Читаем без скачивания Нашествие - Александр Воробьев

Третья очередь простучала по корпусу, уходя рикошетом от брони, но две пули из нее искрошили ствол лазерной скорострелки, теперь с этой стороны киберсистема осталась безоружной. Игорь вновь нажал на спуск, и вдруг до него дошло, насколько медленнее стала обычно частая дробь пулемета. Теперь между двумя выстрелами успевало стукнуть сердце. Что за чертовщина?! Неважно, думать будем потом! Он держал «кошку» в прицеле, опустошая ленту и каким-то шестым чувством зная, куда нужно стрелять и сколько патронов осталось в ленте. Пули с визгом рикошетили от боков и головы «кошки», но ее уже шатало, видимо от ударов стала выходить из строя тонкая электроника начинки. Игорь сконцентрировал огонь на голове, там у железяки была самая тонкая броня, он знал это. Лента медленно, но неуклонно исчезала в приемнике. Он отстрелял уже полторы сотни патронов, когда передние лапы у «кошки» подломились и она, перебирая задними, закружилась на месте, слепая ко всему происходящему. Игорь, захлебываясь от восторга, издал дикий клич, и тут все кончилось. Взвыв, взметнулась перед глазами темнота, растеклись киселем перенатруженные мышцы, загрохотало сердце, частя и обрываясь на полутакте, пришла боль в истерзанные сухожилия. Он еще успел заметить, как стремительно разворачивается к нему вторая кошка, еще успел поднять пулемет, но в следующую секунду темнота окончательно завладела его сознанием.

Минометный огонь переместился дальше от входа, черные султаны разрывов подлетали теперь среди теснившихся у обрыва домиков, корежа легкие стены и перекрытия. Огня оттуда почти не вели, но от корректировщиков этот факт укрывали густые клубы дыма, в крепости разгорелся нешуточный пожар. Гарнизон ящеров, сначала ошеломленный внезапностью нападения, постепенно стал приходить в себя и навстречу атакующим потянулись ясно видимые в дыму лазерные лучи. Персонал базы, забаррикадировавшийся в домах, явно не собирался сдаваться без боя. Лазера в таком дыму конечно теряли в мощности, но дистанция уже была невелика и как не рассредоточивались пехотинцы, по первым рядам словно прошла коса. Лазерные винтовки не имеют отдачи и импульсы шли кучно, уцелевшие залегли и принялись отползать обратно в дым. Ответный огонь особого успеха не принес, укрытые за стенами ящеры оказались почти неуязвимыми для пуль. Тем временем утих и минометный огонь, исчерпав боеприпасы, минометчики приготовились отступать по заранее разработанному маршруту. Успех операции повис на волоске.

Лежащий за обломком стены сибиряк, задыхаясь в едком дыму, непослушными руками пытался вставить в пулемет свежую ленту. Вокруг грохотали очереди залегшей пехоты, кто-то протяжно кричал и матерился, судя по проклятьям получив импульс в низ живота, из-за густого дыма сибиряк не видел раненного, но его крики мешали сосредоточиться, вызывая неприятный холодок в внутри. Воздух над головами лежащих полосовали ослепительно белые лучи импульсов, не давая поднять голов, заставляя вжиматься в серые каменные плиты, которыми оказался вымощен внутренний двор. Плоский, как тарелка, лишенный укрытий, двор сейчас превратился в ловушку для пяти сотен успевших прорваться пехотинцев. Он и, правда, напоминал тарелку, сейчас они были в нижней ее части, хоть как-то укрытые от губительного огня, но двинься хоть вперед, хоть назад, их тут же перестреляют, как в тире. Путь отступления к воротам оказался перекрыт лазерными трассами.

Сильнее всего стреляли из приземистого двухэтажного здания, чьи окрашенные в коричневый цвет стены уже украсило множество пулевых шрамов. Из всех двенадцати окон и с крыши, по залегшей пехоте лупили не жалея боезапаса. Лупили точно, почти каждой очередью обрывая чью-то жизнь. Осторожно выглянув из-за обломка, сибиряк насчитал десятка два бьющих непрерывным потоком лазерных лучей. Огоньки трассеров влетали в окна, но огонь не слабел, точно ящерам не требовалось высовываться для прицеливания. Пули оказались бессильны.

– Гранатометчики, огонь по ок… – неизвестный офицер не успел договорить, крик перешел в бульканье, но его команду уже подхватили другие.

– По окнам, не дрейфь!

– Выручай братва!

Легко сказать, по окнам, из этого места, лежа окна были не видны, так что волей неволей, гранатометчикам приходишлось привставать на колено. И долог миг, пока готовишься к выстрелу, смертельно долог под таким огнем. И пусть остальные открыли бешенную стрельбу, пятная новыми отметинами стены, огонь ящеров оставался все столь же смертоносен.

