь перепачканный в земле помощник инспектора:
— Лаз выводит на дно канавки, но преступники успели скрыться. Прикажете снарядить погоню?
— Какая уж там погоня, — безнадежно махнул рукой инспектор. -Придется объявлять в розыск.
— Да, это не помешает, — кивнул Дубов. Видя расстроенность чувств господина Лиственицына, детектив не стал его огорчать еще больше рассказами о параллельном мире, находясь в котором Глухарева и Каширский становятся недоступны Кислоярским правоохранительным органам. А в том, что после неудачи в Покровских Воротах парочка авантюристов отправится именно туда, Василий не сомневался.
— Ну что ж, кажется, пора наверх, — вздохнул инспектор. И все пятеро, не говоря ни слова, стали подниматься по ступенькам прочь из мрачного сырого подземелья.
— Крышку до конца не надвигайте, — сказал Дубов сотрудникам милиции, ожидавшим их наверху. — Завтра мы с господином Покровским сюда спустимся и заделаем подземный ход.
Когда это распоряжение было выполнено, семь человек, переступая через Мешковского и прочих участников поминальной тризны, двинулись к усадьбе.
x x xУже при входе в дом их встретил доктор Белогорский:
— Ну как, помощь ветеринара не требуется?
— Да нет, все обошлось мирно, — успокоил его Лиственицын.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
