— Кажется, у нас гости. Вы случайно никого не ждете? Все на месте? — с ноткой кровожадности в голосе, словно перед прыжком на добычу, спросил капитан.
— Да вроде бы нет, — неуверенно ответила я, всматриваясь в крайний левый дисплей, куда выводилось изображение камер от главного шлюза.
Там, где несколько минут назад корабельный трап упирался в землю, теперь нервно расхаживал взад и вперед какой-то мужчина. Судя по изображению на дисплее, он что-то выкрикивал, сопровождая свою речь активной жестикуляцией. Еще несколько человек стояло поодаль.
— А звук включить нельзя? — спросила я, пытаясь понять, что ему от нас надо.
— Зачем? Там и так все понятно, — усмехнулся капитан. — Это мой старый приятель. Третий год уже как пытается со мной поговорить на предмет ввоза-вывоза, да только мне он немного не нравится, и диалог у нас не клеится. А вон те пятеро, что рядышком воздухом дышат, — это уже по вашу душу.
— Как мы взлетим? Они корабль разве что не обнимают.
— Да так и взлетим. Я-то сюда возвращаться уже не собираюсь. Вам тут тоже больше делать нечего. Вот и разрешение на взлет от диспетчера только что пришло, так что поехали!
С этими словами Тэхо вжал крупную кнопку, вызывающе торчащую посередине панели управления. Корабль словно выдохнул. Из-под его днища вырвалось облако марева, разбросав незадачливых визитеров в стороны. Корабль завибрировал. Над головой что-то натужно заскрипело, и космическое судно медленно начало отрываться от земли. В следующий момент марево сменилось вуалью голубоватой плазмы, и по ушам ударила низкочастотная волна. Я едва не вскрикнула. Вяло барахтающиеся на бетонном покрытии космопорта человеческие фигурки начали таять, словно восковые свечи. Через несколько ударов сердца от них не осталось ни следа. Вжавшийся в свое кресло Дэр, до крови прикусил губу, не в силах отвести взгляд от дисплея. Бьерн был явно зол, но он сдерживался, понимая, что в данной ситуации другого варианта не было.
— Вот теперь на нас хотя бы настоящее преступление висит, — я обреченно покачала головой. — Если пристрелять, хоть будет, за что.
— Эй, расслабьтесь. Если верить информационным файлам, то ваши биографии после этого хуже не стали. Вот честно, хуже просто некуда, — усмехнулся Тэхо. — Вы летите туда, где можно начать жить заново. Так что забудьте.
— Поклеп и наговор, — буркнула я. — Последние несколько дней мы мирно спали и ничего плохого не совершали.
— Ну-ну, — раскосые глаза Тэхо еще больше сузились. — А до и после? Ладно, не отвечайте, сами все прочитаете.
Корабль набирал высоту. С каждым новым десятком пройденных метров меня все сильнее вдавливало в кресло. Пожалуй, специальный костюм мне бы все-таки не повредил. Системы корабля делали все возможное, чтобы сохранить своих пассажиров, однако лишняя нагрузка нашим измученным телам была противопоказана. Рокот под ногами нарастал. Мне казалось, что я оседлала ракету верхом и вместе с ней поднимаюсь все выше и выше.
Борясь с тошнотой и головокружением, я не заметила, как мы удалились от планеты на такое расстояние, что на дисплеях она стала отображаться как сфера. Корабль, разрывая окутывающие планету слои, упорно стремился ввысь. По ощущениям это было похоже на то, как если бы мы медленно тащились по мелкой терке. Дэр то растекался по креслу, кратковременно теряя сознание, то впивался в поручни белеющими от натуги пальцами. Бьерн же, напротив, выглядел бодро. Разве что замерший в одной точке взгляд говорил о том, что ему приходится нелегко. Что до нашего капитана, то он, казалось, не испытывал ни малейшего дискомфорта. Тэхо с аппетитом зажевывал длинную лакричную конфету, время от времени касаясь пальцами панели управления. Неожиданно корабль дернулся и пошел плавно, словно нырнув в омут.
— Поздравляю, мы в космосе. Линия Кармана, и все такое прочее, пройдены. Можете расслабиться, — довольный капитан отщелкнул ремень и, слегка оттолкнувшись ногами, взмыл в воздух.
