Услышав ее громкий стон, Макс сразу открыл глаза.
– Макс О’Хейр, надеюсь, это не шутка? – хрипло спросила Грейс.
– Ты хочешь сказать… тебе нравится такая перспектива?
Грейс закусила губу, легла рядом и сбросила черные трусики. Макс смотрел ей в глаза, хотя его выворачивало наизнанку от желания заглянуть ей между ног. Они оба тяжело дышали, нежно глядя друг на друга.
– Я тебя не тороплю, – сказал Макс.
Ответом ему был всплеск нервозного смеха. Макс понимал: надо сказать ей что-то ободряющее, как-то успокоить. Но его поведение было в высшей степени дурацким. Сейчас он напоминал перевозбужденного мальчишку-девственника, готового кончить, едва увидев разведенные ноги сверстницы.
– Успокойся. – Грейс положила ладонь туда, где бешено колотилось его сердце. – Не забивай себе голову мыслями. Со мной все в порядке. – Грейс потянулась и осторожно поцеловала его в щеку. – Кажется, это я должна быть комком проблем, а не ты.
– Тогда… начинай, – едва слышно сказал Макс.
Она стала подниматься. Каждое движение было спокойным. И откуда такое спокойствие? У Макса перехватило дыхание. Грейс вцепилась в чугунное изголовье кровати и посмотрела на Макса. Лоб прорезали морщины.
– Не надо ничего говорить, – упредил ее слова Макс. – Ты потрясающе, фантастически выглядишь.
Грейс подняла ногу, закинув Максу на грудь. Зрелище совершенно голой Грейс было впечатляющим. Он восхищался каждым уголком ее тела. Его ладони осторожно скользнули по ее бедрам, поднялись чуть выше и снова опустились. Макс делал все, чтобы только не испугать ее.
– Иди ко мне. Я хочу… полакомиться тобой.
Грейс нависла над ним. Наконец его губы встретились с ее влагалищем. Перед глазами Макса замелькали разноцветные звезды. Боже, она была совершенно мокрой! Истекающей соками. Макс застонал. Терпение подвело его. Он языком коснулся ее клитора, вызвав поток нечленораздельных восклицаний. Грейс содрогнулась всем телом.
– Макс! Я… ох…
Ее бедра раскачивались, словно полученные ощущения были выше ее возможностей. Но Макс удерживал ее ноги, шепча в эту потрясающую влажность.
– Все хорошо. Я уже лакомлюсь.
Это было нечто: густое, с кислинкой. То, что надо. Макс утыкался языком в ее набухший клитор, слизывая каждый дюйм удивительного угощения. Грейс извивалась и громко стонала. Юркий, голодный язык Макса быстро скрылся в недрах ее влагалища, став частью ее тела и принимая на себя каждое движение ее бедер.
Она и пахла фантастически. Кроме запахов ее влагалища, ноздри Макса улавливали аромат масла какао и легкий запах пота. Когда они бегали, это сочетание очень возбуждало его. Грейс стонала, а Макс, не в силах оторваться, целовал и слегка прикусывал ее клитор. Каждое его прикосновение вызывало новый стон.
Тем временем руки Макса медленно двигались по животу Грейс, к ее бедрам. Те выписывали восьмерки, буквально сводя его с ума. Осторожно сжав ей бедра, он снова припал ртом к влагалищу. Грейс застонала. Этот стон означал только одно: приказ продолжать. Открыв глаза, он увидел, что ее голова запрокинута, а волосы разметались по спине. Несколько прядок щекотали ему живот. Макс нежно погладил ей шею. Грейс хрипло произнесла его имя, а потом… потом началось то, о чем он мечтал. Грейс трахала его в лицо! Она совершала толчки своим вздувшимся клитором прямо ему в рот. Теперь они содрогались оба.
И вдруг Грейс схватила его за волосы, с силой прижав его лицо к своему влагалищу. Ей это нравилось. Она хотела еще и еще. От одного этого его член дергался между ног.
– Я… ой!
Макс почти забыл, каково слышать стоны возбужденной женщины, делающейся ненасытной и кончающей ему на лицо. Он сосал, лизал, проталкивал язык глубже, сначала осторожно, проверяя ее реакцию, потом все сильнее и сильнее. Ее тело раскрывалось, звало его, жаждало новых наслаждений. Макс превратился в пульсирующий комок. В висках стучало. Он продолжал… пока не услышал характерные вскрикивания. Грейс была близка к оргазму. Единственное, о чем он сейчас жалел, – это то, что он не сможет увидеть ее лицо в момент, когда все случится.
– Я не могу… Это… Да, Макс! Да! – кричала Грейс, всхлипывая и содрогаясь от подступающего оргазма.
А Максу было мало. Он еще глубже погрузился в ее промежность. Пальцы Грейс теребили ему волосы, упорно придвигая его голову к ее невероятно мокрому влагалищу.
Макс не представлял, как он сейчас выглядит. Наверное, зрелище не для слабонервных. Он еще ухитрялся бормотать ругательства.
Он поймал ее оргазм языком и проглотил все, что вылилось. Это не переводилось ни в какие слова. Даже возгласы здесь были бессильны. Бешеная гамма запахов и ее скользкая кожа тащили Макса в сладостное безумие. Он терял рассудок, который сейчас был ему совершенно не нужен. Грейс стонала, бормотала. Ее оргазм утихал, и она, совершенно липкая от своих соков, плюхнулась рядом с Максом.
Макс шумно выдохнул, облизал губы, вытер ладонью лицо. Запахи Грейс еще были рядом, продлевая его наслаждение. Однако член дергался и требовал опорожнения. Макс не решался до него дотронуться, ожидая слов или движений Грейс. Пока что она безмятежно улыбалась. Улыбка была на редкость заразительной. Губы Макса сами собой растянулись.
– Ты как? – тихо спросил он. – Нормально?
Грейс кивнула, продолжая улыбаться.
– А ты? – Она тряхнула головой. – Кажется, я не напрасно потрудилась.
Макс подождал еще. Грейс молчала и не шевелилась. Тогда он приподнялся и потянулся за своей одеждой, но Грейс взяла его за руку:
– Ты куда?
В ее голосе еще сохранялась сексуальная хрипотца. На лице застыло недоумение и что-то похожее на обиду.
– Ты не думай. Я от тебя не убегаю, – торопливо пояснил Макс. Он оглядел себя. – Мне нужно немного умыться. Потом домой, чтобы позаботиться о нем. – Макс указал на свой вздыбленный член. – Я подумал, что ты хочешь… – Он не договорил, глупо улыбаясь.
– Я хочу, чтобы ты тоже кончил. Я хочу сделать то, о чем ты просил. Мы прошли только один этап. Так ты позволишь…
От этих слов он был готов подпрыгнуть к потолку. И тем не менее…
– Грейс, все это чертовски заводит. Даже слова. Но… ты уверена?
Грейс удивленно посмотрела на него. Казалось, его вопрос ее немного обидел.
– Макс, ты только что подарил мне восхитительный оргазм. Такого у меня не было уже очень давно. Ты помог мне продраться сквозь дебри стыда, страха и неуверенности в своих силах. Ты своим языком творил просто фантастические вещи. Я не хочу знать, где ты этому научился и как это у тебя получается. Но я испытала такое… такое…
Макс почувствовал гордость. Он подарил Грейс то, что не в силах подарить десятки сеансов с лучшими психотерапевтами. Он помог ей поверить в ее сексуальную силу. Грейс убедилась: ее могут хотеть. Ее могут жаждать.
