А при чем здесь то, что я чихнула в реальности, а не во сне?
Я подозрительно прищурилась. А паук грозно встопорщил жвала:
– Да, Я сунул тебе сразу три лапки в нос! Можно сказать, пожертвовал собой! А как тебя еще можно было разбудить? Да ты, как и твой женишок недоделанный, спала мертвецким сном! А карета, между прочим, на месте не стоит! Так сильно хочешь посмотреть, что уготовили вам похитители? Поднимайся давай! Надо отсюда валить, пока не поздно!
Обидно было слышать такие слова от Емели. Но он был прав. Я нехотя поднялась на ноги, опираясь на колени Ширанта. Жених даже и ухом не повел. Только всхрапнул чуть громче. Карета покачивалась, мягко подскакивая на выбоинах. Но на ногах я держалась без особых проблем.
– Элка! Меня освободи!
Емеля еще резвее заскакал на кулаке Ширанта. И я только теперь поняла, что лапка паука застряла, прижатая мужским пальцем.
– Как же ты так?..
Я склонилась над Ширантом, ежесекундно опасаясь услышать в свой адрес нелицеприятный комментарий, и постаралась отогнуть большой палец мужчины, чтобы освободить лапку паука.
– Как, как! Как чихнула, так и влип! Между прочим, в пуговицу камзола! Знаешь, как больно?
Палец все не поддавался, норовя согнуться сильнее и сделать Емелю инвалидом. Я вздохнула. Ширант даже во сне упрямец – каких поискать.
– Догадываюсь. Демоны, не получается! Емеля, не зевай! Как только почувствуешь свободу – выдергивай лапу!
Нам повезло уже буквально в следующее мгновение: карета накренилась на повороте, я не удержалась на ногах и упала Ширанту на грудь, чудом не задавив паука. Жених что-то пробормотал недовольно и, разжав кулак, отпихнул меня от себя.
Емеля успел отскочить в сторону. И слава Святой Бригитте! Потому что я от толчка в плечо отлетела назад и упала, сильно приложившись спиной о сидение. На мгновение от боли потемнело в глазах. Под рукой, на которую я невольно оперлась, что-то хрупнуло. Осколки раздавленного мной предмета впились мне в ладонь. Я взвизгнула.
– Мариэлла, что?
Перепуганный паук спрыгнул с плеча жениха прямо на меня и испуганно забегал по моим коленям:
– Что-то сломала себе, да? Встать можешь? Отсюда надо убираться!
Я невольно поморщилась:
– Тише, Емеля, не мельтеши! Что-то в ладошку впилось. Лучше сам поберегись, я сейчас встану.
Паук послушно и шустро перебежал по мне на сидение и отскочил под самую стенку:
– Ты только встань! Нам нужно отсюда убираться! А то, как бы за город не вывезли вообще!
Подняться получилось не сразу. Я запуталась в собственной юбке. И, когда вставала на ноги, что-то жалобно треснуло. Кажется, в добавок к порванному лифу, у меня будет еще и драная юбка. Несчастливое это какое-то платье. С самого начала было таким. Но зато не очень жалко, что порвалось.
О чем я думаю?
– Ну как ты? – К самой ладони по сидению подбежал паук и тревожно пробежался лапками по моим пальцам. – Что-то болит? Выпрыгнуть сможешь?
Я поперхнулась на вдохе воздухом:
– Выпрыгнуть? На ходу? Ты должно быть шутишь? У меня крыльев еще нет! Да и, – я оглянулась на жениха, – Ширанта бросать одного я не хочу.
– Вот дура! – Возмутился Емеля. – А он бы тебя бросил! Точно говорю!
Я покачала головой:
– Я в это не верю. Да и, даже если ты прав, мне все равно совесть не позволит бросить его тут беспомощным. Лучше ты иди. Приведешь нам помощь.
Емеля нахохлился. Даже в объеме стал больше, распушив все свои волоски:
– Ты слишком хорошего обо мне мнения, Элка. Я не смогу привести помощь.
Я удивилась:
– Почему?
– Да потому, – паук совсем по-человечески вздохнул, – что я не фамилиар и не полноценное магическое существо. Разговариваю я только потому, что ты так пожелала. Помнишь? Впервые войдя в кабинет, ты взмолилась о том, чтобы в доме было хоть одно живое существо, с которым можно поговорить. Я оказался вообще единственным живым существом. Ну и вот… Теперь разговариваю. Но если ты меня отправишь за помощью… Порталами я не владею. Перемещаться могу только на своих лапках. Меня скорее всего затопчут. Или птица склюет…
Я поняла. Помощи нам с Емелей ждать неоткуда. Разве что получится Ширанта разбудить. Хотя, недаром же Арант говорил, что Ширант не владеет боевой магией. Пригорюнившись и подтащив к себе паука, я вздохнула:
– Ну что ж. Придется как-то выкручиваться самим.
И в этот момент я ощутила, что карета начала замедлять свой ход. Кажется, приехали! А жених по-прежнему спит!
Под звуки замедляющейся кареты мы с пауком предприняли последнюю отчаянную попытку разбудить Ширанта: я дергала его за уши и волосы, хлестала по щекам. Емеля щекотал лапками ноздри моему жениху и даже совал лапки ему в рот. Но все чего мы добились, это невнятное ругательство в мой адрес и смачный щелчок челюстями, едва не оставивший Емелю калекой. После этого попытки разбудить нашего спящего красавца решено было прекратить. Во избежание, так сказать. Тем более, что карета уже почти остановилась и нужно было думать о другом.
– Э-эх! – Вздохнул Емеля. – Сейчас бы твои фейские способности, Элка, пригодились бы, как никогда. Взяла бы, колданула, и р-раз! Всех врагов превратила в мух!
Я невольно фыркнула:
– Почему в мух? Голодный, что ли?
Емеля обиженно шевельнул жвалами:
– Почему сразу голодный? Я просто хозяйственный! Запас сделаю. Не помешает. Никогда не знаешь, когда могут потребоваться лишние продукты. Вот, например, придут ко мне в гости восемь-десять приятелей. А чем угощать? А так есть запас, не опозорюсь.
Представив это застолье, я отчаянно замотала головой. Ну уж нет! Пусть Емеля с приятелями встречается где-то в другом месте! Я и к одному пауку еле привыкла! А тут сразу десяток!
Емеля, видимо, неправильно оценивший мои ужимки, подозрительно поинтересовался:
– Думаешь, я зря собираюсь на каких-то там приятелей переводить такую прелесть? – Он поскреб левой передней лапкой по голове, едва не свалившись при этом с моей руки. – А знаешь, ты права, моя фея. Пусть угощение приносят с собой! В конце
