очень плохо. Особенно из-за того, как уверенно он это говорил.
— Давай пойдем наверх.
Я не сдвинулась с места.
— Пошли, — повторил он, подходя ко мне ближе. Взяв мою руку, он приложил ее к своим штанам. — Видишь, как ты меня заводишь?
Я кивнула.
— Никто не возбуждает меня так, как ты. Ты особенная.
Я позволила ему подвигать немножко моей рукой по штанам.
— Ты разве не хочешь быть особенной?
— Хочу. — Это была правда. Больше всего на свете я хотела быть особенной, все равно для кого.
Томас вытащил из рюкзака презерватив, мы разулись и поднялись наверх. И на этот раз я обрадовалась, что Мелина закрыла свою дверь.
— Ванная тут, — прошептала я, когда мы прошли мимо нее по коридору.
Дойдя до кабинета Гила, я пропустила Томаса вперед и закрыла дверь.
— Говорить будем шепотом, — предложила я, и Томас кивнул.
Он уселся опробовать кровать.
— Черт, и правда отстойная, — заметил он.
— Не такая уж и плохая.
Томас стащил свитер и повесил его на подлокотник дивана. Потом лег на кровать, подложив руки под подушку.
— Отсоси у меня, — прошептал он.
Я присела на краешек кровати и расстегнула его штаны. Мне нравилось, как они натягиваются, когда у него встает член. Когда я расстегнула молнию и спустила немножко его трусы, член прямо выпрыгнул наружу. Больше всего меня приводило в восторг то, как спокойно он лежал, подложив руки под голову. Он говорил, что мне делать, но не заставлял меня. И только от одного его поведения я возбудилась сильнее, чем когда бы то ни было.
— Хорошо, — прошептал Томас, когда я склонилась над ним. Он положил мне руку на голову, но не для того, чтобы направлять меня, а чтобы погладить. — Как хорошо, — повторял он снова и снова. — Я хочу полизать твою киску, — сказал он через минуту.
Я перестала сосать и подождала, пока он подвинется, чтобы я тоже смогла лечь. Томас встал на колени и стянул с меня джинсы и трусики, потом широко, так, как ему нравилось, раздвинул мне ноги. Он посмотрел туда немного, а затем начал меня там целовать. Я стала гладить его по голове.
Мне было очень хорошо. Я ничего не говорила, только нежно дотрагивалась до его волос, чтобы он понял, как мне приятно. Я бы так и кончила, если бы Томас не решил остановиться. Он начал натягивать презерватив, потом велел мне сесть сверху. Это совсем не походило на то, что я испытывала, когда он был сверху. Ощущения стали гораздо острее и шире, иногда даже чересчур. Томас протянул руки и начал гладить мою грудь. Казалось, он ласкает каждую частичку моего тела, так это было хорошо. Я кончила довольно быстро, но это был совсем не тот обычный оргазм, к которому я привыкла. Он начался не снаружи, а шел как бы изнутри меня, оттуда, где был член Томаса.
Казалось, оргазм начался глубоко-глубоко внутри меня и потом начал проходить сквозь меня наружу. И случился он гораздо раньше, чем обычно, и все не кончался и не кончался. Так что я не удержалась и закричала.
Мы с Томасом тут же прекратили двигаться и прислушались.
— Не думаю, чтобы она что-нибудь услышала, — сказал он.
— Нет, — покачала головой я, — услышала.
— Откуда тебе знать? — спросил он. — Давай дальше.
Он снова начал двигаться, но я его остановила.
— Она все слышит, — сказала я, хватая одежду.
— А как же я? — Томас взглянул вниз на свой член, который все еще был в презервативе.
— Извини! И одевайся быстрее!
Тут я услышала, как открылась дверь Мелины.
— Джасира? — окликнула она меня из коридора.
— Быстрее! — прошипела я Томасу.
— О, черт! — подпрыгнул он и начал натягивать трусы, не снимая презерватива.
— Джасира? — повторился крик Мелины. Голос становился все громче. Кажется, она начала нервничать. Через несколько секунд мы услышали стук в дверь. — Вы тут?
— Да? — отозвалась я, застегивая блузку. Я-то уже оделась, а вот Томас до сих пор прыгал, пытаясь натянуть джинсы.
— Чем вы там занимаетесь? — спросила Мелина.
— Ничем.
— А дверь почему закрыли?
Я думала, что теперь она откроет дверь, но нет.
— Я спала, — сказала я.
— А Томас уже ушел домой? — уточнила она.
Я помолчала секунду.
— Нет.
Тут она все-таки открыла дверь. Томас как раз успел натянуть свитер.
— Привет, — поздоровался он.
— Что тут происходит? — поинтересовалась Мелина.
— Мы спали, — созналась я.
Мелина взглянула на кровать — застеленную, но всю взбаламученную, потом перевела взгляд на пол. Я беспокоилась, что она увидит упаковку от презерватива, но, даже если она ее и заметила, то виду не подала.
— Ты еще слишком маленькая, чтобы находиться в закрытой комнате с мальчиками, — сообщила она. — Если ты устала, Томас должен уйти, чтобы ты могла отдохнуть. — Она посмотрела на Томаса. — Мне отвезти тебя домой?
— А это обязательно?
— Ты еще хочешь спать, Джасира? — спросила Мелина.
Я замотала головой.
— Ладно, — повернулась она к Томасу, — можешь остаться. Но только вы пойдете вниз. Мы все спустимся в гостиную.
— А ты больше не будешь спать? — поинтересовалась я у Мелины.
— Нет.
— Можешь пойти еще поспать, — предложила я. — Обещаю, мы будем сидеть внизу.
— Да ничего, — успокоила она меня. — Я немного пришла в себя.
— Мне нужно в ванную, — помявшись, сообщил Томас.
Мелина отступила в сторону, чтобы он смог пройти. После этого она перевела взгляд на меня. Я все так же стояла у ножки кровати.
— Извини, что я закрыла дверь.
— Почему ты кричала?
— Что?
— Я слышала, как ты кричала.
— Ну… — Я отчаянно пыталась придумать, что же ей сказать, чтобы это не было ложью и притом постыдной. Так и не смогла.
— Тебе что, кошмар приснился? — спросила она.
— Нет.
Томас спустил воду в туалете и открыл дверь ванной.
— Ладно, — произнесла Мелина, — поговорим об этом позже.
— Извини, — повторила я.
Мы спустились вниз перекусить. Томас рассказал Мелине, что перед соревнованиями по плаванию ему приходится съедать по огромной тарелке макарон, чтобы зарядиться углеводами. Засмеявшись, он поведал ей, как однажды от хлорированной воды в бассейне у всех блондинов, участвовавших в заплыве, волосы позеленели. Около шести домой вернулся Гил, и Томас начал расспрашивать его про картины в гостиной, куда они и ушли их изучать. Мы с Мелиной остались на кухне доедать остатки.
— А он славный парень, — заметила она.
Я кивнула.
— Правда, стремится тобой командовать, но совсем чуть-чуть, — продолжила она.
— Кстати, он на гитаре отлично играет, — добавила я. — Обожает Джимми Хендрикса.
— У него хороший вкус, — кивнула Мелина.
Мы приступили к приготовлению ужина, который на этот раз состоял из двух домашних пицц. Пока