Встали не все, кто-то уже израсходовал боезапас, кто-то просто струсил, но пять десятков вскинули трубы. Половину скосили тут же, один гранатомет, задетый лучом просто взорвался, калеча и убивая лежащих поблизости. Лишь треть успела хоть как-то прицелиться и надавить на спуск, и только дюжина целыми плюхнулась обратно на пузо, еще не веря, что живы.

Четыре ракеты, наведенные дрожащими руками, даже не попали в здание, шуршащими звездами уйдя в светлеющее, рассветное небо. Еще семь огненными цветками вспухли на стенах, но пять все же влетели внутрь и одна из них оказалась с термобарической боевой частью. Внутри ухнуло, четыре относительно негромких взрыва кумулятивных зарядов просто потонули на фоне могучего вздоха объемного взрыва. Усеченная пирамида здания зашаталась, наружу с ревом вырвался здоровенный клуб пламени, обвалился кусок стены и пехота, взвыв от восторга, рванула вперед.

– Ураа!!!

Вопили все, каждый свое, матерясь или же крича неразборчивые слова, чей смысл теряется после боя. Они спешили добраться до врага, прежде чем их бег оборвет смерть или ранение. Обидно умирать, но еще обиднее умирать бессмысленно, не успев почувствовать привкус вражеской крови на своих клыках.

В горящее здание ворвались с лету, забрасывая каждую дыру осколочными гранатами. Огонь почти стих, видимо, прятавшиеся в двух соседних домах ящеры предпочли отступить. В ворота вливались все новые и новые бойцы.

– Кошки!!!

Вопль услышали все. Восемь штурмовых киберсистем вырвались из клубов дыма, поливая пространство перед собой потоками огня. Сунувшиеся, было, преследовать отступающего врага бойцы рванули назад, за стены горящих домов. Успели не все, десятка два осталось лежать на каменных плитах. «Кошки» изящно и стремительно неслись вперед, двигаясь зигзагами, чтобы уберечься от противотанковых ракет, пули же им были практически не страшны. За несколько секунд преодолев разделяющую их от сибиряков сотню метров, «кошки» ворвались в самую гущу откатывающихся людей, добавив к лазерным лучам, сокрушающие удары лапами.

Сибиряк, пятясь назад, жал на спуск, поливая огнем неясные в дыму силуэты. Рядом падали его товарищи, но он, словно заговоренный все стрелял и стрелял, даже не видя результатов своего огня. «Кошка» вынырнула из дыма буквально в нескольких метрах, еще не обращая на него внимания. Серебристые бока ее, усеивали десятки вмятин от пуль, кое где блеск брони пятнала копоть, но все равно, вид кибера вызывал дрожь. «Кошка» повела плюющимися огнем стволами, срезая еще нескольких бойцов, и сибиряк отбросил пустой пулемет.

– Сука!

Он рванул из подсумка две последние «лимонки» и немыслимым по силе прыжком, оседлал широкую спину кибера. «Кошка» дернулась, пытаясь сбросить седока, но сибиряк, распластавшись плашмя, удержался, всем телом прижав гранаты к короткой шее кибера.

– На, жри!

Взрыв прозвучал на удивление негромко, разорванное пополам тело сибиряка отбросило, а кибер вдруг встав на дыбы, рухнул наземь, подергался, пытаясь подняться, но движения его с каждой секундой теряли осмысленность. И словно солдатская жертва была принята небом, в дымной пелене прогремело.

– Рыцари вперед!!!

Прибывшее подкрепление с ходу ворвалось в схватку, в упор разряжая по кошкам гранатометы. Трудно увернуться от пущенного в упор гранатометного выстрела, даже если ты обладаешь нечеловеческой реакцией. Стрелкам доставалось тоже, даже кумулятивный заряд дает осколки, а взрывная волна с десяти метров оглушает и рвет барабанные перепонки, но в ярости боя многие забывали о себе, продолжая стрелять, даже будучи раненными и раненными смертельно. Лазерный луч прижигает рану, и если он не убивает сразу, то умереть от потери крови не дает тоже, по настоящему гуманное оружие, хотя мучений от такой раны не меньше, а порой и больше, чем от пулевой.

«Кошек» вынесли с ходу, потеряв не более полусотни человек. Массовое применение противотанковых гранатометов себя оправдало, внушая кроме того и уверенность в себе. Все-таки трудно идти в бой, зная, что твое оружие не может поразить врага.

Вперед вырвался здоровенный, почти двухметрового роста рыцарь с ручным пулеметом.

– Навались, мужики!

И мужики навалились, не пригибаясь, полторы тысячи человек, все, кто успел добраться, единым порывом хлынули к последним позициям ящеров. Стреляя на ходу, забрасывая гранатами и ливнем пуль, сошлись в рукопашную.