сверкают четыре клыка. Светящиеся глаза, выпуклые брови, а над ними – козлиные рожки. И лишь в тот момент, когда он их раскидывает, я замечаю еще и крылья. Достаточно одного взмаха, и он приземляется буквально в пяти шагах от нас. Джинн бросает вторую огненную сферу, но поток воздуха от нашего противника попросту ее сдувает. Меня окатывает горячим зловонием, вызывая рвотный рефлекс.
– Твою мать, – бормочет Данте, вопреки обычной чистоте своей речи. – Спрячься где-нибудь.
Следующая воздушная волна настолько сильна, что я отшатываюсь на несколько шагов. И в попытке удержать равновесие врезаюсь в стеллаж. Край какой-то коробки впивается мне в руку. Я стараюсь удержаться, однако лишь роняю ящик с полки. Бесценные артефакты валятся на пол, а я падаю на колени. В ушах звенит от визга и шипения, когда демон атакует Данте. Вспыхивает пламя. Один раз, другой, третий. Я не настолько наивна, чтобы думать, будто способна помочь джинну. Поспешно вскочив на ноги, я просто убегаю с дико стучащим сердцем. Данте лучше справится, если я не буду мешаться у него под ногами. Надеюсь только, что тут не прячутся другие чудовища. Через пару рядов стеллажей я, запыхавшись, останавливаюсь и роюсь в сумочке в поисках мобильника. Повезло, я его не потеряла. Гор должен нам помочь. Я же не могу позвонить в полицию… или могу? Если комиссар – джинн, то он нас прикроет. Раздается новый оглушительный визг, а потом резко воцаряется тишина. Я смотрю на дисплей и вдруг слышу приближающиеся шаги. Здесь, внизу, нет сигнала. Медленно обернувшись на звук, я издаю стон облегчения, когда узнаю Данте. Без единого слова он мягко берет меня за руку и поддерживает.
– Это был пазузу, – объясняет он. – Демон ветров. Судя по всему, он тут нас подкарауливал.
– Один из прислужников Сета?
– Предположительно. Давай уйдем отсюда и дома дождемся Азраэля. Он наверняка уже скоро вернется, – с жутким спокойствием произносит Данте. – Идти можешь? Ты ранена?
Я отрицательно качаю головой.
– Что ты с ним сделал?
– Он получил наказание, которого заслуживал. Демонам запрещено покидать потусторонний мир. Он нарушил закон, и теперь от него остался только пепел.
– Рада слышать, – бормочу я, прижимая два пальца к правому виску. В голове пульсирует боль.
– Дай я, – предлагает Данте. Отводит мою кисть и уже сам прикладывает по два пальца к моим вискам. – Стой смирно, – велит он, а я краем глаза замечаю крошечные язычки пламени. От страха я вздрагиваю, однако на этот раз огонь не горячий, а холодный, и эта прохлада притупляет боль. Дыхание и пульс приходят в норму. – Легче? – спрашивает джинн, убирая руки.
Я киваю, лишившись дара речи от такой способности.
– Холодный огонь лечит почти все, – пожимает он плечами. – По пути позвоню комиссару, чтобы он разобрался с этим бардаком. На коробке могли остаться твои окровавленные отпечатки.
Я пытаюсь сконцентрироваться на его словах, но не выходит. Всегда гордилась своим самообладанием, но сейчас оно, похоже, достигло предела.
– Аз взбесится, когда узнает об этом, – бормочет Данте, заботливо приобнимая меня одной рукой.
Музей мы покидаем тем же путем, каким и пришли. Ни один охранник нас не замечает. Мне нужно связаться с семьей Адама. Они должны узнать, что с ним случилось. Я знакома с ним уже несколько лет. Он не вызывал у меня особой симпатии, потому что был ленивым и поверхностным, но такого конца он не заслуживал. Такого никто не заслуживает.
Когда мы садимся в машину, Гор пишет сообщение.
– Все хорошо? – интересуется он, не поднимая головы.
– Пока ты устраивал себе свидание, на нас напали, – сообщает ему Данте. – Надеюсь, ты нашел женщину, которая перехватит тебя сегодня ночью.
– Я передумал, – сухо отвечает он. – Вас на самом деле нельзя оставлять одних. Что стряслось? С тобой все хорошо, принцесса? – Лишь сейчас он замечает кровь на моем пальто. – Тебя ранили?
Я качаю головой, предоставляя Данте право поведать ему и Эноле, которая уже завела машину и нажала на газ, что произошло в архиве.
– Тогда до конца вечера я лучше останусь дома, – решает Гор, после того как джинн завершает рассказ. Взгляд у бога такой мрачный, какого я еще никогда у него не видела. Дотянувшись до ремня безопасности, он пристегивает меня. – Мы не допустим, чтобы с тобой что-то случилось, принцесса. Сет не победит.
Когда мы приезжаем, в доме темно, следовательно, Азраэль еще не вернулся. Вроде не должна волноваться за ангела, но постепенно меня охватывает какое-то неприятное предчувствие. Сердитый Гор взбегает вверх по лестнице, чтобы избавиться от костюма и, наверное, взять оружие. Его придется запереть, чтобы он не бросился в одиночку сражаться с Сетом.
– Подожди тут, – просит Данте. – Сначала мы проверим, безопасно ли в доме.
Энола шумно втягивает воздух в легкие:
– Здесь никого нет. На такое даже Сет не осмелился бы.
– Я бы не был так в этом уверен.
– Мне нужно привести себя в порядок. – Энола показывает мне, где ванная, а я сую ей в руки свое пальто: – Сожги его.
Она воздерживается от комментариев, молча оставляя меня одну. Мое отражение в зеркале выглядит кошмарно. Я соскребаю с рук кровь Адама. На платье остались только мелкие пятнышки на подоле. Пригладив волосы мокрыми пальцами, я стираю потекшую тушь. И только после этого снова становлюсь более-менее похожей на человека. Если не принимать во внимание выражение шока в глазах. Это уже третья демоническая атака на меня всего за несколько дней, но на этот раз есть невинная жертва, которую я видела собственными глазами и трогала собственными руками. Тех девушек изувечили так же? Сняв каблуки, я покидаю ванную. На кухне слышится какой-то шум и тихие голоса Данте и Энолы. Они ссорятся.
Я решаю идти в гостиную, как вдруг кто-то звонит в дверь. Мимо меня проносится Энола, а Данте задвигает меня себе за спину. Оба двигаются так быстро, что я их даже не замечаю.
Энола распахивает дверь и замирает.
– Ты не посмеешь! – шипит она.
– Энола, – приветствует ее теплый мягкий голос, – может, лучше пригласишь меня войти, прежде чем совершать убийство на глазах у любопытных соседей? Так будет разумней.
Она ничего не отвечает, однако делает шаг в сторону, и Сет проходит в коридор. Он с интересом разглядывает интерьер, а затем его внимательный взгляд останавливается на мне.
– Что тебе здесь надо? – рявкает на него Гор, бегом спускаясь вниз по ступеням. Он босиком, в спортивных штанах, натягивает через голову футболку. Кажется, этот бог переодевается с рекордной скоростью. Он бросается к Сету и, прежде чем кто-то успевает остановить,
