глаза другая фотография, на которой Орлов красовался в обнимку с известной голливудской актрисой, но уже в Америке. Фотография была сделана на прошлой неделе. Под ней подпись: «Или все же не так просто?..» Буквы запрыгали перед глазами девушки, и она почувствовала, как погружается во мрак.
* * *
– Как она, доктор? – Анри стоял у изголовья кровати, на которой лежала Анна, и беседовал с седоволосым статным мужчиной лет пятидесяти.
– Сильное переутомление плюс нервы – и вот результат.
– Заставим ее соблюдать постельный режим, – твердо пообещала Адриана, присутствующая при разговоре вместе с Альбертом.
– Пойдемте, я вас провожу, – Анри вышел с доктором.
Анна попыталась открыть глаза и тут же увидела Адриану и Альберта.
– Адриана, Альберт, – почти шепотом позвала Анна.
Адриана села на кровать и взяла ее за руку.
– Бедная моя девочка! Они тебя совсем измучили! Какая-то травля! Но мы не позволим!
– Спасибо, – Анна попыталась улыбнуться.
– Вам надо отдыхать, Абашева, – Альберт нежно пожал руку девушке.
– Пойду принесу воды.
Адриана вышла, поняв, что Альберт хочет остаться наедине с Анной.
– Эх, Абашева, разбитое сердце склеить очень сложно, но возможно.
– Наверное… – Анна хотела еще что-то сказать, но снотворное одержало верх, и она погрузилась в глубокий сон.
На следующий день, еле передвигаясь, Анна пыталась хоть как-то отвлечься и единственным способом посчитала уборку.
– Госпожа Абашева, что вы себе позволяете? Вы нарушаете предписанный доктором режим! – Анри подбежал к Анне и силой вырвал из ее рук швабру – он был зол и раздражен одновременно.
– Я должна помочь… – Анна запнулась, увидев выражение лица Анри.
Мужчина подошел к девушке, которая едва стояла на ногах, и обнял. Анна расплакалась. Ей так не хватало этой поддержки!
– Тихо, тихо… тс-с-с… – Анри еще сильнее прижал девушку к себе.
Когда Анна немножко успокоилась, Анри поднял ее подбородок и поцеловал в губы. Анна ошарашенно посмотрела на него.
– Не смотри на меня так… Неужели ты не понимаешь, что я к тебе испытываю?
Анри попытался еще раз поцеловать девушку, но она отстранилась.
– Я… я не могу… – слабым голосом произнесла Анна.
Анри отпустил Анну и сжал кулак.
– Это из-за него, да?
Анна молчала. Анри с силой стукнул кулаком по стене.
– Анри…
– Ничего не говори… Он недостоин тебя! Я готов был… Я… – Анри замолчал и повернулся к Анне спиной, собираясь уйти… – Хотя это уже неважно… – не поворачиваясь к Анне, мужчина вышел из комнаты.
На следующий день Анна узнала, что Анри улетел во Францию. Ей стало очень грустно. Теперь она потеряла еще и его.
* * *
Анна словно разучилась радоваться, лишь малютка Софья иногда скрашивала ее одиночество. Люба стала чаще приезжать в гости, жалуясь на Василину, которая совсем от рук отбилась, связавшись с какой-то сомнительной компанией. А однажды Люба пришла к ним со слезами на глазах и умоляла вытащить Василину из наркопритона, в который та попала. Люба ездила туда пару раз, но девушка отказывалась с ней уезжать. Узнав адрес, Адриана позвонила Анри, который должен был уже приземлиться в аэропорту, и попросила его заехать за Василиной.
Люба возилась с малышкой, а Анна, Адриана и Альберт сидели возле камина и мило беседовали в ожидании Анри и Василины. Телефонный звонок прервал их беседу, Адриана подняла трубку, и ее лицо вмиг изменилось. Она выронила телефон и истошно закричала:
– Нет, нет, нет!
Анна подбежала к Адриане, а Альберт и Люба испуганно переглянулись.
– Что случилось, Адриана? – Анна попыталась поднять девушку, которая сползла на пол и начала рыдать.
– А… Анри… Василина… Они разбились…
Люба схватилась за сердце и пошатнулась. Альберт тут же подбежал к женщине и помог ей сесть на диван. Анна села на пол рядом с Адрианой, и по ее щекам потекли слезы. С этого дня начался отсчет черных дней.
* * *
В день похорон Адриана зашла к Анне в комнату и, сев с ней рядом, начала свой рассказ:
– Знаешь, ты всегда интересовалась, почему мы уехали из Франции… – Адриана сглотнула и продолжила, слезы застилали ей глаза: – Я была влюблена… Очень сильно… Он был королевских кровей, и его семья меня не принимала, несмотря на наше внушительное состояние, – Адриана вздохнула. Слова давались ей с трудом, и Анна ободряюще сжала ей руку. – Так вот, его женили на другой, а я впала в глубокую депрессию… Анри, видя мое состояние, решил увезти меня оттуда. Он бросил все, лишь бы мне было хорошо, оставив во Франции свое сердце. Да, безусловно, он часто туда летал, но это уже не то… Так вот, я поклялась самой себе, что никогда не стану преградой счастью своих близких, если они полюбят кого-то не своего круга и положения, – с этими словами Адриана протянула Анне коробочку. Анна с непониманием уставилась на девушку. – Тогда на балу Анри хотел… Но ты… ты… – Адриана запиналась, слова путались, слезы застилали глаза, и она, не договорив, выскочила из комнаты.
Анна открыла коробочку и ахнула – она увидела красивое бриллиантовое кольцо, выполненное в форме сердца. Вот почему в день ее рождения Анри лишь загадочно улыбнулся и сказал: «А подарок ждет тебя позже!» Анна захлопнула коробочку и закрыла рот рукой, чтобы заглушить крик, готовый вырваться наружу.
L
По решению Адрианы Василину хоронили в тот же день, неподалеку от Анри. Похороны проходили на рублевском кладбище, где собралось огромное количество людей, приближенных к семье Сазоновых, и горстка тех, кто приехал из далекой деревни, чтобы проститься с простой девушкой Василиной, свернувшей в жизни на кривую дорожку. Представители двух миров оказались там, где уже неважно, кто ты – господин или слуга, ведь в такие моменты становится абсолютно ясным: итог у каждого один. Бомонд собрался проводить в последний путь человека, который так сильно от них отличался – создал свой мир, где в почете были благородство и честь.
Адриана опиралась на руку Анны, чтобы не упасть. Мать Анри, узнав о смерти сына, на нервной почве попала в больницу, поэтому не могло быть и речи о том, чтобы Сазоновы-старшие покинули Францию.
Среди толпы Анна успела заметить Альберта, Ксению, Михаила, Гулю, Юлиану, Яну, Лялю, Свету, Машу и Армена. Весь стафф был одет в черное. В этот момент в голове Анны пронеслась лишь одна мысль: «Неужели Юлиана позволила им прийти?»
Прощание с Анри и Василиной было душераздирающим зрелищем. Анна и Адриана, упав на колени, стали их оплакивать, вызывая эмоции даже у тех, кто славился своим цинизмом. Люди переводили взгляд с одной могилы на
