безумию. ‒ Просто замечательно! Надеюсь, мы только начали, не правда ли?
‒ Да, безродный щенок! ‒ просипел яростно Балинт, левой рукой срывая с себя обрывки одежды и утирая ладонью хлынувшую из тела кровь, пока во второй у того стала сгущаться двуручная тёмно-сизая стихийная секира, а его туман вновь пришел в сумбурное движение и в очередной раз начал заполонять всю арену, миг спустя голос уже разносился с различных сторон обширного Вавилона. ‒ Тут ты прав! Мы только начали! Пора нам сразиться не как воителям и магам! А как столпам!
Да будет так!..
Плащ алой молнии Реанора!
Постулат реанорского берсерка…
Джады со стремительным и свистящим шелестом оказались в ножнах, а пальцы обхватив пустое место, вырвали из пространства заревевшее громовое копьё-глефу, которое не только озарило на несколько мгновений всю местность, но и смогло разогнать на пару вдохов сгустившийся туман Австрийского.
‒ Знай одно, Габсбург! ‒ безумно хохоча, прошелестел я, начиная медленно шагать вперед и раскручивая собственное оружие, отчего то греметь стало еще громче. ‒ Совсем скоро я забью тебя как животное...
Однако ответом мне был надменный и громкий смех сотен глоток, а затем несколько десятков туманных силуэтов нескончаемой лавиной двинулись из эпицентра силы Габсбурга.
‒ Знакомый трюк! Поэтому предлагаю повысить накал! ‒ усмехнулся весело я, полностью отдаваясь в пучины реанорского транса и теряя всем знакомые человеческие очертания. ‒ Тот мусор использовал нечто похожее. Однако это тебе не поможет! Я давал вам шанс! Теперь уже поздно…
Мир на долю секунды померк и возродился вновь, вот только отныне не было более никаких иных цветов и красок, кроме одной. Вся арена, небо и земля окрасились в тёмно-кровавые цвета.
Естество Жнеца Бездны явило себя новому миру. А ужас и страх стал терзать сердца слабых духом людей.
‒ Да прольётся и обагриться кровью всё живое… ‒ зашептал я себе под нос реанорским языком былую мантру, которую всегда стремился забыть, попутно с этим истребляя одного за другим приставучих клонов. ‒ Да явит себя Линчеватель Мерраввина… Ведь на всё воля её…
А теперь…
Пиршество алой молнии Реанора…
Истребление алой молнии Реанора…
Всё живое и враждебное обратится пеплом и кровью.
И в заключение…
Рассвет династии…
Глава 21. Аре кате ла тийз нор ам эс фэр…
Первое кольцо. Москва.
Наистарейшая магическая арена в Российской Империи «Вавилон».
День хольмганга.
За гранью барьера…
На глазах у изумлённых и напуганных десятков тысяч людей наполовину разрушенное ристалище оказалась затянуто густым и непроглядным туманом. Различные техники из сизого марева сыпались на Палача Империи нескончаемым градом.
Многим даже стало казаться, что схватка вот-вот должна окончиться. Балинт Габсбург после нанесенного увечья решил взяться за дело всерьез. Для присутствующей знати успехи молодого юноши чем-то напоминали чудо, и победителем из сражения в любом случае выйдет будущий император Австро-Венгрии, ведь иначе и быть не могло, итог должен быть закономерен, однако происходило такое недолго. Точнее до тех самых пор пока князь Лазарев не расплылся в зверином оскале и, произнеся какие-то слова, с жутким и свирепым видом вырвал из пространства ревущее громовое копьё.
Густой туман стал медленно расступаться, трескучая алая молния вновь начала успешно противостоять враждебной силе и разгонять её прочь, а затем красноглазый уникум сделал движение вперёд, продолжая что-то говорить.
Вначале был один шажок, после другой. Каждый его шаг сопровождался оглушающим грохотом и яростными вспышками молнии. Копьё к этому времени напоминало настоящий тёмно-багровый несоизмеримых размеров резак, который с неистовой силой истреблял клонов Австрийского, наряду с этим шагая вперед к эпицентру туманной бури. Снопы и столбы молнии неустанно бомбардировали сизое пространство и всю округу, а миг спустя тело имперского князя наполнилось ослепительной и могущественной истребляющей вспышкой, а следом последовал волновой взрыв из чистой алой стихии, который уничтожил половину округи.
Вот только всё это было лишь началом. На глазах у шокированных наблюдателей и зрителей тело Лазарева вдруг начало сливаться с самой багрово-кровавой молнией и заметив подобные метаморфозы, силуэт мужчины стал трансформироваться. Черты лица резко стали менять свой вид и образ, вызволяя на волю чем-то хищный и звериный облик. Публика в очередной раз ахнула, загудела и также живо замолчала, потому как в следующий момент вновь последовала вспышка. И то, во что успел преобразиться Палач Империи, внезапно резко исчезло и в единое мгновение оказалось разнесено по всей
