Джинким молча выслушал ее.
– Как называется яд? – спросил, когда она умолкла.
– Атропин. Его получают из плодов кустарника, который у меня на родине называют красавкой. По виду напоминают темную вишню. Съешь такую ягоду – и наступают бред и безумные видения. Есть у нее еще одно название – белладонна. Женщины закапывают в глаза ее сок – от этого расширяются зрачки и блестят глаза. Звучит красиво, но в больших дозах это смертельный яд. Особенно опасен для людей со слабым сердцем.
– И для Маффео?
– Да, для него очень.
– Странно… никогда не слыхал о таком яде.
– Может быть, он здесь называется иначе?
Джинким стал припоминать.
– Не думаю… Я хорошо знаю все здешние растения, но такого кустарника, который ты мне описала, еще не встречал. И Ли Мубай, кажется, тоже ничего о нем не знает, а то разобрался бы, что к чему.
– Надо выяснить, кто во дворце может знать об этом яде и кому понадобилось убивать Маффео. Не думаю, что таких много.
– Ты ошибаешься, – возразил Джинким, – их больше, чем ты думаешь. Это арабы, и прежде всего Ахмад, министр финансов Хубилая. Ты должна его знать – он был у меня, когда ты случайно забрела в мои покои.
Он замолчал, лицо покрылось легким румянцем. Потом заговорил снова:
– Ахмад – опасный человек. Давно подозреваю, что он обманывает Хубилая, обкрадывает казну – тратит деньги на свои подлые делишки. Но пока я это не докажу, Хубилай мне не поверит. Вот я и попросил Маффео перед отъездом из Шангду проверить тайно его бухгалтерские книги. Маффео знает арабский и может разобрать каракули этого негодяя. Кроме того, он общается с купцами. Не исключаю, что уже нашел улики против Ахмада.
– Да, Маффео мне кое-что рассказал. – Беатриче задумалась, наморщив лоб. – Значит, мотив есть. Но как он раздобыл яд?
– Это для него пустяк. Ты знаешь, арабы – все торгаши. У них везде контакты, вплоть до дальних стран заходящего солнца. Один из его дружков вполне мог добыть для него этот яд.
– Значит, один из подозреваемых – Ахмад? – проговорила Беатриче, вспоминая подслушанный невольно разговор.
В памяти всплыл злобный, резкий смех того, другого, который говорил с сильным акцентом и профиль которого она увидела на миг… Налетел новый порыв ветра, и она, поежившись, плотнее завернулась в теплую доху. Какой сегодня сильный ветер… странно, что еще не выпал снег.
– Но кто заинтересован в смерти Маффео?
– Марко.
Она вздрогнула, недоверчиво уставилась на Джинкима. Зачем Марко убивать дядю? И вдруг вспомнила про платок – с такой откровенной небрежностью он бросил его на пол… Неужели и вправду Марко такой бессовестный и бездушный? Вот чудеса! Герой, который вплоть до двадцать первого столетия завораживал Европу описаниями своих путешествий, на самом деле мошенник и аферист?..
– Ты действительно говоришь о Марко Поло? Ты уверен в этом?
Сознание не допускает, отказывается принять такую версию! Она готова вступиться за репутацию молодого венецианца… Но что-то подсказывает ей – Джинким прав.
– Но он же его племянник… Да и зачем Марко понадобилось убивать Маффео?
– Потому что он человек без стыда и совести. Маффео владеет состоянием, и это не дает Марко покоя, – отвечал Джинким. – У Маффео есть одна ценнейшая вещь, которой нет ни у кого на свете. Ради нее и не такие люди, как Марко, а даже достойные и честные готовы пойти на убийство. Я… ты ведь догадываешься, о чем идет речь. – И буквально пронзил ее взглядом.
Она почувствовала, что краснеет. Неужели Джинким говорит о камне Фатимы? Но откуда он знает… или правда обладает телепатическим даром?..
– Не понимаю, о чем ты.
Она старалась не выдавать своего волнения, только, видимо, это ей плохо удается: Джинким вдруг засмеялся, словно услышал забавную шутку.
– Ты можешь не выдавать своей тайны. – Он сделав паузу. – Ни ты, ни Маффео. Но хочу предупредить: Марко известно все. Он не умеет довольствоваться малым, когда речь идет о власти и богатстве. Для него все средства хороши. Если то, что я слышал о камне, хотя бы наполовину правда, – ему нет цены. Марко не задумываясь уберет Маффео со своей дороги, чтобы завладеть камнем. Марко тоже из Страны заходящего солнца и наверняка знает об этом яде.
Беатриче затруднялась ответить. Аргументы Джинкима просты и понятны. Но как он узнал о камне – неужели Маффео рассказал ему? Трудно в это поверить.
– Откуда ты…
Джинким перебил ее:
– Поговорим об этом в другой раз. – Он вздохнул, и лицо его помрачнело.
– Я мог бы назвать еще нескольких, кто заинтересован в смерти Маффео. Тебе трудно понять, но даже у него есть враги. Это люди, которые жаждут занять его место при дворе. Есть и такие, кто убил бы его, чтобы навредить Хубилаю или мне. Например, Зенге.
– Зенге? – переспросила Беатриче. – Кто это?
– Один из монголов, он даже принадлежит к нашему роду. Многие называют его чудовищем. Старики говорят, что Зенге колдун, имеет дело с нечистой силой, знаком с черной магией и связан с демонами. Для него достать яд – чистый пустяк. – Джинким вдруг умолк и задумался. Но вот что-то новое, видимо, пришло ему в голову. – Не знаю, где правда, а где ложь, но ясно одно: Зенге злой и опасный человек. Для него нет большей радости, чем навредить кому-то. Он способен убить человека, только чтобы посмотреть, как действует яд. Ну а потом со злорадством ждать – уличат его в убийстве или нет.
Беатриче растерянно покачала головой. Колдуны, черная магия… какая чушь! Да и сам Джинким вряд ли во все это верит. И снова в ушах у нее прозвучал смех того, кто разговаривал с Ахмадом, – жуткий, злобный смех… И вдруг ее осенило: тот человек – Зенге! Какое точное слово – «чудовище». Пусть россказни стариков – всего лишь страшилки на ночь, все равно не дай бог встретиться с этим человеком. Какое счастье, что он ее не видел… И вдруг она ощутила под теплой дохой озноб. Но не ветер тому причиной – страх пронизывает ее насквозь…
– Что же нам делать? – растерянно спросила она.
Что-то зуб на зуб не попадает… Она пыталась справиться с дрожью, а думала о том, как им раскрыть преступление. В голове вертелись сложные ходы из детективов. Что характерно для работы сыщика? Зафиксировать следы преступника; снять отпечатки пальцев; провести тест слюны; проследить цепочку, по которой идет товар, – в данном случае яд… В Германии двадцать первого столетия многое делается простым щелчком мышки компьютера.
А что за возможности у нее здесь? Как можно шире раскрыть глаза и навострить уши – вот, пожалуй, и все.
– Я буду следить за всеми, кого подозреваю, – пообещал Джинким, – особенно за Марко, Ахмадом и Зенге. Возможно, мне удастся проникнуть в их покои.
