Его губы прижались к горячей плоти, язык — жаркое орудие наслаждения — проник внутрь. Алита застонала. Схватив за бедра, Джейми приподнял ее, Алита выгнулась ему навстречу и закричала, бесстыдно прижимая к себе его голову.
Последняя вспышка исступления сотрясла ее тело, наполнив почти невыносимым восторгом. Подняв голову, чтобы посмотреть на прелестное лицо в мгновение наивысшего накала страсти, Джейми испытал почти такое же удовольствие, как если бы сам совершил вместе с любимой восхождение к блаженству. Когда он лег на постель рядом с ней, Алита взглянула с удивлением.
— Джейми, разве ты не…
— Нет, любовь моя, я не хочу причинить тебе боль.
— Гораздо больнее мне будет, если ты не завершишь того, что начал.
Алита робко протянула руку и положила ладонь на его мускулистый живот. От прикосновения мышцы немедленно напряглись. Она спустилась ниже, к вздыбленному орудию страсти. Ее пальцы обхватили его, сгорающего от желания. Проведя ладонью вниз-вверх, Алита с удовлетворением услышала, как Джейми судорожно вздохнул. Тогда она решилась проделать то, о чем много раз мечтала, но никогда не осмеливалась попробовать.
Приподнявшись На локте, она нагнулась к нему и поцеловала тоненькую бархатистую кожу.
— Господи, Алита!
Ее губы приоткрылись и обхватили могучий жезл.
После нескольких мгновений сладостной пытки он взял жену за плечи и уложил на постель. Наклонившись к ней и не сводя глаз с любимого лица, он хрипло спросил:
— Ты уверена, любовь моя?
— Да, Джейми, я хочу тебя.
Понимая, что не сможет усадить ее на себя и боясь причинить вред ребенку, Джейми повернул жену на бок и растянулся у нее за спиной. Подавшись вперед, он поместил ее ногу на свое бедро. Прерывистый вздох сорвался с уст Алиты, когда она почувствовала, как орудие наслаждения касается ее ног, а затем медленно, очень медленно проникает внутрь. Она испытала столь острое удовольствие, что не смогла сдержать крик.
Джейми замер, испугавшись, что сделал ей больно.
— Мне остановиться?
— Нет! Ни за что! Люби меня, Джейми, пожалуйста, люби меня.
— Любовь моя, — выдохнул он и погрузился в нее еще глубже. Больше он был не в состоянии сказать ни слова, так как все его мысли и чувства были захвачены одним — страстным влечением к драгоценной женщине, которую он держал в объятиях.
Он двигался медленно, плавно, стремясь сначала доставить удовольствие Алите, а потом уже себе. Алита прижималась к нему спиной в такт мерным проникновениям. Она уже стонала и вскрикивала, все глубже и глубже погружаясь в магию любви. Почувствовав, как рука Джейми тронула золотистый треугольник меж бедер, она затаила дыхание, гадая, что последует за этим. Его пальцы раздвинули нежные складки плоти и нащупали крохотный узелок, заключавший в себе суть ее женственности. От ритмичных поглаживаний Алита оказалась на грани наивысшего блаженства.
Оба любовника уже тяжело дышали, охваченные огненной страстью. Но эта страсть была лишь малой частью того чуда, что объединяло их.
Алиту сотрясли последние конвульсии. Она выкрикнула имя мужа, потому что испытывала неодолимую потребность сделать это. Сквозь какую-то пелену она почувствовала, как напрягся Джейми, ощутила его горячее дыхание, обжигающее ее шею, услышала, как он вскрикнул в исступлении…
…Джейми проснулся на заре и с изумлением увидел, что Алита склонилась над ним и покрывает его грудь нежными поцелуями. Когда она высунула кончик язычка и лизнула сосок, остатки сна покинули Джейми. С ловкостью он перевернул жену на спину, заглянул ей в глаза и вошел в нее.
Несколько часов спустя Гейлорд, приоткрыв дверь в хозяйские покои, увидел, что любовники, обнявшись, спят блаженным сном.
* * *
Бледное зимнее солнце поднялось уже совсем высоко. Открыв плаза, Джейми вспомнил ночь, полную страсти. Он всмотрелся в лицо любимой, мирно спящей рядом. Алита свернулась клубочком у него под боком, как довольный котенок. Джейми не помнил, чтобы когда-нибудь просыпался в лучшем расположении духа. Он почувствовал, как вновь разгорается желание, но тут же постарался притушить огонь в душе, вспомнив со счастливым изумлением, что они дважды любили друг друга этой ночью — и это при том, что Алита все еще не оправилась от пережитых потрясений.
Алита пошевелилась, придвигаясь поближе к мужу.
Стон отчаяния сорвался с губ Джейми. Алита мгновенно проснулась. Она открыла глаза и блаженно улыбнулась.
— Не смотри на меня так, любовь моя, а не то я наброшусь на тебя, как мальчишка, что не умеет держать свои чувства в узде-.
— Ничего не имею против.
— Зато я имею. Я в самом, деле боюсь причинить " вред тебе и нашему малышу. Дважды за ночь — немалая нагрузка для женщины на сносях.
Алита счастливо вздохнула.
— Я так боялась, что ты подумаешь, будто отец ребенка — Эван. Он ведь котел, чтобы ты в это поверил.
Джейми виновато взглянул на жену.
— Должен признаться, я и вправду сначала так думал. Но Гейлорд научил меня уму-разуму. И он же постоянно твердил мне, что ты не могла выдать нас.
Чем дольше я думал над его словами, тем больше убеждался, что это Ровена сыграла со мной злую шутку. Однажды я разыщу эту ведьму и выпытаю у нее всю правду.
— Ровена ревновала, — задумчиво ответила Алита. — Поняв, что ты ей не достанешься, она захотела отомстить. Потому-то она с такой готовностью помогла мне бежать, когда ты запер меня в замке.
Джейми покраснел.
— Прости меня, если можешь. У меня просто наступило помрачение ума. Я был уверен в одном: ты меня ненавидишь и готова сообщить Грею, что Повелитель Ночи — это я.
— Я любила тебя, Джейми. Я уже давно тебя люблю. Я бы ни за что на свете не стала подвергать тебя опасности. К тому времени я уже поняла, каков Эван на самом деле, и старалась держаться от него подальше.
— Вы согласны стать моей женой, миледи?
Джейми произнес эти слова так серьезно, что сердце Алиты переполнилось нежностью.
— Я буду невероятно счастлива выйти за вас, милорд. Только назовите день.
— Генрих еще в Лондоне, готовится к отъезду во Францию. Я предлагаю отправиться ко двору, как только ты будешь в состоянии выдержать столь длительное путешествие, чтобы король и вся знать могли погулять на свадьбе графа Флинтского и его нареченной. Я немедленно пошлю к королю гонца с известием.
Как ты думаешь, наш малыш подождет до этого дня?
— Да, у нас еще есть время.
Внезапно Джейми задумался.
— Быть может, Генриху удалось узнать еще что-нибудь о заговоре против моего отца. Не могу не думать об этом. Мне даже жаль, что Грей отправился на тот свет, так и не ответив на вопросы, что мучают меня. Я ведь могу и не узнать, отчего Грей ненавидели Кларенса Мортимера.
