«Так что, хрустальная сфера может быть права», — против своей воли, взволнованно вставил Рагх, — «Там внизу может отыскаться лекарство для Дамона».
«В Квалиносте было много чародеев и ученых, самые утонченные эльфийские умы во всех этих землях». Она пошевелила пальцами в воде, заметив, что воронки были маленькими, и поверхность взволновалась лишь на короткий миг, прежде чем вернуться к спокойствию. «А может быть, и самые утонченные умы на всем Ансалоне». Она попыталась вызвать зыбь, но та через несколько сантиметров пропала. «Странно».
«Странно, что у эльфов есть утонченные умы?»— задумчиво произнес Рагх. И намного, намного мягче добавил: «Я уважаю эльфов, Ферил. Больше, чем они уважают меня и мой вид».
«Ферил…»— Дамон двинулся вперед, его передние когти достигли мелководья. — «Ты в самом деле думаешь, что ключ к разгадке может быть в магии Квалинести?»
«Я не знаю». — Она пожала плечами. — «Они разбирались во многих вещах, и они одержали победу над Великой Драконицей, не так ли? Что может быть плохого, если я поищу вещи, которые они оставили?» Она посмотрела через плечо вверх, Дамону в глаза. «Согласна, я в любом случае хотела прийти сюда, Дамон. В конце концов, я бы и одна пришла сюда, если бы мы не встретились снова. У меня любознательная натура, и это место, с его невообразимой историей печали и трагедии, притягивает меня».
«Ты хочешь посмотреть, правдивы ли истории о затонувшем городе?»— спросил Дамон, печально качая головой. Это движение всколыхнуло воздух и донесло до нее запах болота.
Она нахмурилась. «Нет. Сомневаюсь, что мне пришло бы в голову войти в воду, если бы ты не уговорил. Я хотела увидеть озеро. Говорят, что эльфы сюда не ходят».
«Как ты сказала, это может быть опасно».
«Наш мир опасен». Она осторожно двигалась, пока вода не дошла ей до талии, а затем почти до плеч. «Один из беженцев из Квалинести, с которым я говорила, упоминал о работе на мудреца, изучавшего драконов и их магию — он сказал, что этот мудрец со своими учениками, как и многие другие, отказался покинуть Квалиност, так что, скорее всего, погиб там. Возможно, если я смогу найти мастерскую этого мудреца, или что-то другое, столь же важное, это сможет помочь тебе. Я согласна с тобой, что стоит попробовать».
Дамон в тихом восхищении наблюдал, как кагонестийка храбро откинула назад голову, и вода заиграла вокруг ее шеи. Она закрыла глаза.
«Тем не менее, Ферил, я вижу то же, что и ты. Вода ведет себя странно. Поблизости нет следов животных. Я ощущаю, если не опасность, то тревожные знаки», — произнес он. — «Будь осторожна».
«Вы с сиваком можете подождать меня в тени дубов. Я какое-то время буду отсутствовать». — С этими словами, бросив последний взгляд через плечо, Ферил вдруг скрылась под поверхностью. Рагх выжидающе открыл рот, встретившись с пристальным взглядом Дамона.
«Сивак», — с некоторым раздражением произнес Рагх, убедившись, что она не собирается тотчас же всплыть в поле зрения. — «Меня зовут Рагх, эльфийка». Он оставил песок, выйдя на траву, и нахмурился, не увидев ямки, которую сделал ногой у кромки озера. «Это озеро — проклятое место».
Дамон, ничего не говоря, подошел к нему ближе.
«Твоя эльфийская подружка может дышать водой?»— уже спокойнее спросил Рагх.
«Если нужно. Я видел, как она скользила по сознанию морских тварей, и я видел, как она отращивала жабры. Еще она может ассоциировать себя с любым животным».
Рагх направился к деревьям. «Не уверен, что хотел бы дышать той водой, даже если мог бы. Гм-м, никаких следов животных у озера». Затем он вспомнил, как не смог отыскать на песке свои собственные следы. «Проклятое место, и будь проклят ты, что не рассказал мне этот свой план, что не рассказал мне, что узнал из той хрустальной сферы. Я заслуживаю того, чтобы знать подобные вещи. Ты рискуешь жизнью своей подружки-эльфийки, но и мной ты тоже рискуешь. И моей половиной сокровищ тоже, не спросив меня».
«Половиной?!»— Дамон презрительно фыркнул. «Ферил ведь не знает, сколько на самом деле у нас сейчас сокровищ, не так ли?»— беззаботно сказал он. У Рагха отвисла челюсть. «В любом случае», — продолжал Дамон, — «она опасная личность, ты уже это видел. Она вполне способна позаботиться о себе».
«Что еще сказала твоя хрустальная сфера? Полагаешь, она там внизу нарвется на неприятности?»
Взор Дамона затуманился. «О, она непременно нарвется на неприятности, но, как я сказал, она сможет позаботиться о себе. Я не отправил ее туда в качестве жертвы. У меня все еще есть некие… чувства, знаешь ли, но я хочу излечиться, снова быть человеком, и тогда, друг мой, наша груда сокровищ позволит нам жить королями».
* * *
Вода была приятно теплой и расслабляющей, цвета бриллиантовой синевы, под казавшейся темной поверхностью, будто некий внутренний свет делал ее практически светящейся. Задержав дыхание, Ферил почувствовала, как вода мягко сдавила уши. Она не была уверена, насколько далеко видела под водой, возможно, только метров на тридцать — из-за насыщенной синевы. Прошла минута, и ничего не случилось; спустя две минуты, она что-то увидела уголком глаза.
Обернувшись, Ферил заметила рыбу с серебристыми боками и розовой полоской. Разновидность озерной форели, решила она, и за первой появилась еще одна рыба, длиной с ее предплечье. Эта была зелено-коричневой, ее пасть тянулась под толстым глазом и дальше. Вероятно, окунь, сперва подумала она, но когда та подплыла ближе, стало видно, что она более цветастая и быстрая — новая порода, которой Ферил не знала. Вскоре она увидела пару маленьких черных бычков со снежно-белыми подбрюшьями.
Затем в поле зрения закружились серебристые плавники, прежде чем унестись прочь и исчезнуть из виду. Появились другие рыбы, а с ними тихий звук, похожий на легкое поскребывание, словно большие рыбы задевали друг друга.
Присутствие такого количества рыбы успокоило ее. Ферил не сказала Дамону, но она опасалась, что вода на самом деле может быть полностью отравлена, так как она не заметила каких-либо следов животных поблизости, и так как та была неестественно неподвижная и темная на поверхности.
Ферил поплыла вперед, все еще удерживая дыхание, теперь заметив обильную подводную растительность, что еще больше подняло ей настроение. Повилики, камыши и изящный озерный овес считанных сантиметров не достигали поверхности. Где растительность была наиболее плотной, все кишело разнообразными рыбами. Она заметила высокую рыбу-барабан, издававшую похрюкивание, навязчиво разносившееся по воде. Там были костно-челюстные щуки, охотившиеся на более мелкую рыбу, веслоносы и цихлазомы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
