Кстати, ты знаешь, полчаса назад я был уверен, что ты ей рассказал, как я по ресторанам с шатаюсь.
Наши взгляды схлестываются. Я считал Алмазова мягкотелым, но нет, я просчитался.
– ТЫ – самое последнее, что мне бы хотелось с Олей обсуждать. Если у тебя голова на месте, ты перестанешь ее нервировать. Это может очень плохо закончиться. У тебя есть женщина, есть сын. Отстань от Оли уже.
– Башкой-то думай, что говоришь! Если мы развелись, это не значит, что между нами стоит точка! У тебя пока весна в штанах играет, так ты и бегаешь к ней. А потом что? – я уже хочу возмутиться, но не успеваю. – И не надо мне тут пропагандировать цитаты о том, как правильно жить. Ты в моей шкуре не был. Зато сам не постеснялся моей ЖЕНЕ ребёнка сделать, когда она В БРАКЕ была!
– От такого праведника даже немного удивительно это слышать. Егор. Давай так. Оля со мной. С моим ребёнком. Скоро переедет ко мне. А ты уже остался в прошлом. Смирись с тем, что это никогда не изменится.
Он зло смотрит на меня, подбородок его выезжает вперёд. А я его добиваю:
– Если из-за твоих приездов и обвинений что-то случится с ребёнком, она с тобой больше даже говорить не станет. Вообще.
На мой взгляд, этот аргумент должен подействовать сильнее угроз. И Алмазов медленно выдыхает.
– Как все это мимо меня прошло, – не вопрос. Утверждение.– До сих пор не пойму.
– Не поймёшь, потому что не было ничего. Она меня послала. Столько раз, сколько я пытался. А потом ты сам пролетел. И мне руки развязал.
– Заткнись.
– В общем так. Если ещё раз приедешь, то лишь ускоришь ее переезд ко мне. И облегчишь нам с ней жизнь.
– А не торопишься ты? С переездом.
– В самый раз.
Спустя три минуты я наблюдал, как Алмазов с поникшими плечами плетётся к своей тачке. Хоть он и храбрился из последних сил.
В кармане вибрирует телефон. Она!
– Да, Оль, – тут же прислоняю трубку к уху.
– Все нормально? – уточняет сдавленно, а у меня внутри все корежится от ее убитого голоса.
– Конечно.
– Я так испугалась, когда вы вдвоём ушли… аж потряхивает от напряжения.
– Да брось. Поболтали немного. Ничего такого.
– Я так распереживалась.
– Сейчас поднимусь к тебе.
Вот что он к ней приперся?! Злость неожиданно поднимается изнутри мощными волнами. Ну Алмазов…
ОЛЬГА
– Аскар!
Бросаюсь ему на шею, как только он показывается на пороге. Не хочу его никуда отпускать! Не пущу!
– Ну ты что? – немного меня отстраняет и прячет прядь волос мне за ухо, огорчённо рассматривая опухшее лицо. – Все нормально. Поговорили спокойно. Вполне адекватно.
– А тебе сейчас очень нужно уехать?
Он колеблется недолго. Удивление на его лице очень уж убедительное.
– А ты хочешь, чтобы я побыл с тобой ещё немного?
– Останься до завтра?
Аскар недоверчиво на меня смотрит. А у меня сердце замирает. Я так не привыкла просить о чем-то. Даже о мелочи. Привыкла всегда все делать сама. Не знаю, откуда у меня вечное чувство назойливости и такой сильный внутренний страх отказа. Нерушимые установки. Помню, как в детстве мама частенько ругала меня за что-то. Особенно было обидно за всякие мелочи. Но ещё обиднее было, что Владе за это никогда не доставалось. Потому что она младшая. И ей можно. А ещё ей нужно обязательно помочь. А я старшая. И я должна все делать сама. Я взрослее и умнее. И не нужно никому надоедать своими просьбами…
Но… остаться и побыть со мной ещё немного… это ведь не так сложно, правда? Всего лишь до утра…
Аскар долго не отвечает. Подыскивает причину, чтобы отказать? Его можно понять. Конечно, у него были другие планы. Он же сказал, ему пора ехать, еще должен пару вопросов решить. Он перед уходом четко пояснил, что у него ещё дел по горло. И все срочное. Я только лишь поставила его в неловкое положение.
Опускаю взгляд, скрывая слишком уж острое разочарование. Да он и не обязан, в принципе. На самом деле, это жутко неудобно – вот так с ходу ночевать вне дома. Понимаю, но все равно так бы хотелось, чтобы он изменил свое решение.
– Конечно я останусь, Оль, – резко поднимаю голову, впиваясь внимательным взглядом в его лицо. – О чем разговор.
– Правда? – шепчу взволнованно, а Аскар улыбается в ответ.
– Ну да. Я только ноут заберу из машины. Ты ж за три минуты не передумаешь? – осторожно касается подбородка, приподнимая мое лицо.
А я смущённо улыбаюсь в ответ.
– Буду ждать тебя.
– Я могу в магазин зайти. Что-то нужно?
– Нет-нет. Ничего.
– Да лаааадно. Ты явно будешь опять зверски пытать меня мультиками. Попкорн? Сухарики? Начос?
– Ты невозможный, – подтруниваю и понимаю, что от его улыбки и лёгкости внутри тает слой льда.
****
– В Бельгии три официальных языка. Нидерландский, французский и немецкий. В Брюсселе в основном говорят на французском и нидерландском.
Аскар заказал доставку из ресторана, так что вопрос с ужином у нас отпал сам собой. А теперь мы лежим на диване и на фоне включённого телевизора болтаем обо всем на свете. И даже без мультиков, ехидно отмечаю про себя.
– А ты на каком разговариваешь?
Я лежу у него на плече, перекинув ногу через его колено. Аскар мягко гладит меня по голове, пропуская пряди волос сквозь пальцы.
– На французском. Немецкий знаю посредственно. А до нидерландского я как-то не дорос. Времени не было особо углубляться.
–
