и дернулся назад, намереваясь спрыгнуть с подножки. Но не успел.
За его спиной что-то неярко блеснуло. Зеленая рожа напротив меня исказилась так, словно вместо меня остроухий увидел в карете взвод королевских солдат во главе с королевским же обвинителем. Он завопил не своим голосом. И… рухнул мордой вперед. Прямо на меня.
Глава 14
Наверное, даже если бы я и ожидала того, что зеленомордый в меня врежется, я все равно бы не удержалась на ногах. Где я и где взрослый мужик? Пусть и дефективный эльф. А зеленомордый еще и орал мне на ухо дурниной, и пытался словно куда-то вскочить и убежать, прыгая на мне, как на ребенок на пони. В общем, я уже через пару мгновений почти ничего не соображала. В голове билась одна только мысль: «Лишь бы Емеля не пострадал!»
Где-то снаружи кареты беснующемуся зеленомордому вторила на одной ноте эльфийка. В общем, воцарился филиал Нижних миров в одном конкретном месте. Но, самое странное, Ширант по-прежнему спал сном младенца, никак не реагируя на какофонию звуков вокруг.
Закончилось все так же внезапно, как и началось. Первой заткнулась остроухая. Ее вой оборвался внезапно. При чем, так резко, словно ей кто-то в один миг заткнул рот.
Потом за спиной орущего и скачущего по мне зеленомордого раздался до боли знакомый голос:
– Ершик! Моя ж ты прелесть! Ну пожуй его еще хорошенечко, что ли. Разрешаю. Наследник эльфов это заслужил. Да, Вериан?
В ту же секунду зеленомордый взвыл особенно громко и подскочил так, что головой ударился в потолок кареты. Где-то вверху сердито треснуло дерево. Я втянула голову в плечи, ожидая падения зеленомордого на меня, несчастную. Но раздался угрожающий голос Мины:
– Вериан!..
И зеленомордый, извернувшись в прыжке каким-то немыслимым способом, головой проломил противоположную от открытой дверь. У меня перед глазами мелькнули только его сапоги с затейливыми эльфийскими подковами да… болтающийся на заднице у остроухого… Ерш!
Я выпучила глаза, а Емеля откуда-то с сидения весело крикнул вдогонку эльфу:
– Приятного аппетита, Ершик! Только гляди не отравись! В эльфах всегда яда много, а в этой части тела еще и гав… кхмм… отходы жизнедеятельности живого организма присутствуют!
Грянул громовой хохот. Смеялась Мина. Смеялся где-то рядом с каретой Арант. Даже заливисто поскрипывал смехом Емеля. И был их смех настолько заразителен, что я тоже не удержалась и, несмотря на то, что все тело болело от скачков зеленомордого по мне, присоединилась к смеющимся.
Смех стих тогда, когда лично у меня уже болел от него живот. Мина смахнула с глаз навернувшиеся слезы и, все еще подхихикивая, протянула мне руку:
– Встать сможешь? Цела? Или нужна помощь?
Я ухватилась за ладошку ведьмочки и со стоном поднялась на ноги. Все же зеленомордый основательно на мне поскакал. Мина сразу перестала хихикать:
– Что? Где болит?
Я отмахнулась, боком выбираясь из проклятой кареты:
– Я цела. Но зеленомордый основательно по мне потоптался. Наверное, синяки по всему телу.
Рыженькая сразу же с озабоченным видом принялась рыться в сумке, висящей у нее на плече. А я рассеянно оглянулась.
Карета стояла на зеленой и уютной полянке, усеянной ромашками и колокольчиками. По краям полянку обступали осины и березы, тихо шептавшиеся с ветром. Золотистый солнечный свет путался в их ветвях, соскальзывая на землю озорными солнечными зайчиками. Полянка была изумительна. И я искренне обрадовалась, что эльф завез меня именно сюда. Ну да, я дура. Меня похитили, демоны знают, что чуть со мной не сделали, а я радуюсь красоте природы. Но вид полянки меня словно подпитывал своей неброской зеленой красотой. Ее не портила даже тушка спеленатой магией остроухой стервы, валяющейся под одной березой. Осенью, должно быть, тут просто великолепно! Но и сейчас хорошо.
Я вдохнула полной грудью ароматный лесной воздух и вдруг услышала над ухом тихое: «Давай, дочка, ты сможешь! Я верю в тебя! С этой историей пора заканчивать.» Реальность для меня изменилась.
Все вокруг неожиданно стало какого-то серебристо-стального цвета. Словно я смотрела на мир сквозь серое стекло. Воздух то ли загустел и стал тягучим, то ли замедлилось время. Мне казалось, что я вижу, как передвигаются частички пыли и солнечного света: медленно, лениво и неохотно. Казалось, если я скажу хоть слово, то звуки вызовут в этом загустевшем воздухе круги, как на воде. И эти круги будут расходиться до тех пор, пока не растворятся, не сольются с пространством и временем.
Неожиданно откуда-то из глубины моего собственного сознания пришло понимание, что это и есть фейская сила. Именно так она и действует: нужно захотеть что-то изменить, сказать об этом эфиру и вложить в свои слова толику фейской сущности. Эфир выпьет, впитает фейскую силу, а взамен исполнит мое пожелание. И да, феи – очень страшные существа. Потому что преград для нашей силы нет, защититься от нее невозможно. Потому что мы не пользуемся магической энергией. Мы ее, если можно так сказать, производим. Отдаем ее эфиру. За это он балует нас и выполняет любой наш каприз. Осознание собственных сил и возможностей меня буквально раздавило.
«Не волнуйся, дочка, не все так страшно, как тебе сейчас кажется. Я помогу и расскажу, научу. А сейчас нужно завершить эту историю. Просто пожелай…»
Голос мамы растаял в глубинах моего сознания, наполняя меня странной уверенностью, что сейчас все будет так, как я захочу. Все будет правильно. Я не ошибусь и не допущу несправедливости.
– Вот, Мариэлла, выпей. Это снимет боль и… Ой!
Краем глаза я заметила, как метнулся Арант на перепуганный визг Мины и обнял ее:
– Тише, родная! Тише! Не забывай, Мариэлла – фея, она не такая как мы…
Арант еще что-то добавил. Но я его уже не слышала. Со всей полянки ко мне слетелись серебристо-стальные частички и закружились вокруг меня в хороводе. Будто крохотные осколки разбитого зеркала. Поднялся ветер. Я оказалась словно в эпицентре какого-то миниатюрного урагана. Там, за пределами этой серебристой воронки, остались испуганная Мина и утешающий ее Арант, ирга, эльфы и… Емеля! Я поискала глазами паука, но не нашла. Надеюсь,
