Ее тонкие руки стали такими тяжелыми, что она уже едва могла поднять их, едва могла продолжать плыть. Она бросила взгляд наверх, видя только бесконечную синеву, и поняла, что ей нужно всплыть к поверхности — хотя бы ненадолго.
Насколько глубокое это озеро? На сколько метров я погрузилась?
Ферил направилась вверх, плывя уже медленнее. Перед тем, как вернуться, нужно будет хорошенько согреться. Она так ужасно, ужасно замерзла. Этот город и это озеро никуда отсюда не денутся, так что Ферил знала, что у нее будет время восстановить силы и рассказать Дамону, что она обнаружила. Может, даже стоит подождать до завтра, прежде чем вернуться.
Тут она обнаружила, что приблизилась к башне, и в нескольких метрах от нее было открытое окно. У нее по-прежнему за ремень был заткнут волшебный кристалл, чтобы освещать путь. Что находится в башне? Любопытство Ферил снова одержало верх, и она решила бросить беглый взгляд внутрь. Всего лишь несколько минут, сказала она себе, стараясь заставить себя продолжать плыть. Несколько минут ничего не решат, а затем я смогу продолжить путь и на какое-то время согреться. Она пролезла через окно, и волшебный свет озарил комнату, наполненную, на первый взгляд, туманом, но эта дымка на самом деле оказалась многими слоями пергамента, быстро догадалась она, все эти листы заполняли пространство от пола до потолка. Ферил протянула вперед руку, коснувшись нескольких листов. Они рассыпались в прах, напоминая фрагменты раздробленной яичной скорлупы.
Она взмахнула руками, чтобы разогнать эти кусочки, снегом повисшие у нее перед глазами, и посмотреть вглубь комнаты. Ферил увидела на дальней стене полки, все заставленные книгами. Скорее всего, вода их все уничтожила, но всегда оставался шанс, что несколько страниц можно высушить и спасти. Если, случайно, эти книги содержали какие-нибудь волшебные заклинания или знания, вода не должна была причинить им вред — это она узнала, когда путешествовала с великим чародеем Палином Маджере.
Так много книг, и это всего лишь одна башня.
Она понимала, что они могли быть бухгалтерскими гроссбухами или родословными старейших семей Квалиноста. Они могли оказаться чистыми книгами для записей, ожидавшими, когда их продадут какому-нибудь ученому или государственному деятелю, чтобы быть заполненными их великими мыслями. Они все могли быть уничтожены. В надежде на чудо, она вытянула одну из книг, короткий узкий том, обернутый в красную кожу. Обложка расползлась, рассыпав страницы на пол, где они рассеялись во всех возможных направлениях.
Бессмысленно. Как и эта идея найти здесь лекарство для Дамона бессмысленна. Во имя кулака Хаббакука, как ему вообще пришла эта идея предложить мне обыскать озеро? В поисках чего? Чего?
Ферил попыталась взять другую книгу, но не смогла; внезапно ее руки сковало оцепенение. Это холод вызывает у меня приступ отчаяния, подумала она, это холод заставляет все казаться бесполезным. Я знаю, ответ здесь. В Квалинести жили некоторые из самых выдающихся ученых и чародеев на всем Кринне. Им пришлось оставить что-то, что может помочь Дамону.
Так ужасно, ужасно холодно.
Так хорошо было бы ощутить кожей солнце наверху. Она мечтала о тепле, когда клочки пергамента всплыли и затанцевали перед ее глазами, хотя здесь не было течения, чтобы всколыхнуть их, а она не шевелила руками, чтобы побеспокоить их. Почему они движутся и так искрятся? Она поняла, что ее разум сыграл с ней шутку; окоченение вызывало у нее видения. Хотя она продолжала дышать ледяной водой, чувствуя, как та движется взад-вперед сквозь ее жабры, теперь она даже не могла повернуть голову. Она замерзала. Было ощущение, что она превращается в лед.
Цвет танцующих клочков пергамента сменился на серый, а ее волшебный свет померк. В комнате неуклонно темнело. У нее было ощущение, что она тонет.
Слишком долго, сказала она себе; она слишком долго оставалась здесь внизу. Будь проклято мое любопытство. Еще раз Ферил попыталась заставить двигаться руки и ноги, чтобы выбраться из окна. Может, она и достигла какого-то прогресса, но не была уверена. В комнате стемнело. Было трудно различить какие-либо детали.
Теперь у Дамона нет надежды. Ферил не скорбела по своей собственной кончине; она знала, что все живое живет и умирает, но ощущала грусть, что не смогла помочь Дамону. Ей было интересно, на что похожа смерть. Кагонестийка почитала Хаббакука больше любого другого из богов Кринна, и хотела бы знать, встретит ли его, когда покинет этот мир.
Одна последняя отчаянная попытка шевельнуться.
В комнате в башне на дне Нэлис Арена стало еще холоднее и темнее.
Глава 8
Дамон Грозный Волк снова был человеком, высоким и загорелым, его пшеничного цвета волосы развевались вокруг него. Он тонул в озере, далеко к северу от Квалинестийского леса. Его кожа ощущала прохладу воды, но это не было неприятное ощущение. Было бы комфортно, если бы отяжелевшая одежда и ботинки не тянули его неумолимо и неотвратимо вниз.
Он дрался с драконом — своим бывшим напарником Гейлом — и в разгар сражения рухнул в озеро, это столкновение с поверхностью выбило из него дух и лишило сознания.
Вода затягивала его глубже, его глаза затрепетали и открылись. Он не многое мог видеть, только темные сине-серые пятна и редкие вспышки серебристо-серого — проплывавших мимо рыб. Его рука коснулась чего-то мягкого и скользкого, и он схватил это. Оно оказалось у него в руках — растение.
Дамон слышал громкую барабанную дробь в ушах и понял, что это неистово билось его сердце. Больше он ничего не слышал, а через мгновение уже перестал замечать холод воды. Он тонул. Он попытался двигать руками и ногами… приказал им вытолкать его на поверхность, но не мог и шевельнуть пальцем. Он только мог продолжать погружаться и наблюдать, как вокруг него сгущается тьма.
Он всегда говорил себе, что не боится смерти. Когда он был с Темными Рыцарями, то часто клялся храбро встретить смерть на поле брани, честно и героически погибнуть за то дело, которое было у его отряда в данный момент. Смерть была не такой уж и плохой, если встретить ее в бою, но утонуть было постыдно. Он почувствовал, как ему сдавило грудь, а затем все почернело.
Дамон очнулся в шоке, помотал головой, чтобы выгнать видение из головы, его усы хлестнули озеро и вызвали брызги.
«Это было несколько лет назад», — прорычал он себе, но видение, как он — человек тонет в том северном горном озере, столь явно стояло у него перед глазами, будто это было вчера. Даже теперь это воспоминание вызывало у него приступ паники.
Только Дамон не утонул. Живший в пещере на дне озера дракон заметил его. Тот дракон спас ему жизнь и одарил волшебным копьем, чтобы помочь в борьбе с великими драконами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
