— Нет! — Таня тоже кричала, хотя в деревенской тишине звук разносился отлично. — Нет! Приедет машина, вас заберут.
Приедет. Приедет. Приедет. Приедет Борис. Позвонил и извиняющимся голосом попросил: можно я завалюсь к тебе с друзьями, решительно некуда их деть, а увидеться очень хочется. Господи, конечно!
С друзьями, родственниками, с детьми, всей семьей. Нет, с женой — это уж слишком.
Девочки чувствовали себя в доме по-свойски. От бани отказались, но потребовали немедленно еды — вкусной и много. Нет, сначала подарки. Они обменивались подарками, кроме дней рождения, на каждое Восьмое марта и Новый год. Татьяна получила от Ольги фирменный косметический набор, от Лены — черепаховую заколку для волос. Ее платочки были оценены по достоинству.
— Теперь есть что на пол случайно ронять, — сказала Дылда.
— В них сморкаться обидно, — заметила Киргизуха.
За обедом Дылда рассказывала о своем нынешнем гражданском муже (два метра с кепкой):
— Представляете, он пельмени не ест! Весь советский народ ест пельмени, а он не ест. Нет, вру, ест, но только ручной работы. Варит строго пять минут, откидывает на дуршлаг. На горячую сковородку, где уже шипит поджаренный до золотистого цвета лук, вываливаем пельмени, заливаем майонезом, мы употребляем только тот, что без холестерина, естественно, сыплем натертый сыр и запекаем в духовке. Девочки! У него трое ножниц: большие, средние и маленькие. Висят на крючочке, и в обязательной последовательности — большие, средние, маленькие. А если наоборот, мы уже недовольны, у нас уже лобик хмурится.
— Любовь к порядку — замечательное качество, — сказала Таня.
— Ты не понимаешь! — воскликнула Ольга. Она готовила почву для скорого разрыва. — Порядок и свод правил для каждого сантиметра жизненного пространства — это клиника, паранойя. И кроме того, он с Джексоном гулять, видите ли, стесняется.
— Кто это Джексон? — спросила Таня.
— Внучек мой. Такой хорошенький негритосик! Отбелененький, как Майкл Джексон. Вот ты мне, Лахудра, скажи: каковы, на твой взгляд, признаки настоящего мужчины?
— Внутренняя сила и достоинство. Чувство юмора. И душевная щедрость. А рост не имеет никакого значения.
— Это для вас, маломерок, не имеет значения, — отмахнулась Дылда. — По-моему, настоящий мужчина не будет складывать в тюбики от лекарства шурупчики по размерам. Аптека слесаря-параноика! Киргизуха! Что ты молчишь?
Лена обладала способностью проспать весь разговор, а потом, после тычка в бок, изречь фразу, близкую к гениальной. Так и теперь случилось.
— А почему настоящий мужчина должен иметь признаки? — Она пожала плечами. — Разве это болезнь?
— Молодец! — рассмеялась Таня. — Кстати, я забыла вам сказать, что жду в гости мужчин, уж не знаю, настоящих ли.
— Я без макияжа! — возмутилась Дылда.
— Можно халат не буду снимать? — попросила Киргизуха.
* * *
Что она натворила, Татьяна поняла, только когда прибыли Борис и его друзья. Они весело знакомились, вручили ей громадный букет роз, вносили в дом пакеты с продуктами и сумки с вещами. А у нее в голове стучала мысль: три разведенные женщины и трое женатых мужчин (конечно, женатых, все порядочные женаты) — и под одной крышей. В ее доме! Это даже не двусмысленность, это запланированный разврат. Ею запланированный! А Олег, как на грех, попадает в Ольгины размеры. У Сергея лицо мальчика, старого мальчика, в глубоких морщинах. Глаза с прищуром, в них болезненный блеск. А тут вам и перина — пожалуйте.
Татьяна улучила минуту и оттащила Бориса в коридор.
— Я не хотела, мне ужасно неловко, — оправдывалась она. — Я девочек раньше пригласила.
Борис решил, что она увела его целоваться. И с удовольствием принялся за это занятие.
— Подожди, — отстранилась Таня. — Что мы будем делать?
— С чем?
— С гостями!
— Какие с ними проблемы?
— Ты что, не понимаешь? В доме три одинокие женщины, пусть две, и трое женатых, пусть двое, мужчин.
— Ну и что?
— Не притворяйся! Я не потерплю здесь борделя!
— Таня! — обиделся Борис. — Я тебе ручаюсь за своих друзей! Они не…
— Но я тебе не ручаюсь за своих подруг! — воскликнула она.
— Да? — хохотнул Борис. — Говоришь, самые близкие твои подруги?
— Да! Но они… ой, долго объяснять.
— Танюша! Все совершеннолетние, взрослые люди. В меру культурные и интеллигентные. Они сами разберутся, все будет в порядке.
— Ты думаешь?
— Уверен. Слушай, а давай проведем с ними эксперимент. Бросим их, а сами закроемся в твоей спальне?
— Ты с ума сошел!
Хотя это был бы лучший вариант. Им когда-нибудь удастся остаться вдвоем, без посторонних?
После разговора с Борисом Татьяна успокоилась, но не окончательно. Тем более, что Ольга (о прозвищах забыть) напудрилась и накрасила ресницы, а Лена хлопала раскосыми глазами и стеснительно улыбалась. Знаем мы эти улыбки! Татьяне пришла в голову мысль расселить их всех на ночь по дому так, чтобы заблудились, отыскивая дороги в спальни. Да разве убережешь, если склеится!
Мужчины с удовольствием приняли приглашение попариться в бане. Таня слышала, как они с гиканьем плюхались в бассейн, через заднюю дверь выскакивали на улицу и барахтались в сугробах. Для Бориса совершенно ненужные нагрузки, ведь после болезни!
За ужином она окончательно успокоилась. Потому что Сергей и Олег находились в том зло-возбужденном состоянии, когда мужчины забывают о дамах и громко декларируют свои мысли о наболевшем. Наболевшее, как правило, касается внутренней и внешней политики. По Таниным наблюдениям, жаркий спор часто ведут мужчины, взгляды которых по существу совпадают.
— Мы две недели! Под дождем, в грязи! Коростой покрылись! — горячился Сергей. — Загнали чеченов! В ущелье, обложили со всех сторон! Там все главари были, вся верхушка. Их и бить не надо было, они уже лапы кверху задирали. А тут приказ! По всему периметру, на всех точках — отступать! Ты это представляешь? Отходить, когда они у нас в клещах! Вертолеты штабные кружат — а нука, кто приказ нарушит, мы его, голубчика, под трибунал. Предатели! На крови предатели!
— Ты мне говоришь! — стукнул по столу Олег.
— Ребята, тише, — подал голос Борис.
Он не вмешивался. Сидел рядом с Таней, обнимал ее за плечо или играл ее волосами на затылке.
— Ты мне говоришь! — повторил Олег. — Я в командировке был, в Краснодаре. Знаем — отдел весь продался криминалу. А у них конкретные результаты! Ни у кого нет таких результатов, а у них есть! Бандюги им часть информации сливают, а наши их не трогают. Главное — конкретные результаты. И заткнись. Ко мне потом в Питер один из краснодарцев приехал. Домой зашел. Паркет горбатый увидел — нос кривит. На какие шиши я ремонт сделаю? А у него дача под Сочи и жена-соплячка на «Ауди» разъезжает. Я — полковник ФСБ! Не могу ремонта сделать, сына в гимназию отдать. Он — сраный капитанишка…
