Да, может быть, Дамону лучше оставаться драконом, задумалась Ферил, наконец, развернувшись и уносясь от морды дракона. Она размышляла, могла бы она обрести счастье в таком виде, но чувствовала, что Дамон не очень был счастлив, и что быть драконом ему не шло. Разве она не предпочла бы видеть Дамона человеком?
Внезапно Ферил обнаружила, что заблудилась. Она не знала, где была, куда плыть, и даже как далеко и глубоко заплыла в это верно названное Озеро Смерти. Она подплыла ближе ко дну и начала описывать расходящиеся круги, проплывая над сгнившими стволами деревьев и мертвыми телами, сломанным оружием, а затем поваленными колоннами и разметанными камнями домов. Позади — позади всего этого — она видела несколько практически нетронутых зданий.
Квалиност.
Она замерла, широко распахнув глаза. Город позади тех первых, разрушенных, зданий выглядел как из позабытого сна — искусные шпили поднимались со дна озера, раскинулись дворы, изящные статуи подтверждали таланты величайших мастеровых Квалинести. Своими рыбьими глазами она различала сквозь воду цвета. Цвет зданий варьировался от белого до бледно-коричневого, все со светлой отделкой и замысловатыми резными дверями и ставнями, все скользкие от водорослей и гниения. Она почти ожидала увидеть дюжины эльфов, передвигавшихся с места на место, выполняя свою повседневную работу, но не проплывало ни единой рыбы, и она знала, что вода была такой же холодной и окрашенной, как рядом с трупом дракона.
Она не видела весь город, подозревая, что лицезреет только малую внешнюю часть его, и ощущала, как ее переполняют эмоции, острый приступ тоски, что она не посетила это выдающееся место годы назад, когда оно было полно жизни.
Здесь должны были быть библиотеки для исследований и мудрецы, которых можно было бы посетить в их домах, места, где когда-то жили величайшие из эльфийских чародеев и обучались подмастерья. Она подумала, что Квалиност должен был быть хорошим местом, чтобы потратить часы и отыскать практически любой предмет. Это был такой великолепный город — когда-то. А теперь он лежит глубоко под Озером Смерти, укрытый темно-синими водами.
Откуда начать? С чего, ради всего святого, мне начать?
Она поплыла в сторону низкого здания с изогнутыми стенами. Ряд поваленных стволов деревьев располагался параллельно тому, что выглядело фронтоном строения. Ферил представила, что когда-то это были березы, судя по нескольким белым похожим на бумагу ошметкам коры, оставшимся у их основания. Вблизи все деревья, что она видела, напоминали черные и серые палки, силуэтами вырисовывавшиеся на фоне бледных зданий и темно-синей воды, словно штрихи углем на холсте. Словно зимний пейзаж, учитывая отсутствие листвы.
Листва и жизнь ушли навсегда, подумала она. Квалиност, одно большое кладбище, здания и деревья служили свидетельствами величия эльфийской гибели.
Печаль переполняла ее, когда она проплыла вокруг поваленных берез вдоль стены изогнутого строения. Возможно, это была библиотека, определенно, это здание предназначалось для использования гражданами, его дизайн приглашал. Подходящее место, чтобы начать ее исследования? Хотела бы Ферил, чтобы Дамон был здесь, чтобы увидеть это и дать ей совет. Хотя было тягостно думать, что века цивилизации были похоронены в этом озере, затопленный город сохранял часть своего бывшего очарования, и она хотела бы разделить его с ним.
Приблизившись к зданию, она обратилась вглубь себя и ощутила знакомую магическую искру. Она убедила ее разгореться и направила энергию в свой хвост и плавники, возвращая себе ноги, руки и эльфийские пропорции. Шкура зубатки вновь превратилась в ее кожаную тунику, и ее пальцы вытянулись в воде. Она сохранила жабры, жизненную необходимость, но избавилась от острого рыбьего зрения и вернула свои собственные глаза. Несмотря на глубину, она достаточно неплохо видела. Холод был все еще жгучим.
Здание, к которому она приблизилась, имело резную арку над перекошенной окованной железом деревянной дверью. Резьба была крошечной и тонкой, изображавшей эльфийских детей, игравших с маленькими похожими на кошек существами. Величавая эльфийская матрона присматривала за ними. Другая резьба, шедшая по всей длине двери, изображала детей, несших руны эльфийского диалекта, с которым Ферил была только бегло знакома. «Синэрил т’Дибан», — прочитала она. «Дары Дибана», — подумала она, это означает. Лучше б перевод звучал «внутри тепло», скривившись, подумала она.
Она крепко взялась пальцами за дверную ручку и потянула. Железо было ржавым, дерево разбухло и покорежилось от воды, так что Ферил не смогла и сдвинуть ее с места. Странно, но не было окон. Она подплыла к крыше, ища окно или чердачный люк, но не нашла ничего. Кагонестийка сказала себе, что ей нужно двигаться дальше. В поле ее зрения были сотни зданий, но это строение возбуждало ее любопытство, поэтому она вернулась к двери и прижала пальцы к дереву.
Сдвинься для меня, — попросила она. — Будь проклято мое любопытство. Сдвинься!
Ее энергия поднялась из груди, прошла по рукам к пальцам, а затем в дерево. Ее магия выпрямила дверную панель, и та распахнулась сама по себе. Из проема заструился желтый свет, и Ферил скользнула внутрь.
Изумительно, подумала она, снова желая, чтобы Дамон был здесь, чтобы увидеть все это. Здание состояло из одной большой комнаты, и та была заполнена множеством скульптур. На первый взгляд, она могла сказать, что большинство из них изображали эльфов, и большинство из них были статуями детей в различных игровых позах. Ближайший ребенок тянулся к бабочке; другая была молодым мальчиком с большой лягушкой в руках. Позади этих были скульптуры более взрослых детей, а в дальнем конце комнаты Ферил увидела фигуры взрослых. Возможно, это было демонстрацией стадий взросления. Картины на стенах, сильно поврежденные водой, изображали эльфийских младенцев.
Другие скульптуры принадлежали лесным обитателям, кентаврам и маленькой крылатой фее, жившей, как подозревала Ферил, только в воображении художника. Эти работы, очень похожие по стилю, она могла с уверенностью сказать, были созданы одним и тем же лицом. Эта комната олицетворяла дело всей жизни. Здесь их были сотни, как поняла она, заглянув в самые дальние уголки комнаты, большинство маленькие, но много и в натуральную величину, а некоторые — в две или три величины исходного объекта. Ферил знала, чтобы создать в таких подробностях все эти произведения искусства, потребовались сотни лет. Дело всей жизни было уничтожено с гибелью дракона и поглощено этим озером.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
