представляя себя в бальном платье.
Кигану тогда понравилось это платье.
Она закусила губу. Вот бы было такое же и для нее.
«Что, если ты примеришь его?» – эхом раздался голос в ее голове. Он принадлежал девушке, которая отражалась в зеркале. Белена с сомнением наблюдала за ее движениями. «Лишь на миг, – настаивало отражение. – Посмотришь, как оно сидит на тебе, и положишь на место».
Будоражащая волна тепла растеклась от ее висков по остальному телу.
Она вновь вздохнула. Пожала плечами.
«Почему нет?»
Будто фейерверк, готовый вот-вот вспыхнуть, зажегся в ее груди.
Служанка оставила вещи на кровати и подошла к двери, отделявшей прихожую от спальни лересы. Входная дверь была закрыта. Никто не войдет. Обучение Кирстин только началось, а остальные были слишком заняты своими делами.
Она подергала все ручки, прикрыла двери между переходами в покоях и вернулась к платью. Нервный смешок вырвался у Белены, когда она развязала фартук и неуклюже стащила его с себя через голову. От волнения пуговицы прыгали под ее пальцами, не желая расстегиваться. Она сняла платье с вешалки. Ее волосы встали дыбом, ткань платья так нежно льнула к ее телу, привыкшему к жесткости и простоте. Белена не могла сдержать смущенной улыбки.
Девушка подняла подол и забралась на помост прямо перед зеркальной аркой. Платье было сшито для человека на полголовы выше, чем она. Его следовало носить с низкими каблуками. Она поправила юбку, которая собралась складками, и положила руки на талию. Уголки ее рта дернулись.
Оно не шло ей так же, как лересе. Белена была слишком худой для него. По бокам ткань провисала, бретели были слишком длинными. Тусклая и бледная кожа девушки не скрывала линии вен, будто кто-то нарисовал их синими и фиолетовыми карандашами на ней. Платье подчеркивало каждый изъян.
Она посмотрела на свою спину. Лопатки торчали, как кончики двух треугольников. Она едва различила в зеркалах поясницу и малозаметную и хрупкую дугу позвоночника.
Белена развернулась. Она, как могла, выпрямила плечи и расправила грудь. Поза была слишком непривычной. Она подтянула лямки и руками подвернула лишнюю ткань на спине.
Она решила, что Келани просто слишком упитанная. Со всеми этими хитростями платье было бы ей впору. Если бы служанка получала такой же уход и заботу, что и лереса, со всеми этими увлажняющими снадобьями и порошками для красоты, ей бы сейчас, возможно, не казалось ее отражение похожим на увядшим цветок.
– Ты красива такая, какая ты есть, – произнес чей-то голос, – естественной красотой.
По ее спине пробежал холодок.
Она встревоженно повернула голову к дверям, которые оставила приоткрытыми. Кровь застыла у нее в жилах.
Белена сжалась, пытаясь закрыться руками. Она запаниковала.
– Я… я… нет… – она начала заикаться, опустив взгляд в пол. – Я н-не хотела… О, Святая Четверка… Лерен…
– Шшш… – он заставил ее замолчать, зная, что та будет умолять покарать ее по все строгости за этот дерзкий поступок. – Успокойся. Я не собираюсь тебя наказывать. Каким чудовищем ты меня видишь?
– Я-я не думаю, что вы чудовище, господин, – выговорила она.
После ледяного испуга ее захлестнул удушающий жар стыда. Щеки Белены вспыхнули.
Глядя в пол, она услышала, как К. направляется в ее сторону. Его сильные руки обхватили ее чуть выше локтей, вынуждая выпрямить спину. Она словно почувствовала разряд электричества, когда кончики его мягких пальцев коснулись голой кожи ее рук. Лерен поднес ладонь к ее подбородку.
Встретившись с ним взглядом, она затаила дыхание. Линия цвета корицы окаймляла его зрачки, подчеркивая зеленоватую радужку. Глаза Кигана были столь пугающими, сколь прекрасными. Его глаза были особенными. Даже у Коринтии, его родной сестры, не было таких прекрасных глаз, как у него.
Кевалайн очаровательно улыбнулся ей. Затем он вынудил ее оторвать руки от тела, расправив их свободно по бокам.
Как бы она ни была потрясена, Белена не сопротивлялась. Ее сердце отчаянно колотилось. Она была уверена, что если он посмотрит на ее грудь хоть на мгновение, то увидит, как бьется сердце. Девушка не могла оторваться от лица лерена, его блестящих глаз, подрагивающих крыльев носа, восхитительного рта.
Белена облизала губы.
Киган перевел взгляд с ее оторопевшего лица на тело, как бы медленно прощупывая его. Она совсем оробела от такого пристального внимания, никто никогда не смотрел на нее так, будто мог проникнуть под одежду и даже дальше.
«Этого не может быть, – подумала она. – Я, наверное, сплю».
Он развернул ее. Рассмотрел спину. Лерен поднялся на помост.
Белена почувствовала жар его тела, окутавший ее точно ореолом и ласкавший ей спину. Они стояли совсем близко друг к другу. Руки К. расслабленно легли на ее плечи. Он почувствовал, как кожа загорелась от его прикосновения.
«Не просыпайся, Белена. Не просыпайся».
Киган смотрел на нее через зеркало.
Она видела, как он нахмурился. Это ее обеспокоило. Она стыдилась, что лерен мог обнаружить ее недостатки. Девушка не хотела, чтобы ее сон превратился в ночной кошмар.
Она попыталась стать ниже, чем была, но его пальцы крепко сжимали ее плечи.
– Я знаю, чего не хватает, – промолвил он.
Белена вздрогнула, когда К. сошел с помоста, оставляя за собой лишь холодный ветерок. Ей показалось, будто она только проснулась и кто-то стянул одеяло, оголив ее тело и бросив на растерзание холоду.
Она проследила за ним. Киган подошел к туалетному столику сестры. Забарабанил пальцами по флаконам с духами, пока не нашел нужный. Лерен поднял круглый сосуд и вдохнул аромат с закрытыми глазами. Затем довольно кивнул и вернулся к ней.
Киган брызнул на нее из флакона, стоя у подножия возвышения, как будто они поменялись ролями и теперь он был слугой, а она лересой. Белена сдержала кашель, когда облако аромата коснулось ее кожи. Она сложила ладони, будто пытаясь поймать эти прекрасные капли, не в силах сдержать невинную улыбку. Белена чихнула, когда они достигли ее носа. Киган рассмеялся. Счастье грело ее изнутри.
Лерен, вернув духи на место, подошел ближе и занял место позади горничной. Он держал ожерелье, которое вскоре обернул вокруг ее шеи. Он защелкнул замок. Далее его пальцы на несколько секунд задержались на ее затылке, начертив извилистые линии.
Белена наблюдала за ним через отражение в зеркале, видела, как он сосредоточился, уходя в свои мысли. Она была уверена, что там, где кончики его пальцев касались ее, кожа светилась.
Киган глубоко вдохнул, выходя из забытья. Его взгляд зацепился за волосы девушки, и он быстро распустил пучок цвета соломы.
– Теперь другое дело, – сказал он, улыбаясь ей через гладкую поверхность зеркала. Она ответила взаимностью.
Да,