— Пожалуй, я все-таки переберусь в медблок, — слабым голосом проговорил Дэр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Корабль тормозил. Поток плазмы, вытолкнувший нас с поверхности планеты, угас. Космическое судно готовилось к трансформации. Я с облегчением выдохнула. Теперь до момента посадки, если не случится ничего экстраординарного, неприятные ощущения не предвиделись.
Двигательная установка практически остановилась. Наступившая на корабле тишина казалась едва ли не осязаемой. Раздался тихий шелест, и я почувствовала, что корабль начал вращение. Его системы тут же скорректировали гравитационное поле, и, несмотря на продолжающееся вращения корабля, неприятное ощущение, заставившее вестибулярный аппарат поднапрячься, прекратилось. Ноги Тэхо гулко ударили в пол, когда выровнявшаяся гравитация притянула его тело в нужном направлении.
Корабль, словно цветочными лепестками, обрастал силовыми полями, превращаясь в полупрозрачный шар с жесткой сердцевиной. Когда трансформация была завершена, подчиняясь команде капитана, активировалась навигация, и мы со скоростью света двинулись по заданному маршруту. Изнутри казалось, корабль плелся, как улитка, на самом деле это было не так. Благодаря мощной двигательной установке, корабль мчался вперед, рассекая космическое пространство. Я посмотрела на дисплей, отображающий наш предполагаемый маршрут. Помимо проходов через пространственные складки, благодаря которым мы могли преодолеть огромнейшие расстояния в считанные мгновения, корабль планировал совершить несколько остановок, уводя нас далеко от кратчайшей прямой до пункта назначения.
— Литара? Это и есть наша финальная точка? Но почему? — удивленно спросил Бьерн.
— Причин сразу несколько, — Тэхо плюхнулся в кресло, нацеливаясь на новую конфету. — Она далеко. Человеческая колония малочисленна и не жалует политику старого мира. Ну и самое главное — там есть человек, которому я с чистым сердцем смогу передать вас с рук на руки, слезно распрощаться, помахав платочком, и забыть вас как страшный сон. Хотя нет, в ближайшее время забыть не получится. Вонь от рутунов еще долго будет напоминать о том безрассудном поступке, который я совершил, согласившись связаться с вами.
Я призадумалась. О Литаре было известно очень мало. Планета находилась несколько ближе к центру галактики и имела два солнца, отчего никогда не погружалась в ночь. Климат там был в основном влажный, тропический. Два крупных материка и бесконечное множество островов и островков. Колония зародилась на планете менее пятидесяти лет назад и сразу же попыталась получить автономию. Не вышло, бунт был подавлен. Однако даже теперь Литарцы делали все возможное, чтобы минимизировать контакты с остальным миром. Из неофициальных источников следовало, что Литара стала новой колыбелью для контрабандистов. Как известно, нелегальная транспортировка всего, чего бы то ни было, является хорошим бизнесом. Вот почему взбунтовавшихся колонистов не уничтожили, а лишь приструнили.
— Все, можете заниматься, чем хотите, только никакие кнопки на корабле не трогайте, — предостерег Тэхо, протягивая мне накопитель данных. — Как мне сказали, на нем есть то, что немного поможет вам разобраться в вашей незавидной ситуации. Собственно все. Кормите себя сами, пищеблок — на уровень ниже. Наша первая посадка будет через пять дней да Дейе.
С этими словами Тэхо передал полный доступ искусственному интеллекту корабля и, позевывая, удалился.
— Думаю, самое время понять, во что мы вляпались, — предложила я, подключая накопитель к одному из свободных бортовых компьютеров.
Полученная информация оставляла двойственные чувства. Если вкратце, все наши проблемы возникли лишь оттого, что каждый из нас оказался не в том месте и не в то время. Нам просто не повезло. Или наоборот — это как посмотреть. Вначале шли ссылки на индивидуальные досье с полным перечнем событий из прошлого, всплыви информация о которых, и наши судьбы уже могли бы быть порядком подпорчены. Далее шел перечень сфабрикованных обвинений с краткими пояснениями и возможными последствиями. Замыкало круг лаконичное пояснение, чем может все кончиться, откажись мы от дальнейшего сотрудничества. Бонусом шла премиальная информация о том, что случится, если на сотрудничество мы согласимся, да еще и проявим некое усердие.
